Весенняя сладость (Сначала брак, потом любовь)

Седьмое свидание вслепую, и Линь Митан неожиданно встретила своего друга детства — Чэн Динъюаня. После восьми лет разлуки, вернувшийся из-за границы Чэн Динъюань уже стал крупным боссом новой технологической компании. Мужчина высокомерный и благородный, во всём . А Линь Митан всего лишь обычная офисная сотрудница. Скромная, с социальной тревожностью, её зарплаты едва хватало на жизнь.

Смотря на них со стороны, они совершенно не подходили друг другу, не говоря уже о том, чтобы стать супругами. Линь Митан подумала: Чэн Динъюань наверняка, как и она, пришёл на это свидание вслепую лишь по настоянию семьи.
И раз уж они старые знакомые, то притворяться перед старшими вместе будет куда проще. Но неожиданно Чэн Динъюань спросил:

— Линь Митан, тебе ведь двадцать семь?

— А?.. Да, — растерялась она.

— Ты помнишь, как я давал клятву? Если к двадцати семи годам ты не выйдешь замуж, я женюсь на тебе.

Линь Митан: «?...»
Когда это было? Может, в три года, когда они играли в «дочки-матери»?

После заключения брачного договора единственным их условием было «не вмешиваться в жизнь друг друга». Линь Митан строго придерживалась этого, клялась себе, что не позволит появиться лишним чувствам к Чэн Динъюаню.

Но... Однажды ночью, когда в городе лил дождь и гремела гроза, Линь Митан дрожала от страха. Обычно беззаботный мужчина неожиданно обнял её, мягко похлопывая по спине. Его низкий чистый голос звучал успокаивающе у неё у уха:

— Митан, не бойся. Я рядом.

У Линь Митан слабое здоровье — то мелкая простуда, то серьёзная болезнь. В тот день температура поднялась до тридцати восьми градусов. Чэн Динъюань нахмурился:

— Только-только набрала немного веса — и всё потеряла.

Но затем, сидя рядом, осторожно поил её горьким лекарством:

— Митан, умничка. Выпей ещё глоток — и дам конфету.

Когда Линь Митан поссорилась с родными, Чэн Динъюань, несмотря на загруженность, нашёл время отвезти её в парк аттракционов и подарил маленького котёнка.

— Чэн Динъюань, не нужно так стараться меня утешать, — сказала она.

Ведь у них лишь договорной брак, и он не обязан заботиться о ней.

Но мужчина, обычно дерзкий, вдруг смутился, его уши слегка покраснели:

— Ты же моя жена. Если не я тебя буду утешать, то кто?

Позже Линь Митан спросила:

— Чэн Динъюань, а когда ты влюбился в меня?

Он, хитро улыбнувшись, ущипнул её за щёку:

— Ну понравилась и понравилась. Кто же специально запоминает такие вещи?

Он не сказал ей одного — он знал её двадцать пять лет. И его любовь к ней длилась уже двадцать весен.