Готовый перевод To Be A Virtuous Wife / Быть добродетельной женой: Глава 39

Часть 39

Причина, по которой Принцесса внезапно вернулась в Цин, оказалась именно такой, как и предполагала Цюй Цин Цзюй. Произошло нечто серьёзное. Это был не просто несчастный случай. Всё дело было в Графе Бэй Лу, который внезапно увлёкся дочерью одного чиновника и захотел взять её в свой дом. Принцесса Эн, не тратя времени на пустые споры, сразу же отправила девушку обратно. Кто бы мог подумать, что Граф Бэй Лу разозлится из-за того, что эту женщину назвали его любовницей. Когда Принцесса узнала об этом, она собрала всю свою прислугу и буквально разгромила резиденцию Графа. Затем, забрав с собой детей, она вернулась в Цин. Её совершенно не волновало, что чувствовал в тот момент Граф Бэй Лу.

Выслушав всю историю, Цюй Цин Цзюй вздохнула:

– Такое случается в отношениях между мужем и женой.

Смелость Принцессы во многом объяснялась её статусом дочери Императора и её благородным происхождением. Но если бы на её месте оказалась обычная девушка, кто бы помог ей восстановить справедливость?

После того как Цзинь Чжан рассказал всю историю от начала до конца, он добавил:

– Слуги также слышали, что Император и Императрица уже в курсе этого инцидента. Император в ярости и потребовал, чтобы Граф Бэй Лу немедленно прибыл в Цин.

Граф Бэй Лу, по сути, никогда и не был влюблён. Его больше волновал статус Принцессы, а не её личность. Но теперь, встретив молодую и невинную девушку, он забыл о своей жене, детях и даже о собственном достоинстве. Чем он отличается от обычных сердцеедов?

Когда Хи Хён вернулся из здания суда, его лицо не выражало радости. Казалось, он уже знал о произошедшем с Принцессой.

– Скоро ты поедешь в королевскую резиденцию Принцессы, проведи с ней немного времени, – сказал он, вздохнув. – Этот Граф Бэй Лу – настоящий подлец.

Цюй Цин Цзюй сделала вид, что ничего не знает:

– В чём дело?

Хи Хён немного помедлил с ответом:

– Он обидел Принцессу. Император приказал ему явиться в Цин.

Зная, что он не хочет вдаваться в подробности, Цюй Цин Цзюй улыбнулась:

– Уже поздно, давай поедим.

Он посмотрел на улицу и кивнул:

– Действительно, не рано. После еды я отведу тебя посмотреть на фонари.

Он всё ещё думал о празднике и не хотел, чтобы чужие проблемы испортили их настроение.

– Сегодня вечером соберётся много людей. Я договорился, чтобы для тебя подготовили вуаль. Было бы здорово прогуляться.

Она улыбнулась:

– Тогда давай кушать быстрее, мне ещё нужно переодеться.

Одежда, которую она носила, была красивой, но слишком длинной для прогулки. Убедившись, что она хочет пойти, Хи Хён обрадовался:

– Разумеется.

Он развернулся и помыл руки, готовясь к трапезе. Ужин начался с маленьких порций юань сяо. Цюй Цин Цзюй опустошила половину чашки, прежде чем попробовать другие блюда. Затем она вымыла руки и прополоскала рот. Когда Хи Хён сложил свои палочки, она отправилась в комнату для переодевания.

Держа чашку чая в руках, Хи Хён улыбался, глядя на постепенно темнеющее небо. Он приказал Цянь Чан Сину и другим слугам подготовить карету.

Цюй Цин Цзюй надела бирюзовое короткое платье, аккуратно уложила волосы. Когда она вышла, то увидела, как он сидит в стороне и пьёт чай. Она подошла ближе и спросила:

– Что Ванг ё думает об этом?

Он увидел её в коротком платье сине-зелёного оттенка. Сегодня она выглядела особенно привлекательно, словно нежный цветок, излучающий молодость и красоту.

– Очень хорошо, – сказал Хи Хён, подходя к ней и беря её за руку. – Пойдём, скоро начнётся.

Сидя в карете, она заметила, что по мере приближения к центру города звуки становились громче, словно они въезжали в густонаселённый район. Но никто не мешал их карете. На ней не было опознавательных знаков Ванг фу.

Через некоторое время карета остановилась. Хи Хён передал ей вуаль:

– Мы почти у реки, спустись со мной.

Он первым вышел из кареты и подал ей руку, чтобы помочь спуститься. Цюй Цин Цзюй не отказалась от его помощи. Она не понимала, из чего была сделана вуаль. Несмотря на то, что тонкий туман слегка затуманивал её взгляд, она всё ещё могла ясно видеть всё вокруг.

Хи Хён крепко держал её за руку, спрятанную в его широком рукаве. Это напоминало первую прогулку юных влюблённых. Но Цюй Цин Цзюй была слишком осведомлённой, чтобы быть невинной.

К этому времени оба берега реки были украшены красивыми фонарями. Там стояли киоски, где люди могли отгадывать загадки и выигрывать фонари. Позади них шли дворецкий евнух и стража, одетая в обычную одежду, чтобы не привлекать внимания.

Пробираясь сквозь шумную толпу, Цюй Цин Цзюй увидела, как люди запускали речные фонарики, а дети бегали с фонарями в виде животных. Её настроение было прекрасным.

– О чём говорят, что оно надвигается или наступит, но никогда не приходит? – услышала она загадку.

– Ветер?

– Облака?

Цюй Цин Цзюй не могла сдержать смеха. Хи Хён, увидев её радость, спросил:

– Ты что-то знаешь?

Это было связано с её детством. В начальной школе она столкнулась с этой загадкой.

– Конечно, я знаю, – повернулась она к людям, которые всё ещё гадали. – Ответ – завтра!

Услышав ответ, Хи Хён не смог сдержать улыбки:

– Это правильно.

Он поправил её вуаль, добавив немного таинственности, и сделал комплимент:

– Цюй Цин Цзюй – очень умная.

Затем он повёл её к ларьку:

– Какой фонарь ты хочешь?

Она посмотрела вверх и остановила взгляд на лунном фонарике в виде кролика:

– Этот зайчик очень милый.

Хи Хён сказал торговцу снять фонарь и проверил бирку, висевшую на нём. Загадка была лишь первой, оставалось разгадать остальные. Цянь Чан Син быстро отдал деньги торговцу, чтобы его хозяйка могла угадать правильный ответ.

– Душа кролика связана с серебряным морем... – произнесла первую строчку Цин Цзюй. Она не была сильна в таких загадках и сомневалась, сможет ли Хи Хёнг дать правильный ответ. Уже готовясь искать другой фонарик, она услышала, как он произнёс: – Гора краба получает пурпурную звезду.

Цин Цзюй даже не успела разглядеть, что было написано на другом фонаре, как Хи Хёнг уже дал верный ответ. Она удивлённо приподняла брови и рассмеялась: – Так искусно!

– Простое двустишие, – скромно ответил Хи Хёнг, забирая у продавца фонарик в виде зайчика. Он протянул его Цин Цзюй: – Это тебе.

Она взяла фонарик, внимательно осмотрела его и с улыбкой воскликнула: – Спасибо, Ванг Ё!

Хи Хёнг смотрел, как она радуется подарку, и улыбался от всей души. Однако, сделав несколько шагов, его улыбка стала менее искренней. Он заметил, что к ним приближается Хи Юань. Рядом с ним шла женщина, лицо которой скрывала вуаль. Было ясно, что Хи Юань его увидел.

Оба брата остановились, прежде чем подойти друг к другу.

– Братец! – позвал Хи Юань, окинув Хи Хёнга взглядом.

Хи Хёнг отвел глаза в сторону и произнёс: – У твоего брата сегодня хорошее настроение.

– Это же здорово, – ответил Хи Юань, медленно отходя в сторону и случайно закрывая собой половину тела Цин Цзюй.

– Приветствую вас, Дуан Ван, Дуан Ван Фей, – в этот момент заговорила женщина рядом с Хи Юанем.

Цин Цзюй, чьи брови были скрыты под вуалью, резко подняла их вверх. Она замерла на мгновение, прежде чем спросить: – Сан-Мэй?

Почему Цюй Юэ Су гуляла вместе с Хи Юанем? Что делали люди из Чан де Гун Фу?

[1] Внешняя комната (вай ши): женщина, которая становится вай ши, не признаётся семьёй мужчины, и её дети также не имеют официального статуса. У неё нет реального положения, в отличие от наложницы любого ранга, и она не получает дохода, кроме того, что даёт ей мужчина.

[2] Юаньсяо: блюдо, названное в честь Фестиваля фонарей. Это десерт, приготовленный из сладкой начинки, обёрнутой в липкую рисовую муку, чтобы сформировать тонкую оболочку перед приготовлением.

[3] «Душа кролика связана с серебряным морем, гора краба получает пурпурную звезду» – это полное двустишие. Смысл в том, что «Луна сияет широко и ярко, фонари переплетаются друг с другом».

http://tl.rulate.ru/book/2684/297893