Глава 416: Паника
Двенадцатый Старейшина обвёл взглядом обсидиановый стол совета. Его уверенность достигла самого дна; опустив глаза, он робко начал рассказ о том, как его команде не удалось заполучить свиток.
— Как справедливо заметил Четвёртый Старейшина, моя группа действительно не сумела доставить свиток… и я принимаю на себя часть ответственности за этот провал, — произнёс он. Голос его звучал ровно, но в тоне сквозило самобичевание, тем временем по залу пробежал ропот, а старейшины сдержанно кивнули в одобрении.
— Как вы все уже знаете из отчёта о миссии, который я разослал перед этой встречей... Кандидат в Драконы Лео Скайшард выполнил свою часть задания с поразительной точностью.
Нам не только удалось незамеченными проникнуть в Сокровищницу Серпентов, но и похитить несколько бесценных артефактов, известных во всей вселенной, нанеся сокрушительный удар по репутации и казне Серпентов…
поэтому называть операцию полным провалом было бы чрезмерным упрощением, — добавил он, предпринимая взвешенную попытку спасти своё положение и защитить своего протеже.
— При этом я не стану перекладывать вину на других, где она не заслужена... Ибо истина такова: я выбрал команду, не соответствующую сложности этой миссии, и более способный отряд вполне мог бы преуспеть в тех же условиях. За этот тяжкий просчёт я приношу Совету свои искренние извинения.
С этими словами он склонил голову, а затем намеренно отвесил отдельный поклон каждому из одиннадцати старейшин в зале, соблюдая традицию и признавая вину без лишних оправданий.
— Однако... я категорически не согласен с рекомендацией Четвёртого Старейшины отозвать кандидатуру Лео на звание Дракона.
Несмотря на коллективную неудачу группы, я верю, что сам Лео продемонстрировал исключительную ясность мысли, мужество под огнём и такую степень личного мастерства, к которой ни один наш оперативник не приближался десятилетиями.
И по этой причине я по-прежнему считаю его более чем достойным титула Дракона.
Я призываю Совет оценивать его кандидатуру не через призму неудачи команды, а через неоспоримый блеск его личной роли в этом ограблении, — заключил Нуар. Его тон стал более решительным, а слова повисли в воздухе дольше, чем ожидалось.
По ту сторону стола Четвёртый Старейшина уже начал закипать под своей маской, так как не ожидал, что Двенадцатый Старейшина продолжит настаивать на кандидатуре Лео вопреки провалу миссии.
Тем не менее он сохранял спокойствие, полагая, что аргументам не хватает веса, хотя настроения в Совете уже начали меняться.
— У меня нет желания тратить ещё четыре месяца времени совета, напрасно ожидая возвращения свитка, когда в глубине души я знаю, что он может никогда не вернуться, — сказал Нуар спокойным, но полным настойчивости голосом. — Вместо этого я предлагаю оценить кандидатуру Лео Скайшарда под иным углом.
Он сделал паузу, давая весу следующих слов накопиться, прежде чем продолжить: слегка вскинув руку к потолку, он едва заметно повысил голос.
— С той точки зрения, которую я намеренно опустил в отчёте о миссии.
И той, что, по моему мнению, делает Лео гораздо более достойным титула Дракона, чем когда-либо сможет стать Эйгон Вейр.
— Как уже признал Четвёртый Старейшина, шансы Культа Зла вернуть свиток в ближайшем будущем становятся всё более призрачными. И если этот свиток действительно утрачен для нас, то вместе с ним утрачен и наш единственный доступ к одному из самых грозных и фундаментальных навыков Бессмертного Убийцы — той самой технике, что вознесла его над миром смертных палачей и вписала в анналы легенд.
— Но в столь мрачных обстоятельствах мы обнаружили неожиданный проблеск надежды... в этом мальчике.
— Ибо Лео Скайшард за то короткое и опасное время, что он провёл во внутреннем святилище Сокровищницы Серпентов, сумел полностью запечатлеть свиток в своей памяти.
Каждая диаграмма, каждое четверостишие, каждый фрагмент техники впитались и запечатлелись в его разуме, терпеливо ожидая того дня, когда он достигнет пика Трансцендентного ранга и сможет, наконец, приступить к обучению.
Это откровение Двенадцатого Старейшины вызвало нешуточное волнение среди членов совета, которые не могли поверить своим ушам.
— Всё предназначение свитка заключалось в том, чтобы передать секреты этой техники следующему Дракону — техники, которую может освоить лишь тот, в ком течёт кровь Бессмертного Убийцы. И Лео — именно такой юноша.
— В моих глазах это делает его идеальным кандидатом на титул Дракона, и я настоятельно призываю Совет взглянуть на него так же, — подытожил Двенадцатый Старейшина. Его слова повисли в тишине лишь на мгновение, после чего зал взорвался хаосом.
Голоса заполнили палату совета: несколько старейшин вскочили со своих мест, взметнув полы одеяний, их кулаки обрушились на стол. Поднялся невообразимый шум — протесты, требования и изумлённые вздохи сливались воедино, так что стало невозможно разобрать, кто говорит, а кто просто кричит, стараясь перекрыть остальных.
— Он запомнил весь свиток? Вы серьёзно?
— Это невозможно! Согласно вашему же отчёту, свиток находился за семью слоями защитного стекла, как он вообще смог подобраться к нему, чтобы прочесть?
— Это всё меняет. Мы не должны решать, кто станет следующим Драконом, в такой спешке! Давайте подождём ещё год, прежде чем делать выбор.
— Нет! Голосуем сегодня!
— Довольно! Сначала предъявите доказательства! Откуда нам знать, что Двенадцатый Старейшина не выдумал всю эту историю, чтобы выиграть время?
Среди этого взрыва недоверия и разрозненных убеждений Четвёртый Старейшина сидел неподвижно. С каждой секундой стук сердца в его ушах становился громче, а холодный ужас медленно сворачивался в животе, утягивая уверенность на дно — словно якорь, брошенный в море.
Он входил в этот зал, полагая, что битва уже выиграна и голоса обеспечены заранее, а сегодняшнее заседание станет не более чем формальностью для утверждения возвышения Эйгона Вейра. Но теперь эта иллюзия рушилась на глазах с каждым новым голосом, всерьёз обсуждавшим кандидатуру Лео.
Он не предвидел такого поворота.
Он не учёл эту переменную.
Известие о том, что Лео досконально запомнил свиток, было не просто неожиданным — оно было потенциально сокрушительным, ибо одним махом ставило под сомнение всё, что он так тщательно выстраивал до сих пор.
«Нет!»
«Нет!»
«Нет!»
«Я не могу позволить Двенадцатому Старейшине так диктовать условия…»
«Я должен взять ситуацию в свои руки!» — думал он, пока его дыхание становилось неровным, а губы дрожали.
Какое-то время он выжидал, пытаясь понять, куда дует ветер, но осознал, что больше не может этого определить. Даже его самые верные союзники, такие как Второй Старейшина, казалось, с жаром обсуждали эту тему, и он понял: преимущество ускользает...
Это заставило его немедленно вмешаться.
— ЧУШЬ СОБАЧЬЯ! — внезапно взревел он. Его голос прорезал бурю хаоса, словно кинжал, полоснувший по шёлку. Остальные старейшины на мгновение замолкли, разом обернувшись к нему.
— Откуда нам вообще знать, правда ли то, что ты сказал? — огрызнулся он высоким, сорванным голосом, в котором уже не скрыть было нарастающую панику.
http://tl.rulate.ru/book/135808/9480683
Готово:
