Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 1551. Уровень у неё так себе, зато она отлично умеет звать подмогу

Глава 1551. Уровень у неё так себе, зато она отлично умеет звать подмогу

Ли Е решил действовать через Шань Шэнвэня и положил глаз на технических специалистов «Юго-западного завода тяжёлых автомобилей» в основном потому, что от Сунь Сяньцзиня до него дошли слухи. Говорили, что наверху, неизвестно, кто им нашептал, всё-таки решили провести сравнительные испытания опытного образца «Юго-западного завода» и образца первого цеха.

Хотя официальное уведомление ещё не пришло, по словам Сунь Сяньцзиня, это было почти решённым делом, и ждать оставалось недолго.

Когда Ли Е спросил у У Яня, старины Цзе и других инженеров первого цеха, насколько они уверены в успехе возможных испытаний, все они ответили, что если тесты будут краткосрочными, у первого цеха определённо есть шанс на победу.

Однако, если испытания затянутся по времени и километражу, то недочёты в деталях опытного образца первого цеха поставят его в невыгодное положение.

В конце концов, первый цех никогда не занимался разработкой и производством тяжёлых грузовиков. Поэтому, чтобы «гарантированно победить» зрелую модель «Цзинань хэви трак», оставалось либо перенять чужой опыт, либо жульничать.

Жульничать Ли Е считал ниже своего достоинства, к тому же Дун Шань и сам был мастером в этом деле, так что была высока вероятность, что это выйдет боком.

Оставался только один вариант — перенять чужой опыт.

Через нескольких своих «осведомителей» Лу Чжичжан выяснил, что инженер Кань был одним из ведущих технических специалистов на «Юго-западном заводе». Более того, он участвовал во всём процессе создания их «перелицованного» опытного образца и наверняка был в курсе всех тёмных делишек, которые проворачивали Шан Бинь и его команда.

Поэтому Ли Е и загорелся этой идеей. Как говорится, зная себя и зная врага, можно выиграть сто битв из ста.

Но пока Ли Е увлечённо щёлкал костяшками на своих счётах, Дун Шань, который тоже был не промах, тут же ему позвонил.

— Алло, Ли Е! Я сегодня снова видел заявление на перевод. Что, в Пекине в последнее время такая нехватка кадров? Я только что подписал приказ о переводе семьи и детей Шань Шэнвэня, как тут же ещё несколько инженеров собрались уходить. Я ведь только вступил в должность, не стоит так вставлять палки в колёса, правда?

Ли Е был раздосадован, но вслух удивлённо произнёс:

— Палки в колёса? Вовсе нет! Я слышал, что старина Кань остался не у дел, вот и спросил между делом. Старина Дун, не пойми меня неправильно…

— Да я-то не понял неправильно, — усмехнулся Дун Шань, — но информация у тебя неточная. Инженер Кань Дамин не остался не у дел. Он просто подорвал здоровье, пока руководил разработкой тяжёлого грузовика, поэтому сейчас отдыхает дома. Ли Е, мы с тобой оба люди прямые, так что скажу как есть: Кань Дамин — это опора нашего технического отдела, так что ты не должен строить на его счёт коварных планов.

— Что значит «коварных планов»! — спокойно, но твёрдо возразил Ли Е. — Старина Дун, что ты такое говоришь? Из компании «Цинци» к нам столько людей перешло, так что случится, если из «Юго-западного завода» в Пекин переедут человек десять-восемь? Всё равно мы все — часть группы «Цзиннань», внутренняя ротация кадров — это нормально. Конечно, если ты не отпустишь людей, я не могу настаивать, в конце концов, на юго-западе всем заправляешь ты!

«Какая к чёрту «нормальная ротация»?!»

Дун Шань был в ярости не только от этих слов. Когда-то он с самыми добрыми намерениями хотел «перенять модель первого цеха» и просил Ли Е выделить ему группу технических специалистов и управленцев, но тот его не поддержал.

В итоге с Дун Шанем на юго-запад отправилось лишь несколько человек, которые на первом цехе считались «непризнанными талантами», что очень его разозлило.

Особенно после того, как эти несколько человек, прибыв на «Юго-западный завод», быстро продемонстрировали свою ценность.

Они проработали на первом цехе по шесть-семь лет и до мозга костей впитали его методы и порядки. Прибыв на юго-запад, они, как и положено новым назначенцам, с энтузиазмом взялись за дело и тут же начали «наводить порядок», используя методы первого цеха.

Работники «Юго-западного завода», привыкшие к расслабленному темпу, конечно, были недовольны. Но сейчас, в атмосфере всеобщей паники и страха, им оставалось только покорно сносить все тяготы.

Ведь ходили слухи, что недавние перемены на заводе — это ещё милость свыше, по принципу «бьём тигров, но не трогаем мух». И если кто-то в такой момент проявит недальновидность, то те, кто уже сидит, могут и его имя назвать.

Однако, после того как все смирились, рабочая атмосфера и эффективность в этих отделах разительно изменились, что многих приятно удивило.

И тогда на Дун Шаня посыпались бесчисленные похвалы (и лесть). Его называли молодым и талантливым руководителем, способным переломить ситуацию и вывести всех из кризиса.

Дун Шань был одновременно и сбит с толку, и кое-что понял.

Когда «варяг» приходит на новое место и пытается утвердить свой авторитет, лишь требуя соблюдения дисциплины и чистоты, рабочие, которые боятся возразить, в душе его презирают.

Но сейчас методы первого цеха действительно приносили пользу производству и управлению. Тут уж хочешь не хочешь, а придётся подчиниться.

Однако Дун Шань злился ещё больше. Ведь Лай Цзяи и остальные, кто приехал с ним на юго-запад, на первом цехе были далеко не лучшими кадрами. Если бы Ли Е поддержал его и выделил несколько десятков «выдающихся специалистов», разве не смог бы он полностью преобразить «Юго-западный завод»?

Поэтому сейчас, когда Ли Е хотел переманить старину Каня и его инженеров, да ещё и говорил про «внутреннюю ротацию», Дун Шань был готов умереть, но не согласиться.

Вот только Дун Шань никогда не задумывался: почему бы ему самому не создать систему и рабочую атмосферу, как на первом цехе? Почему он всегда пытается «использовать чужой опыт»? Почему всегда хочет получить всё готовое?

Ли Е понял настрой Дун Шаня и не стал с ним больше спорить. Удерживать инженера, которого отстранили от дел и отправили домой на «перевоспитание», и скорее дать ему пропасть, чем отпустить — сердце у Дун Шаня было отнюдь не доброе.

Ли Е с сожалением сообщил Шань Шэнвэню, чтобы тот пока не переманивал Кань Дамина и его людей, дабы не усложнять им жизнь и не давать Дун Шаню повода для давления.

Однако на следующий день Шань Шэнвэнь принёс Ли Е новость.

— Господин Ли, Кань Дамин сказал, что сам пока приехать не может, но его дочь может приехать первой. Она давно в отпуске за свой счёт с сохранением рабочего места, так что на юго-западе не имеют права её удерживать.

Ли Е слегка нахмурился:

— Дочь Кань Дамина? А какой у неё уровень?

Шань Шэнвэнь усмехнулся:

— Какой у неё уровень, я не могу сказать. Но Кань Дамин сказал, что с какой бы проблемой мы ни столкнулись, она сможет помочь её решить.

Ли Е мгновенно всё понял. Это была та самая легендарная «младшая ученица из клана»: сама, может, и не сильна, зато отлично умеет звать подмогу.

Стоит ей только объяснить отцу, в чём проблема, и он тут же придумает решение.

— Хорошо, давай попробуем! — тут же согласился Ли Е.

В то же время он осознал, насколько сильно отличалась та эпоха от времени, наступившего десятилетия спустя. До появления «трудового арбитража» работник находился под жесточайшим контролем предприятия. Если начальник не подписывал твой приказ о переводе, ты мог хоть разбить себе голову — толку не было. Родился на предприятии, на нём и умрёшь.

И на этом фоне усилия и результаты Пань Сяоин по координации «перемещения» технических специалистов из «Мобильной компании» выглядели особенно прогрессивными.

Когда «Фэнъюй электроникс» и «Мобильная компания» начали «обмен кадрами» и «разделение технологий», многие обладатели «железной кормушки», вроде Ли Цзюань, наперебой стремились перейти в «Фэнъюй электроникс». Они боялись, что после «раздела» двух компаний щедрая зарплата и льготы исчезнут.

На этот раз Ли Е действительно не собирался намеренно переманивать кадры у государства. Это была исключительно инициатива самих молодых людей, которые хотели сменить работу. В конце концов, «Фэнъюй электроникс» и по уровню зарплат, и по условиям труда был эквивалентом современных корпораций-гигантов.

На госпредприятии были большие возможности для карьерного роста и высокий потолок. Если человек стремился сделать карьеру чиновника, он, конечно, не пошёл бы в крупную частную компанию. Но если ты не стремился лезть наверх, устоять перед соблазнами такой компании было очень трудно.

Однако, даже несмотря на то, что Ли Е не переманивал кадры намеренно, к нему всё равно обратились. И обратился человек, который доставлял ему немало головной боли.

В пятницу, ближе к концу рабочего дня, Ли Е позвонил Великий Ни и сказал, что хочет с ним кое-что обсудить.

— Эх…

Ли Е устало вздохнул, чувствуя, как его охватывает неприятное предчувствие.

http://tl.rulate.ru/book/123784/9487669