Переводил и редактировал Капитан Глум! То ли ещё будет!
– Сегодня я устала, – сказала Ай Фа и, едва закончив ужин, просто плюхнулась на постеленный коврик.
Ай Фа обычно держится собранно до самой дремоты, так что это было редкостью. Складывая пустую посуду в железный котёл, я спросил:
– Что случилось?
– Сегодня ты весь день помогала мужам из родов Фоу и Судра с обескровливанием и разделкой, да? Кто-то оказался трудным?
– Ничего подобного. Никто не смотрел свысока на такую молодую женщину, как я, и каждый честно старался… вот поэтому я и вымоталась ещё сильнее.
Лёжа в ленивой позе и распуская волосы, Ай Фа ворчливо добавила:
– В последнее время я общалась почти исключительно с надменными мужами из родов Сун и Ву. Как сказать… ритм сбивается.
– Ну, ставить Ву в один ряд с Сунами всё же жестковато. Но да, ты ведь почти не общалась ни с кем из рода Ву, кроме их главного дома.
Я же, например, ещё до праздника у Лутим успел пересечься и с побочными ветвями. Потому от мужчин из Фоу и Сдра у меня было то же ощущение:
молчаливые, прямые, чуть упрямые, но невероятно серьёзные в работе — типичный облик мужчин Морихена.
– Если так подумать, мужчины большого рода действительно особенные. «Надменные» звучит грубо, но… они полны гордости и собственного достоинства. С такими точно не хочется враждовать.
– Угу. Мне, пожалуй, даже проще стоять перед такими людьми, когда речь идёт о чести. Но… устала.
Она сказала это таким обессиленным голосом, что я не удержался и прыснул.
Тут же Ай Фа уставилась на меня:
– Что смешного?
– Прости-прости. Просто… как это назвать… полководец смутного времени? Вот Донда Ву — он тоже из тех, кто лучше всего раскрывается в самой опасной обстановке.
– Не ставь меня рядом с таким головорезом.
Ай Фа надула губы и демонстративно отвернулась.
Закончив убирать, я сел рядом с ней. Сегодня мы вернулись рано, так что всю подготовку я сделал ещё до ужина.
– Я не к тому. Просто думаю: ты слишком долго не могла охотиться, силы копились. И… наверное, ты просто отвыкла, что люди на тебя полагаются и работают с тобой вместе.
Ай Фа снова бросила на меня косой сердитый взгляд.
– А ты смеёшься слишком уж открыто. Тебя так радует видеть меня такой беспомощной?
– Ух ты, вот это ты и правда сердитая. Конечно нет.
Я просто радовался тому, что Ай Фа — прожившая больше двух лет в одиночестве — наконец смогла вернуться к обычному человеческому общению.
Да, в большом роду Ву или в роду Заза сильные мужчины относились к Ай Фа жёстко. Их явно раздражала мысль, что женщина занимается делом охотника.
Но люди из малых родов, казалось, искренне уважали Ай Фа как главу дома Фа.
Теперь, когда дом Фа богат благодаря торговле в поселении у тракта, легко забыть: но и до этого Ай Фа сама выполняла труд охотника. Белый клык и рог на её груди — прямое тому доказательство.
Те, кто живёт бок о бок с голодом, знают цену такому подвигу.
Если говорить прямо — у людей из малых родов редко бывает столь выдающийся охотничий ожерелье. Даже если использовать «ягоды, что приманивают гибу», без собственной силы охотник просто погибнет в лесу.
Ай Фа доказала своё умение на деле.
Потому мужчины малых родов не просто не презирали её — они уважали Ай Фа как могущественного охотника.
– Не переживай. Ты привыкнешь. Скорее ненормальным было прежнее положение, когда род Сун стоял над всеми. Так что ты просто возвращаешься на свой истинный путь, Ай Фа.
– Нет, неверно. Дом Фа всегда держался в стороне от других. Не будь вопроса о крови и разделке гибы, я бы и теперь столь глубоко с ними не пересекалась. Это ты создал такую ситуацию, Асута.
– Ого, и это теперь мне укор? Мол, я только мешаю?
– Я не говорю такого! Напротив — это значит, что твоя появление принесло дому Фа удачу!
Слова звучали как похвала, но голос при этом был острый, как нож.
Ну, мягко такое слушать всё равно было бы неловко, так что ладно.
– Кстати… с Ямиэль. Всё ли было правильно? Меня чуть гложет мысль, что решение принял только я.
Ай Фа снова «фун» — и отвернулась. Лёжа, но умудряясь сердиться на каждом слове.
– Что бы я ни сказала, всё уже решено. И… раз та женщина достигла своей цели, опасности больше нет.
Цель Ямиэль.
Наверное, это и правда было уничтожение рода Сун.
Для тех, кто этого не понял, она может казаться опаснее Диги или Додды.
Но мне казалось очевидным: у неё больше нет ни смысла, ни причин совершать зло.
– И всё же… понять, как ты можешь так непринуждённо обращаться с человеком, который когда-то пытался тебя погубить, — это нелегко.
– Н-непринуждённо? Да я вовсе не был с ней непринуждён! Я просто обращался с ней, как и со всеми другими женщинами.
– Хм? А со стороны казалось, что ты всё время стоял у той женщины под боком.
– Потому что из всех она готовила хуже всех! До этого в ее доме всё держали на хранителях очага из побочных ветвей, так что, ну… логичный итог.
Ай Фа продолжала смотреть в сторону, буравя взглядом какой-то совсем чужой угол.
От этой тягучей тишины становилось не по себе.
– Слушай… я ведь говорил раньше: от Ямиэль так и несёт кровью гибы. Сегодня я из-за неё почти не мог дышать носом — мне, знаешь ли, было непросто. Я не по своей охоте вертелся рядом!
– …Значит, стоит убраться запаху крови — и всё решится? Всё равно древний обряд, где нужно обливать себя кровью гибы, впредь никто не позволит.
– «Решится» — что именно? Я, признаться, совсем перестал понимать, на что ты сейчас злишься.
– Я не злюсь!
– Да у тебя и лицо, и голос — оба вопят, что злишься!
Бессмысленная перепалка.
Похоже, разговор о Ямиэль стоило отложить, учитывая, насколько Ай Фа сегодня вымоталась.
– Впрочем, раз она собирается учиться готовить у Лутим, какое-то время вы с Ямиэль… с Ямиэль Рей точно не столкнётесь. А теперь — к делу, Ай Фа. Мне нужно тебе кое-что сообщить.
– Что? У меня начинает болеть голова. Если это сложный разговор — отложи до завтра.
– Нет-нет, ничего сложного. Слушай, я тут подумал поднять плату женщинам, которые помогают нам на торговой точке. Как глава дома, дашь добро?
Ай Фа перекатилась на бок, разворачиваясь ко мне всем телом.
– Решение всё равно за тобой, но причину бы я услышала.
– Да, сейчас. Хоть мы работаем всего полмесяца, женщинам из дома Ву, которые помогали ещё на празднике у Лутим, хватило этого срока, чтобы вникнуть во всё до удивительного быстро. Шила Ву, Вина Ву, Лала Ву — теперь все трое незаменимы. И вот, когда дело дошло до того, чтобы привлекать новых женщин, я понял: платить всем одинаково — нечестно. Потому и хочу поднять им плату, чтобы обозначить разницу.
– Ты собираешься просить о помощи других женщин?
– Да. И это тоже нужно было тебе доложить. Видимо, кое-в чём я ошибался.
Это касалось работы в «Таверне у Южного Великого Древа», которая должна была начаться завтра.
Раньше я думал так: когда «Гиба-бургер» почти распродан, я смогу отойти от торговой точки и отправиться в таверну один. Ради этого я обучил Шилу Ву готовить «мяаму-жаркое». Но… оказалось, всё не так просто.
Меня просто отчитали — Вина Ву и остальные.
Мол, разгуливать одному по постоялому поселению всё ещё опасно.
Угроза рода Сун исчезла, но преступники в поселении были и остаются. А я не из коренных жителей Морихена и сам себя защитить не могу — значит, одному мне ходить нельзя. Таков был их вывод.
Если ты рождён и вырос в Морихене — неважно, старик ты или ребёнок — опасности нет. Все знают, что случится с тем, кто причинит зло морихонцу; уже несколько десятков лет это никому повторять не нужно. Газран Лутим как-то говорил то же самое.
– Поэтому решили, что мне нужно будет брать с собой одну женщину, когда я иду в «Таверну Южного Великого Древа». Но тогда на торговой точке останется всего одна — на каждый ларек. Продавать «Гибу-бургер» без перебоев гарантии никакой. Так что я подумал — надо бы увеличить число людей.
Ай Фа, вытянувшись на мате, чуть наклонила голову — явный «и что дальше?».
– Но помощь нужна только на пару часов ближе к закату. Потому я подумал платить новым женщинам половину ставки — три красные медные. …И, понимаешь, ставить их на один уровень с Виной Ву и остальными будет неправильно. Да и вообще, мне уже давно казалось, что нынешняя оплата слишком мала. Так что хочу воспользоваться случаем и пересмотреть условия.
Когда мы только начинали торговлю, именно расходы на человеческий труд были самым тяжёлым бременем.
Странная штука — жизнь. Всё меняется.
Но этот вопрос, похоже, уже стал неотложным.
http://tl.rulate.ru/book/149243/9178814
Готово:
