Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 1352. Мужчина должен быть несокрушимой опорой?

Глава 1352. Мужчина должен быть несокрушимой опорой?

Зелющенко, держа в руках две страницы с планом собрания, которые дал ему Ли Е, с сомнением и недоверием поднялся на сцену.

Сидевшие в зале работники КамАЗа тут же начали его расспрашивать:

— Эй, ты опять собираешься нести эту чушь про то, как гибкость меняет судьбу? Если да, то лучше побереги силы!

— Не думай, что мы не знаем, какой ты бессердечный ублюдок. Ты наживаешься на нас, отправляя людей за границу, и зарабатываешь по две тысячи долларов с человека…

— Точно! Мы вкалываем за границей, как проклятые, и получаем всего полторы тысячи в месяц, а ты, сидя дома, гребёшь по две тысячи долларов! Ты что, забыл, кем был раньше?

Зелющенко едва не захлебнулся кровью.

За каждого технического специалиста, которого он устраивал на работу за границей, он получал от двухсот до пятисот долларов. Как в устах этих людей эта сумма превратилась в две тысячи?

«Да если бы я, чёрт возьми, по две тысячи долларов с человека зарабатывал, я бы уже мафию нанял, чтобы вас всех похитить».

«Я был большевиком, но теперь я не он. Всех большевиков уже распустили».

Видя, как несколько рабочих в зале начали поднимать шум и ситуация постепенно выходила из-под контроля, Зелющенко наконец понял, почему Ли Е настаивал на том, чтобы «сначала всех накормить».

У человека всего один рот, и когда он занят едой, говорить становится не так-то просто, а значит, людей легче переубедить поодиночке.

— Хватит, Попонов! Я сегодня пригласил вас всех… не для того, чтобы вас в чём-то убеждать. Я просто хотел угостить вас хорошим ужином. Посмотрите на своих коллег и друзей вокруг. Как давно вы не видели улыбок на их лицах? Так зачем же ты сейчас говоришь эти неприятные слова? Почему бы не дать всем спокойно насладиться ужином… вместе со своими семьями?

…

Попонов, который только что ухмылялся, внезапно смутился и не нашёлся, что ответить.

Он повернул голову и огляделся. Многие уже сглатывали слюну, глядя на обильные яства. Если он продолжит спорить с Зелющенко, то — как отреагируют другие, он не знал, — но его жена и дети точно будут разочарованы и очень рассержены.

— Желаю всем приятного аппетита!

Зелющенко махнул рукой, и вперёд вышли несколько скрипачей, заигравших спокойную и нежную мелодию.

Музыка могла сгладить неловкость, вызванную урчанием в животах, скрыть стыд многих и сохранить остатки самоуважения у бедных людей.

А ещё она могла заглушить звуки чавканья тех, кто ел слишком торопливо.

Ли Е, стоя в углу и молча наблюдая за происходящим, тихонько вздохнул.

Голод — одна из самых жестоких пыток в мире. Он может незаметно сломить волю человека, превратив многих, кто считал себя храбрецом, в жалких трусов.

Меню, которое Зелющенко подготовил для гостей, не включало никаких изысков. Это была привычная для русских еда с высоким содержанием жира и сахара. По оценке Ли Е, этого было достаточно, чтобы наесться досыта, но до деликатесов было далеко.

Однако звуки быстрого жевания и хлебания супа сотни людей в зале почти заглушали струнную музыку виолончелей и скрипок.

Стоявшая рядом с Ли Е в качестве переводчицы Сяо Ци не удержалась и сказала:

— А этот Зелющенко всё-таки не промах. Когда я сегодня увидела меню, я так разозлилась, что отругала его. Эти люди всё-таки инженеры, помощники инженеров, да и денег ему дали достаточно, зачем же подавать им свиные помои? Но теперь я вижу, что русские лучше понимают вкусы русских. Подай им сейчас китайскую еду, они бы и не оценили.

— Хе-хе, — усмехнулся Ли Е. — Ничто не происходит без причины. Здесь слишком холодно. Жирная и сладкая пища помогает согреться, защититься от холода и голода. Со временем такая привычка в питании укоренилась в их культуре.

— Ли Е-гэ, — со смешком сказала Сяо Ци, — слушаю тебя и думаю, ты будто про медведей рассказываешь.

— Ха-ха-ха-ха! — рассмеялся и Ли Е.

Но то, что он сказал, было совсем не шуткой.

Всего через несколько десятилетий некоторые китайцы, женившиеся на русских женщинах, запрещали своим иностранным жёнам готовить. Те хотели проявить себя как хорошие хозяйки, но им не позволяли.

Потому что стоило русской жене взять кухню в свои руки, как через полгода вся семья набирала вес, а через два года у всех гарантированно появлялись гипергликемия, гиперлипидемия и гипертония.

Её предки из поколения в поколение готовили именно так. А вы хотите, чтобы она сбалансировала мясо с овощами и использовала «немного» масла?

Она знает, что такое «немного»? Шмяк-шмяк — две ложки, это и есть «немного».

Ли Е и Зелющенко терпеливо ждали, пока инженеры в зале наедятся и напьются, а затем начали самый важный этап.

— Спасибо всем, что пришли сегодня на наш благотворительный вечер, — спокойно начал Зелющенко. — Я хочу сказать несколько слов. Это займёт не более двух минут, надеюсь, вы выслушаете.

— Гонконгская компания «Динли» объявляет о наборе инженеров в России, специализирующихся на автомобилестроении. Минимальная зарплата — тысяча долларов в месяц, верхнего предела нет. За особый вклад обязательно будут выплачиваться премии.

…

Зелющенко говорил всего полминуты, а Попонов и его товарищи уже начали проявлять беспокойство. Только то, что они только что плотно поели и чувствовали себя немного неловко, удержало их от того, чтобы немедленно наброситься на Зелющенко с руганью.

Почувствовав, что атмосфера накаляется, Зелющенко ускорил темп и дошёл до той части, которая казалась ему самой непонятной.

— Сразу после приёма на работу вы получите единовременные подъёмные. Затем семьдесят процентов вашей ежемесячной зарплаты будут своевременно переводиться вашим родным, которых вы укажете — например, вашей матери, жене или детям.

…

Беспокойство, которое только начало нарастать, мгновенно улеглось, странным образом застыв на месте.

Зелющенко обрёл уверенность и продолжил читать:

— Гонконгская компания «Динли» предоставляет иностранным сотрудникам множество льгот. Проживание и питание полностью бесплатны, ежемесячно выделяется определённое количество алкоголя и сигарет. Если у вас нет особых запросов, вы и тридцати процентов зарплаты не потратите.

— Кроме того, мы подписали соглашение с Управлением промышленности, согласно которому в течение одного года за вами сохраняется ваше место на заводе. Если вас не устроит работа за границей, вы можете вернуться и продолжить работать на КамАЗе.

— Вж-ж-жух! — зал взорвался гулом.

Но это был не тот враждебный гул, что раньше. Это была буря, поднятая жёнами против своих мужей.

— Попонов, ты слышал? Минимум тысяча долларов в месяц, а за вклад ещё и премия!

— Наташа, зачем ты веришь в эту чушь Зелющенко? Он же вампир, он людей ест и костей не выплёвывает!

— Каких ещё костей?! Сразу после подписания контракта дают подъёмные, а потом каждый месяц мне и детям будут платить зарплату! Ты что, хочешь смотреть, как мы с двумя детьми умрём от голода в полном отчаянии?

— Наташа, ты…

Попонов почувствовал, что что-то не так. Его жена, которая ещё несколько дней назад была категорически против его отъезда, изменила своё мнение за одну минуту? Он не мог этого понять.

Конечно, он не мог этого понять.

Наташа боялась, что муж, уехав в мир соблазнов, бросит её с детьми подыхать на родине. Но теперь зарплатная карточка будет у неё в руках! Каждый месяц, ничего не делая, она будет получать деньги!

Так чего ждёшь? А ну-ка, катись отсюда и зарабатывай для меня деньги!

Когда женщины собираются вместе, их эмоции заразительны. Ли Е собрал семьи инженеров вместе, и после недолгого щебетания и обсуждений они быстро пришли к общему мнению.

«Мужчина — это несокрушимая опора, он должен стремиться вперёд, бороться, быть как неутомимый воин…»

Попонов сглотнул горькую слюну и беспомощно сказал жене:

— Хорошо, Наташа, я попробую. Если не получится, через год я вернусь.

Через год?

Через год здесь будет «шоковая терапия» в самом разгаре, ты ещё захочешь вернуться?

— Хорошо-хорошо! Когда приедешь в Гонконг, веди себя скромно, экономь, и не заводи себе никаких «особых запросов».

Попонов машинально кивнул, а затем резко поднял голову:

— Наташа, ты ведь не нацелилась и на мои тридцать процентов зарплаты?

— Тьфу! Тебя там кормят, поят, сигареты дают… Скажи, на что тебе ещё деньги оставлять?

http://tl.rulate.ru/book/123784/7429382