«У каждого воина две жизни. Первая обрывается во время преображающей операции, вторая – когда он отдаёт её за Императора». — пословица ордена Белых Шрамов.
В тот миг, когда на сетчатке Линна заплясали багровые символы системного журнала, ему в затылок целились три снайперские винтовки. Его обращённая в псиокость левая рука застряла в стене из живого металла в коридоре Криков, и любое движение сопровождалось скрежетом, от которого ныли зубы, — в этом проклятом месте даже стены сочились пищеварительным соком.
— Дерьмо… — Линн сплюнул золотисто-зелёную кровь. Тристами метрами ниже пронзительно взвыли двигатели. Три рейдера Друкари, оснащённые двигателями боли, прорвались сквозь ядовитый туман. Ведущий воин Тёмных Эльдар играючи помахивал плеткой-лезвием – той самой дрянью, что мгновение назад едва не перерубила ему позвоночник.
Голос Кровавого Освежевателя Харриска прогремел по всем каналам связи:
— Беги! Продолжай бежать, моя маленькая игрушка! — Старый извращенец включил на усилителе режим пытки, и каждый слог отдавался гармониками, способными разорвать внутренности. — Когда я окуну тебя в чан боли, ты будешь молить меня вшить тебе фрагмент Сангвиния нервными волокнами…
Не дослушав, Линн перекатом вскочил на балку. В тот же миг, как термальная бомба покинула его руку, он услышал истошный крик системы в голове: 【Предупреждение: последние два термальных боеприпаса использованы】. Ослепительная вспышка поглотила преследователей, но из скопления висящих шпилей уже вырывались новые рейдеры – точь-в-точь как пираньи, почуявшие кровь у него на родной Терре.
— Может, дадите жить спокойно? — Линн стёр с лица кровь. Потоки данных в его поле зрения неистово мерцали: 【Рекомендация: немедленно повернуть направо в канал отработанной энергии (прогнозируемая выживаемость: 3%)】.
Створка из живого металла на входе в канал уже закрывалась. Линн скользнул внутрь, проехавшись спиной по нижней кромке шлюза и ощутив запах собственной подпалённой плоти. А затем замер – это место оказалось ещё безумнее, чем он предполагал.
Тысячи металлических клеток, из каждой из которых сочилась кровь, висели в пустоте. В ближайшей дёргался в конвульсиях воин Космических Волков, распятый на стойке для выкачивания пси-энергии; его Ожерелье из волчьих клыков давно превратилось в труху. Дальше синюю броню Ультрамарина медленно поглощал живой металл, и из швов доспеха то и дело вырывались кровавые пузыри.
— Император Всемилостивый… — Сила очищения в ладони Линна то вспыхивала, то гасла. Но страшнее всего выглядел разобранный дредноут в углу, от которого остался один каркас. В черепе-кабине всё ещё мигал красный огонёк. Стоило Линну сделать пару шагов, как машина с лязгом повернула голову, и синтезатор речи проскрежетал:
— Железные Руки… запрашиваю… контакт с противником…
В этот момент сверху раздался оглушительный грохот. Линн поднял голову и увидел, как металлический купол раскололся, словно яичная скорлупа, впуская ураганный ветер, окутанный ледяными кристаллами. Когда ударила ослепительная платиновая молния, он было подумал, что это явился сам Сангвиний, — но тут же разглядел на цепной сабле пульсирующий степной тотем.
Под пронзительный визг, с которым зубья «Громового Залпа» рассекали воздух, до Линна наконец дошло: чёрт побери, да это же примарх Белых Шрамов! Волчья шкура на плечах Джагатая Хана от скорости вытянулась в прямую линию, а знак Аквилы на его доспехе мелькал так быстро, что превратился в размытое пятно. Но что поражало больше всего – его стиль боя. Каждый разворот, каждый удар меча описывали дугу, свойственную кочевникам, и после каждого взмаха клинка рейдеры Тёмных Эльдар сыпались вниз, как пельмени в кипяток.
— Ложись, салага! — рёв Хана был громче болтерного выстрела. В тот же миг, как Линн, обхватив голову руками, рухнул на пол, «Громовой Залп» пронёсся над его затылком и рассёк пополам бросившийся на него двигатель боли. Гниющие механические потроха хлынули на Линна, и система тут же взвыла: 【Предупреждение! Обнаружено варп-заражение (источник: лаборатория Кровавого Освежевателя Тёмных Эльдар)】.
Холодный кончик клинка внезапно коснулся подбородка Линна. Ледяные синие глаза Хана скользнули по его наполовину обращённому в псиокость лицу.
— Так это ты тот очиститель, что превратил Око Ужаса в кипящий котёл? — Примарх пнул ногой голову Кровавого Освежевателя. — Гиены Комморры гонялись за тобой три дня, и из-за этого я, едва сбежав из тюрьмы, наткнулся на их основной флот!
Вдалеке послышался гул двигателей пустотного корабля.
— Может, ругаться будем, когда переживём следующую минуту? — Линн сплюнул остатки механической дряни и внезапно впечатал свою силу очищения в опору ближайшей клетки. Поражённая живым металлом конструкция мгновенно обуглилась, и сотни клеток с грохотом обрушились на преследователей, расчистив путь, словно шар для боулинга.
Под оглушительный скрежет металла Хан своим клинком разрубил последние энергетические оковы. Из-под обломков стали подниматься воины Белых Шрамов. Их доспехи были разбиты, но знак молнии всё ещё сиял.
— Хан! — Ведущий воин с грохотом ударил кулаком по нагруднику, и голос его из-под шлема дрогнул. — Семь лет… Эти ублюдки выкачивали наш костный мозг, чтобы строить двигатели боли…
Из дыма поднимались всё новые и новые фигуры. С гулом перезапустился цепной топор Космического Волка, со щелчком встал на место магазин в болтере Ультрамарина, и даже дредноут, опираясь на единственную руку, сумел приподняться. Красный свет в черепе-кабине вспыхнул ярче:
— Железные Руки… запрашиваю контакт с противником! Повторяю! Запрашиваю контакт с противником!
Именно в этот момент кольцо окружения Тёмных Эльдар сомкнулось. Рейдеров было так много, что небо стало фиолетовым. Из-за шпилей медленно выплыл флагман Харриска, «Освежеватель», — гигантский бур на его носу, словно мясорубка, перемалывал в крошево все строения на своём пути.
— Все, кто может двигаться, — на транспорт! — Хан запрыгнул на захваченный реактивный мотоцикл и указал «Громовым Залпом» на «Освежеватель». — За мной! Разнесём эту груду металлолома!
Эта атака позже вошла в ратные эпосы Белых Шрамов. Тридцать реактивных мотоциклов под предводительством Хана превратились в серебряную стрелу. Дредноут посадил себе на плечо Ультрамарина, став мобильной огневой точкой. Но круче всех были Космические Волки – они запрыгивали прямо на обломки падающих рейдеров и рубили врагов в воздухе. Там, где проходила сила очищения Линна, двигатели боли Тёмных Эльдар взрывались один за другим, словно новогодние фейерверки.
— За Хана! За Императора! — эхом отдавался в коридоре клич Белых Шрамов.
Харриск наконец запаниковал. Когда мотоцикл Хана пробил смотровое окно мостика, старый извращенец дрожащими руками пытался вонзить фрагмент Сангвиния в грудь клона. Но луч очищения Линна опередил его – фрагмент вспыхнул, как лампочка.
В миг, когда высвободилась сила Ангела, вся Комморра содрогнулась. Заточённые души эльдар с рёвом разорвали свои оковы, а висячие шпили с треском посыпались вниз. Клинок Хана упёрся в горло Харриска, но Кровавый Освежеватель, хихикая, нажал на кнопку:
— Умирать так вместе! Двигатели Башни Разврата перегружены!
Сконцентрированной у основания башни энергии хватило бы, чтобы прорвать реальность. Бросившись к консоли, Линн вонзил в неё пальцы из псиокости – и в его голове будто бы устроили вечеринку ледяная логика Императора и жизненная сила Иши. Золотисто-зелёный поток хлынул в Энергетическое Ядро, словно его промывали клизмой.
— Уводи их! — крикнул Линн Хану, когда его псиокостная кожа начала с треском лопаться. — Координаты фрагмента я тебе передал…
Мотоцикл Хана вырвался из взрывной волны в тот самый момент, когда всю башню поглотило золотисто-зелёное сияние. Последнее проклятие Харриска было стёрто в порошок ураганом очищения:
— Ты выпустил не спасение… а нечто куда более ужасное…
【Сеть варп-корней восстановлена】
【Фрагмент Сангвиния (Комморра) очищен】
【Новые координаты: степи Чогориса (родной мир Белых Шрамов)】
В пустоте Хан метнул Линну костяную табличку, на которой всё ещё светился боевой ястреб.
— Твоё поле битвы – звёзды, — голос примарха перекрыл рёв двигателей. — Моё – на родине. Передай Гиллиману, что Джагатаю пора выгулять коней.
Когда эскадрилья мотоциклов влетела во вход в Паутину, Линн обернулся. Центральный район Комморры теперь напоминал надкушенный пончик. Лишь призрачный образ крыльев Ангела медленно складывался над руинами, будто гаснущий свет.
http://tl.rulate.ru/book/156458/9071341
Готово:
