Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 1571. Это просто какой-то детский сад

Глава 1571. Это просто какой-то детский сад

Слова директора Хоу посеяли в душе Тан Сяньгуя сомнения. Он почувствовал, что, возможно, не до конца понял глубокий и дальновидный замысел руководства, но в чём именно он ошибся, определить не мог.

«Он намекает нашей экспертной группе, чтобы мы не совали нос не в свои дела? Или предупреждает, чтобы мы не были слишком предвзяты к одной из сторон?»

Директор Хоу не дал Тан Сяньгую чётких указаний, однако выгода от «пролоббированных» некоторыми людьми интересов, подкреплённая реальными деньгами, была предельно ясна и ощутима.

Это ставило Тан Сяньгуя в трудное положение. В конце концов, его зарплата составляла всего несколько сотен юаней в месяц — стоило ли из-за этого надрываться и рисковать?

Пока Тан Сяньгуй терзался сомнениями, у остальных членов экспертной группы таких терзаний не было. Если небо упадёт на землю, держать его будут те, кто выше ростом. И пусть им достались лишь жалкие гроши, но они люди принципиальные: маленькие люди должны делать большие дела.

Поэтому уже в первый день ходовых испытаний опытный образец КАМАЗа от первого цеха был разнесён в пух и прах.

— Двигатель у этой машины слабоват, даже на двенадцатиградусный подъём со стандартной загрузкой заехать не может. И это они ещё смеют называть «королём советских тяжёлых грузовиков»? Просто смех, да и только.

— За двадцать лет работы водителем-испытателем я ещё не сидел за рулём такой неудобной машины. Всё как-то не так, через два часа спина начинает болеть.

— Про остальное промолчу, но шум в кабине просто оглушительный. Я проехал всего тридцать километров, а у меня до сих пор в ушах звенит.

— …

Поскольку предложение Ли Е требовало «изучения и принятия решения», в первый день испытаний за рулём сидели исключительно водители, назначенные экспертной группой.

Первый цех привёз пять опытных образцов, и после тестового заезда все пять водителей пожаловались на самые разные недостатки.

А вот три опытных образца от «Юго-западного завода тяжёлых автомобилей», напротив, получили весьма лестные отзывы.

— Машина у «Юго-западного завода» получилась неплохой. Сразу видно, что это старый завод с многолетним опытом производства тяжёлых грузовиков. Шасси прочное, двигатель мощный, обзорность хорошая.

— Про остальное говорить не буду, но кондиционер у этой машины работает просто отлично, почти как на импортных автомобилях.

Наблюдавший за этим Ли Е только усмехался.

«Да уж, тест-драйв от «проплаченных» и «независимых» блогеров — это, конечно, две большие разницы!»

Однако, когда опытный образец первого цеха был очернён, Ли Е не стал тут же вступать в споры. Он спокойно дождался, пока Тан Сяньгуй и остальные составят отчёт об испытаниях, и только после этого применил свои контрмеры.

«Вы говорите, двигатель слабый? Отлично, мы привезли новейшую зарубежную миниатюрную видеокамеру и можем записать на видео, насколько открыта дроссельная заслонка. Вы осмелитесь утверждать, что при подъёме в гору вы сразу выжали педаль газа в пол?»

«Вы говорите, шум большой? Не проблема, у меня с собой и самый современный шумомер есть. Мы проверим оба образца. И если их машина окажется шумнее нашей, может, вам стоит сходить к врачу и проверить слух?»

«Вы говорите, у них кондиционер лучше всех? Давайте-давайте, сколько там стоит высокоточный термометр? Проведём испытания прямо на месте, чтобы все убедились».

Когда на следующее утро Ли Е оснастил опытные образцы первого цеха самыми передовыми измерительными приборами и, вооружившись данными предыдущих всесторонних испытаний, представил экспертной группе свои возражения, даже начальник отдела Хан не смог сдержать улыбки.

«Так кто здесь, чёрт возьми, настоящий профессионал?!»

Данные испытаний первого цеха были представлены в виде точных, наглядных цифровых показателей. А отчёт экспертной группы «Цзици» пестрел двусмысленными субъективными оценками, а конкретных данных было кот наплакал. На контрасте это выглядело просто как какой-то детский сад.

Дело было не в том, что у Тан Сяньгуя не было возможности использовать профессиональное оборудование и методики испытаний. Он просто намеренно держал Ли Е за ребёнка, которого можно было обвести вокруг пальца.

Ли Е застал Тан Сяньгуя и его команду врасплох, но они не признали своей ошибки, а вместо этого применили неопровержимый козырь — «право окончательной интерпретации».

— Заместитель генерального директора Ли, у каждого завода свои технические стандарты. Ваше предприятие все эти годы производило лёгкие грузовики и микроавтобусы, поэтому используемые вами стандарты испытаний не подходят для тяжёлых грузовиков.

— Неважно, подходят стандарты или нет, — прямо заявил Ли Е. — Важно то, что мы не согласны с результатами испытаний. Поэтому мы требуем провести повторные испытания по перечисленным пунктам, причём для обоих образцов одновременно.

Тан Сяньгуй надменно улыбнулся:

— Это не соответствует нашему рабочему процессу. Если заместитель генерального директора Ли не согласен с недостатками, выявленными в ходе испытаний, вы можете внести соответствующие улучшения в процессе дальнейшей разработки.

Тан Сяньгуй произнёс целую тираду, приводя благовидные предлоги один за другим. Сразу было видно, что он — старый, закалённый в боях воин.

«На моей территории — мои правила. Не нравится — твои проблемы».

Ли Е холодно смотрел на Тан Сяньгуя пять секунд, а затем легко бросил:

— Я был о вас лучшего мнения. Я думал, вы будете придерживаться элементарной профессиональной этики. Раз так… мы снимаемся с испытаний.

Тан Сяньгуй не сразу понял и удивлённо переспросил:

— Снимаетесь? В каком смысле?

Ли Е презрительно взглянул на него, развернулся и ушёл, даже не потрудившись объяснить.

В тот же вечер все пять опытных образцов первого цеха покинули испытательный полигон, что встревожило и начальника отдела Хана, и директора Хоу.

Начальник отдела Хан нашёл Ли Е и строго спросил:

— Ли Е, что ты творишь? Начальник группы Тан обвиняет вас в том, что вы самовольно увезли опытные образцы и сорвали весь проект испытаний.

— Ничего не творю, — спокойно ответил Ли Е. — Просто признаю поражение и ухожу. Завтра мы возвращаемся в Пекин. Пусть остальные играют в свои игры дальше.

— Это чистое самоуправство… — отчитал его начальник отдела Хан, а затем вдруг понизил голос: — Даже если ты недоволен ими, нельзя просто так уходить. Если ты уйдёшь, у нас не будет повода тебя поддержать, даже если мы захотим.

Ли Е моргнул. Он не знал, что ответить, так как не был уверен, на чьей стороне начальник отдела Хан.

Начальник отдела Хан едва заметно улыбнулся и тихо сказал:

— Вашему первому цеху сейчас не хватает времени. Так куда ты торопишься?

Сердце Ли Е дрогнуло. Первому цеху действительно нужен был ещё год, чтобы решить все технические проблемы для запуска КАМАЗа в серийное производство.

Но, судя по поведению Тан Сяньгуя, он явно намеревался разрубить гордиев узел одним махом и быстро покончить с первым цехом. Как можно было в таких условиях затянуть сравнительные испытания на целый год?

— Начальник отдела Хан, — сказал Ли Е, — с профессиональной точки зрения, Тан Сяньгуй не должен был превращать эти испытания в такой фарс. Я не верю, что у них нет современного оборудования или отработанных методик. Они просто намеренно используют самые примитивные средства, чтобы получить самый худший результат.

Начальник отдела Хан кивнул и миролюбиво произнёс:

— Многие знают, что ты затаил обиду. Но обиду нужно выплёскивать правильными способами. Ты можешь подать нам письменное возражение, мы его изучим и найдём подходящее решение. В конце концов, ты же не хочешь, чтобы мы открыто принимали чью-то сторону?

Ли Е замер и замолчал.

Судя по словам начальника отдела Хана, в этой, казалось бы, беспристрастной оценке у каждого была своя предвзятость. А понятие «справедливость», которое он искал, было лишь результатом борьбы и компромисса между противоборствующими силами.

http://tl.rulate.ru/book/123784/9820786