Наконец она повернулась к нему.
— Ладно, продолжай.
— Двенадцать лет назад Линь Чжао перешёл на сторону князя Хуай. Император, опасаясь Восточного дворца, подливал масла в огонь. В Юньцзине начались перемены, моего отца вовлекли в распри, и мы покинули столицу.
— Хотя родители учили меня с детства, я не хотел идти путём экзаменов. Сейчас в столице кипят партийные распри, а на границе неспокойно, — Вэнь Чжао понизил голос. — Меня не прельщает эта бурлящая столичная жизнь.
Гуань Юэ кивнула.
— Ты думал, что служба в армии избавит тебя от интриг и козней?
— Раньше я так считал, полагая, что здесь далеко от дворцовых игр, — Вэнь Чжао опустил взгляд с лёгким смущением. — Но политика ближе к Цанчжоу, чем кажется.
Помолчав, он шутливо добавил:
— Через несколько дней император узнает о делах в Цанчжоу. Разве у меня есть путь назад?
— Даже если бы ты захотел вернуться, я бы не позволила, — Гуань Юэ остановилась у лавки. — Жди здесь, не заходи.
На улице лежал снег, но сквозь облака пробивался тусклый свет. Вэнь Чжао стоял, привлекая восхищённые взгляды своей благородной осанкой.
Гуань Юэ, держа сандаловую шкатулку, долго смотрела на него с крыльца, прежде чем подойти.
— Хорошо, что в армии нет девушек.
Вэнь Чжао рассмеялся.
— Разве генерал не девушка?
— Я — да, но не обычная. Разве можно сравнивать? — Гуань Юэ подняла бровь, сунув ему шкатулку. — Будь в армии девушки, я бы велела генералу Фэну научить тебя, как отбивать ухажёров, чтобы удача в любви обходила тебя стороной.
— У генерала Фэна было немало поклонниц, — улыбнулся Вэнь Чжао. — Но он так неумело говорил, что все разбегались.
— Он просто не хочет обременять себя семьёй, наслаждаясь свободой, — Гуань Юэ указала на шкатулку. — Открой.
Внутри лежала нефритовая подвеска, которую Гуань Юэ готовила ко дню рождения брата.
Её голос дрогнул.
— Вспоминая благородного мужа, нежного, как нефрит. Сегодня двадцать седьмое, разве не твой день рождения?
Она взяла себя в руки.
— Вчера Цзиньмо принёс письмо от твоей матери, иначе я бы забыла.
— Я родилась и выросла на Севере. Отец не делал скидку на то, что я девушка, учил стратегии и тактике, но никто не объяснял мне дворцовых интриг.
Вэнь Чжао кивнул.
— Генерал хочет, чтобы я научил тебя?
— А ты не сможешь? — Гуань Юэ пристально посмотрела на него. — Принцесса Цинпин из дома Фу, твой отец был высокопоставленным чиновником. Твоя манера держаться, непохожая на армейскую, разве перенята у генерала Фэна?
Она поправила рукав, что-то неуверенно.
— Скоро мы отправимся в Юньцзин. Только ты сможешь научить меня.
Гуань Юэ говорила всё тише, последние слова почти неразборчиво. Вэнь Чжао не сдержал смеха.
Она почувствовала себя ещё более неловко и сошла со ступеней.
— Чему ты смеёшься! Не хочешь учить — не надо, я пойду к Фэй Юаню, в крайнем случае выслушаю его колкости, — сказала Гуань Юэ и развернулась, собираясь вернуться в главный штаб, даже не думая его ждать.
В её ушах звучал голос Вэнь Чао, всё ещё окрашенный лёгкой усмешкой:
— Раз уж принял подарок, нельзя отказывать в помощи. В делах государственных мои старшие действительно давали наставления, но они покинули Юньцзин много лет назад, и обстановка там теперь сильно изменилась. Позже я попрошу Кунцина всё систематизировать. А если нет — разве у нас нет маленького маркиза Се?
Он подошёл ближе, слегка склонившись в почтительном поклоне:
— Подарок ко дню рождения я принимаю. Раз так, позволю себе немного наглости: отныне не стану считать себя посторонним.
Гуань Юэ хотела о чём-то его спросить, но, подумав, лишь выдала свои колебания.
— Кажется, ты хочешь что-то спросить, — заметил Вэнь Чжао.
Он быстро уловил её настроение, и Гуань Юэ мысленно отметила, как ловко он подстроился. Нет, не подстроился — просто оказался проницательным. И это ей нравилось.
— Посмотри на них — они борются за выживание, — её взгляд скользнул по оживлённым улицам Цанчжоу. — Но даже в такой нужде они не отправят сыновей на войну, пока не дойдут до крайности.
— Раньше был мой отец, — Гуань Юэ замолчала на мгновение. — А теперь они мне не верят.
— А ты? — тихо спросила она, в глазах мелькнуло лёгкое недоумение. — Что плохого было остаться в Динчжоу?
Принцесса-командор была знатна. Даже если отец попал в немилость, он мог жить как обычный аристократ. Возможно, не так роскошно, как в Юньцзине, но зачем идти в армию и тянуть эту тяжёлую лямку ради карьеры?
Он же не Вэй Цянь.
Не один из тех бедных парней с Северного края, у которых не было ничего, кроме возможности проливать кровь на поле боя в надежде когда-нибудь вернуться с победой и прославить род.
— В этом мире никто по-настоящему не согласен на посредственность, совсем без стремления к достижениям. Все эти разговоры о спокойной жизни в уединении — просто самоутешение после неудач, — Вэнь Чжао опустил взгляд. — Когда я в детстве читал такие тексты, мать объясняла мне это так. Мы люди мирские, нам не избежать погони за славой и богатством. По крайней мере, мне не повезло быть исключением.
Облака рассеялись, и солнечный свет, скрывавшийся за ними, упал на землю, растворившись в белизне снега.
Гуань Юэ подняла лицо к редкому зимнему солнцу:
— Ты прав. Если бы сейчас кто-то предложил мне оставить власть на Северном крае и стать беззаботной праздной особой, я бы наверняка отказалась.
Они шли бок о бок по улицам Цанчжоу — тем самым, где Гуань Юэ резвилась в детстве. На них то и дело бросали взгляды. Большинство этих людей видели, как она росла, и в их глазах читалась то жалость, то сочувствие, давящее грузом на сердце.
Такие взгляды ей не нравились.
http://tl.rulate.ru/book/146413/7926323
Готово:
