Собеседники потеряли дар речи от слов старого даоса, и все предпочли быстро сменить тему.
— Мастер Сюй Цянь хорошо разбирается в учении и достоин зваться мастером, жаль только, что на смену придет кое-кто более болтливый.
— Ты про ученика того старикашки? Какой из него мастер!
— Лучше нам держаться вместе, в отличие от них, мы хотя бы толково разъясняем учение.
Толпа только что требовала выхода ученика мастера Сюй Цяня, но теперь они, словно объединившись против общего врага, обсуждали дела других даосов.
Вскоре мастер Сюй Цянь отослал гостей под теплые солнечные лучи, покинул чаепитие и вернулся в стоящий рядом невысокий домик.
Внутри дома висел меч из красного дерева. Юный даос сидел за столом и перелистывал книгу. Услышав звук открывающейся двери, он поднял глаза и увидел мастера.
Сюй Цзайюань отложил книгу и спросил:
— Учитель, что означает социофобия?
Даосский мастер Сюй Цянь тепло ответил:
— Это чрезмерный страх перед внешней средой, социальная фобия.
Сюй Цзайюань:
— Я не думал, что у меня есть эта болезнь.
— Значит, теперь ты знаешь.
Сюй Цзайюань: «...»
Сюй Цзайюань на мгновение замолчал и затем робко спросил:
— Почему вы не дали мне увидеться с ними?
— Хороший вопрос, — рассмеялся мастер. — А знаешь ли ты, почему не можешь спуститься с горы?
— Иногда я знаю, иногда нет, — Сюй Цзайюань посмотрел на маленький кусочек неба в окне и опустил глаза. — Иногда я чувствую себя как птица в клетке.
Сюй Цзайюань никогда не видел своих родителей, с детства он жил в даосском храме. Даже в школу юноша ходил в окрестностях горы Цяньшань, не уходя далеко от храма. Раньше он не понимал, что в этом есть что-то странное, но позже осознал, что мир огромен и люди его возраста не могут зацикливаться на одном месте.
Учитель и остальные были добры к нему, и он знал, что не в состоянии уйти и поэтому чувствовал себя подавленно. Он знал, что, если бросится в реальный мир с головой, это плохо скажется на его собственном будущем, но тоски в его сердце с каждым днем становилось больше.
— Ты всегда можешь прыгнуть в бездну без зазрений совести, — старый даос тяжело вздохнул. — В твоем имени есть иероглиф «бездна», и у тебя будет время для прыжка, но сейчас просто не время. Рано или поздно, но однажды ты сможешь спуститься с горы, если, конечно, будешь готов.
***
В большом актовом зале развернулась активная подготовка к общешкольному вечеру песни и танца. Хэ Шичэнь и Ци Янь занимались сбором информации и составляли программы выступлений для каждого класса.
Вот что значит проклятье медалистов: они должны не только преуспевать в учебе, но и быть в центре всех событий, иначе в глазах других они превращались в простых ботаников. Их работа в студенческом союзе даже конвертировалась в баллы за активность, которые могли оказаться в аттестате.
Школьники торопливо сновали в зал и обратно, но тут из дверного проема показалась голова.
Ци Янь быстрее всех заметила Чу Цяньли. Ее лицо тут же расплылось в улыбке, и Хэ Шичэнь почувствовал, что здесь что-то не так.
Повернув голову, Хэ Шичэнь тоже увидел Чу Цяньли. Парень отложил материалы, и, нахмурившись, подошел ко входу в актовый зал.
— Чего тебе?
Ци Янь молча последовала за ним, но Хэ Шичэнь ловко преградил ей путь, и она не смогла встретиться с Чу Цяньли лицом к лицу.
Чу Цяньли сухо поинтересовалась:
— Братишка, сколько мне подождать времени, чтобы ты закончил? Если ты сам любишь пахать сверхурочно, это не значит, что твой водитель тоже должен это любить! Я вовсе не хочу торопить тебя, но ты должен учитывать чувства других людей! — Чу Цяньли торжественно заверила: — Я постою и подожду! Я никуда не тороплюсь!
— Как раз ты больше всех здесь и торопишься, — сухо ответил Хэ Шичэнь. — Идите с Тань Мусином, я вернусь позже.
Чу Цяньли подняла руку на прощание и деловито отчеканила:
— До свидания, желаю счастливой недели с 996*!
*П.п.: 996 — нелегальная система организации труда с переработками, существующая в Китае и других азиатских странах, при которой работник вне закона трудится с 9 утра до 9 вечера 6 дней в неделю.
Ци Янь наблюдала этот диалог, стоя в сторонке. Увидев, что Чу Цяньли уходит, девушка поспешно сказала:
— Хэ Шичэнь, не хочешь сводить ее посмотреть выставку выходного дня в Музее искусств?
— Какую выставку? — с любопытством спросила Чу Цяньли.
Ци Янь заметила ее интерес и сразу же объяснила:
— На этой неделе в галерее будут выставляться частные коллекции, в основном западный антиквариат, который…
Хэ Шичэнь знал, что ни одна выставка не могла пройти без Ци Янь. Также он очень хорошо понимал, как устроен мозг Чу Цяньли.
— Если после выставки ты сможешь доделать проект по искусству, который ты затянула, то иди.
Чу Цяньли решительно отрезала:
— Ой, простите, я из деревни, ничего не понимаю в искусстве, не пойду на выставку! Пока!
Чу Цяньли испарилась на месте так быстро, как она могла сбегать только от выполнения домашки.
Ци Янь, увидев, как хитростью выпроводили Чу Цяньли, недовольно посмотрела на Хэ Шичэня.
— Не надо так на меня смотреть. Эту выставку, наверное, организовала твоя семья. Уж не поверю, что тебе хочется случайно встретиться с ней на выходных.
Ци Янь почувствовала, что Хэ Шичэнь встал у нее на пути. Она и Чу Цяньли учатся в разных классах и не имеют общих тем. Будет гораздо лучше, если они смогут встретиться наедине. Ей казалось, что Чу Цяньли заинтересуется выставкой, но кто бы мог подумать, что Хэ Шичэнь убедит ее отказаться.
Тем временем Тань Мусин, словно прикованный, уже долго не покидал свое место в аудитории, чем привлек внимание других учеников.
Его трения с Ван Чжэном изменили обстановку в классе, но он по-прежнему общался только с Чу Цяньли и изредка болтал с Цю Цинкун, в остальном же ничего не поменялось.
Проходящие мимо его парты удивлялись:
— Вы с Чу Цяньли сегодня по отдельности?
Тань Мусин вполголоса ответил:
— Она вернется позже.
— Оно и понятно, — кто-то тяжело вздохнул. — Вы ведь так близки.
Тань Мусин был застигнут врасплох.
— А?
— Разве нет? У вас похожие аватарки, да-да, я видела это в классе в прошлый раз, — одноклассница достала свой мобильный телефон и рассмеялась. — Это парные авы? Довольно мило.
Лицо Тань Мусина мгновенно вспыхнуло алым. Он занервничал и стал защищаться:
— Они не парные! Ты ошиблась! У Цю Цинкун такая же, мы втроем ее выбирали.
Девушка с сожалением сказала:
— Да, вы двое неразлучны, поэтому и поставили на заставку Сакуру и Томоё*.
*П.п.: Сакура и Томоё Дайдодзи – героини японского аниме «Сакура – собирательница карт» (Cardcaptor Sakura).
— Томоё — это просто подруга Сакуры, и она не знает магии, — подумав несколько секунд ответил Тань Мусин.
Томоё, как и Тань Мусин, всегда будет сопровождать Сакуру, но в конечном итоге она не обладает магической силой и остается обычным человеком.
Одноклассница не поняла, почему он это сказал, и растерянно произнесла:
— Ну да, Томоё точно не по части магии...
Тань Мусин поднял голову и горько улыбнулся.
— Не поймите меня неправильно, мы просто друзья. Таким шуткам я точно не обрадуюсь.
Собравшиеся не нашли, что сказать.
К счастью, Чу Цяньли подоспела вовремя. Когда одноклассники увидели, что она вернулась, они попрощались с ними обоими и покинули класс.
Тань Мусин подождал, пока соседка по столу соберёт свои вещи, а затем спросил:
— Хэ Шичэнь сказал тебе уйти?
— Да.
Тань Мусин, услышав ее краткий ответ, вдруг почувствовал, что здесь что-то не так, но лишь молча продолжил следовать за ней.
Вдвоем они вышли из школы. Чу Цяньли подошла к игровой площадке, наконец не выдержала и недовольно спросила:
— Почему ты это сказал?
— Сказал что?
Чу Цяньли посмотрела ему прямо в глаза:
— Что у Томоё нет магии.
Чу Цяньли случайно услышала диалог Тань Мусина с одноклассниками. В то время как другие не поняли его, она смогла его понять.
Тань Мусин не ожидал, что она это услышит, и попытался оправдаться:
— Но у нее ведь… просто нет магии…
— Разве так важно обладать магией?
Тань Мусин задумался.
— Но это же волшебный мир. Точно так же, как «Гарри Поттер», он написан о волшебниках. Обычные маглы там уже не так важны.
— Сакура никогда не считала, что Томоё нужно научиться магии. Зрители, которым нравилась Томоё, тоже не считали, что важно обладать магическими способностями, — Чу Цяньли опустила глаза. — Да и магический талант — это не всегда хорошо.
Тань Мусин промолчал.
Он понимал ее недовольство, но также он хорошо знал себя.
Чу Цяньли считала, что они не отличаются друг от друга, но они и правда разные. Чу Цяньли была особенной, уникальной среди остальных.
— Но… — начал Тань Мусин.
— Никаких «но»! — сердито ответила Чу Цяньли. — Ты вообще не разбираешься в этом аниме!
Тань Мусин: «…»
Впервые между ними вспыхнул конфликт.
http://tl.rulate.ru/book/63207/3730061
Готово:
