Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 1524. Встать на плечи гиганта, чтобы наступить ему на голову?

Глава 1524. Встать на плечи гиганта, чтобы наступить ему на голову?

Перед концом рабочего дня Ли Е позвонил Дун Шань.

— Господин Ли, у вас есть сегодня время? Я бы хотел многое у вас спросить и посоветоваться. Может, найдём место, где можно посидеть?

Ли Е немного подумал и ответил:

— Посидеть? Хорошо, выбирай место.

— Отлично, отлично! После работы буду ждать вас у главных ворот.

— …

Повесив трубку, Ли Е погрузился в раздумья.

Только что Дун Шань говорил с ним очень уважительно, прямо как в те дни, когда его только утвердили в должности начальника канцелярии.

Однако отношение самого Ли Е к Дун Шаню кардинально изменилось.

В своё время Дун Шаня на эту должность предложил Ма Чжаосянь. Ли Е, как «железный союзник» Ма Чжаосяня, разумеется, не возражал и даже не стал расспрашивать о его прошлом и связях. Раз уж это человек Ма Чжаосяня, то, какое бы у него ни было прошлое, Ли Е ему доверял.

Но несколько дней назад, когда начальник отдела Цюй приехал в группу «Цзиннань» с распоряжениями, Ли Е зашёл в кабинет к Ма Чжаосяню и только тогда понял, насколько сильно он недооценивал Дун Шаня.

Хотя Ма Чжаосянь так и не сказал прямо, что за «бессмертный» этот Дун Шань, он туманно намекнул, что его связи ничуть не уступают связям самого Ли Е, и что у них абсолютно нет никаких конфликтов интересов.

Когда Ли Е выходил из кабинета Ма Чжаосяня, на его лице было мрачное и неприступное выражение. Отчасти это была игра на публику, а отчасти — искреннее раздражение.

Потому что Ма Чжаосянь также намекнул, что перевод Дун Шаня на юго-запад — дело уже решённое, что, в свою очередь, помогло Ли Е нейтрализовать «интригу», затеянную против него Шан Бинем.

Но Ли Е никак не мог понять: Дун Шань явно воспользовался его поддержкой, так почему же он, Ли Е, узнал обо всём последним?

Почему во всей этой истории Ли Е оставался в полном неведении?

Он что, недостоин?

Ладно бы другие с ним не посоветовались, но Ма Чжаосянь — старый подчинённый его тестя Вэнь Циншэна, его прямой протеже, которого тот лично взрастил. Почему и он держал всё в секрете?

Вон, Сунь Сяньцзинь, как только что-то разузнал, сразу же связался с Ли Е, чтобы всё обсудить и проанализировать, а Ма Чжаосянь всё от него утаил.

Поэтому Ли Е впервые почувствовал лёгкую обиду на Ма Чжаосяня.

И теперь, хотя Дун Шань с большим почтением приглашал его на ужин, у Ли Е уже не было прежнего желания «всецело и безоговорочно помогать» ему.

…

После работы Ли Е отправился с Дун Шанем в небольшой, довольно уединённый ресторанчик с хорошей кухней.

Когда подали блюда, Дун Шань поднял бокал и искренне обратился к Ли Е:

— Господин Ли, моё нынешнее назначение на юго-запад — это целиком и полностью ваша заслуга. Я поймал попутный ветер благодаря вам. Не будет преувеличением сказать, что я просто встал на плечи гиганта и пожал плоды. Я хочу выпить за вас. Во-первых, чтобы выразить благодарность за вашу помощь в последние полгода, а во-вторых, чтобы выразить своё искреннее раскаяние…

Ли Е принял его тост и с улыбкой ответил:

— Какой же я гигант? От твоих слов мне самому неловко стало.

— Нет-нет-нет, — покачал головой Дун Шань. — После Нового года я постоянно изучал и анализировал модель управления первого цеха. И чем больше я изучал, тем больше поражался, чем больше анализировал, тем больше восхищался. Честно говоря, если бы не это внезапное назначение, я бы уже попросился на перевод в первый цех, чтобы углублённо всему научиться.

Ли Е спокойно смотрел на Дун Шаня, внимательно изучая его мимику в надежде понять, были ли его слова искренними или лицемерными.

Судя по карьере Дун Шаня, сказать, что он стремительно поднимался по служебной лестнице, было бы скромно, а сказать, что он взлетел как ракета — ничуть не преувеличение. По сравнению с ним Ли Е выглядел просто неудачником.

Ведь карьера Ли Е, хоть и была быстрой, но он делал шаг за шагом, и каждый шаг был подкреплён реальными достижениями. Он вызывал зависть и ненависть лишь потому, что нарушал некоторые устоявшиеся правила.

А карьерный путь Дун Шаня — это была тактика «бессмертного»: внешне всё выглядело обычно, но идеально соответствовало правилам, так что придраться было невозможно.

И вот такой могущественный «бессмертный» с почтением обращается к нему, Ли Е, который в лучшем случае тянет на «полубога». Что это — лицемерие? Или искренность?

Ли Е не мог понять. По крайней мере, выражение лица Дун Шаня в этот момент было искренним.

«Настоящие «бессмертные» и впрямь скромны и держатся на высоте», — подумал Ли Е.

Он когда-то сам говорил, что по-настоящему высокопоставленные отпрыски очень дружелюбны к людям, и сегодня он убедился в этом воочию.

Поэтому Ли Е тоже улыбнулся и сказал:

— Дун Шань, может, перестанешь так скромничать? Если будешь продолжать в том же духе, у нас нормального разговора не получится.

— Ха-ха-ха!

Современная манера речи Ли Е рассмешила Дун Шаня, но, отсмеявшись, он снова серьёзно произнёс:

— Я не скромничаю. Я действительно восхищён моделью работы первого цеха. Я подробно изучил его ситуацию и могу сказать, что решение о выделении цеха в независимый экспериментальный проект было просто гениальным. Поэтому, отправляясь на работу на юго-запад, я хочу позаимствовать модель первого цеха: сконцентрировать лучшие ресурсы для прорыва в одной точке, а затем, в свою очередь, повлиять на общую картину.

Ли Е понимающе кивнул:

— Ты хочешь повторить путь первого цеха на «Юго-западном заводе тяжёлых автомобилей»? Это тоже вариант. У завода накопилось много застарелых проблем, и провести реформу в малом масштабе действительно проще.

— Да-да, именно так я и думаю! — обрадовался Дун Шань. — Поэтому и хотел попросить у вас совета и перенять опыт. Как раз сейчас «Юго-западный завод» представил опытный образец тяжёлого грузовика, и я планирую воспользоваться этим моментом, чтобы под предлогом нового проекта выделить экспериментальное подразделение…

Дун Шань с энтузиазмом излагал свой план, но Ли Е остро уловил ключевой момент — «опытный образец тяжёлого грузовика».

Можно сказать, что «Юго-западному заводу» сейчас было очень трудно найти точку для прорыва, поэтому Дун Шань и ухватился за новый опытный образец, который недавно инспектировало начальство.

Но те два «собранных из чужих деталей под своим брендом» опытных образца шли вразрез с планами Ли Е по развитию тяжёлых грузовиков.

И действительно, наговорившись, Дун Шань обратился к Ли Е с просьбой:

— Господин Ли, я слышал, что первый цех тоже недавно представил свой опытный образец. Поэтому я хочу организовать сравнительные испытания, чтобы сопоставить их.

— Сравнительные испытания? — Ли Е слегка скривил губы и спокойно спросил: — А что, если в этих испытаниях опытный образец первого цеха проиграет?

— …

Дун Шань замер, явно не ожидая от Ли Е таких слов.

Ведь Ли Е всегда был уверен в технологиях первого цеха, а его философия управления заключалась в том, чтобы никогда не бояться поражений.

Но на этот раз он так резко поднял вопрос о «проигрыше».

«Ты залез выше, встав на плечи гиганта. Так какова твоя позиция?»

Раз уж Дун Шань сам сказал, что поднялся, встав на плечи Ли Е, не собирается ли он в дальнейшем наступить Ли Е на голову?

Если Дун Шань сделает ставку на первый цех, подобно тому, как первый цех в своё время поглотил головной завод, Ли Е готов помочь ему в конечном итоге взять под контроль «Юго-западный завод». Ведь тогда весь концерн «Цзиннань» будет развиваться вокруг первого цеха.

Но если Дун Шань сделает ставку на юго-западный проект… что ж, тогда Ли Е готов пойти с ним разными дорогами.

В конце концов, ещё во время слияния группы «Цзиннань» у Ли Е и Ма Чжаосяня был запасной план на случай, если придётся разойтись.

Вот только думает ли так до сих пор сам Ма Чжаосянь?

Дун Шань — «бессмертный». Пусть сейчас он ведёт себя мягко и скромно, но когда он наберётся сил, кто знает, не захочет ли он, в свою очередь, поглотить и сам первый цех.

http://tl.rulate.ru/book/123784/9106847