Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 1298. Почему ты не сломал ему ноги?

Глава 1298. Почему ты не сломал ему ноги?

Ли Е одним ударом ноги сбил Хэ Дачжуана с ног. Тот был в ступоре — в нём не было и тени той ярости, с которой он когда-то, после первого падения от руки Ли Е, вскочил с криком «Я с тобой поквитаюсь!».

И уж тем более он не стал с наглым видом продолжать шантажировать Ли Е, требуя устроить его на работу и найти ему пару.

Потому что он прекрасно понимал: этот «кайфовый» пинок Ли Е разорвал между ними все отношения.

В конце концов, детские драки — это несерьёзно. Повзрослев, можно, посмеиваясь, забыть об обидах и даже выпить по бутылочке пива за одним столом.

Но когда тебя избивают в тридцать лет, этого не прощают до конца жизни. И если после побоев человек продолжает с тобой любезничать, стоит проверить, не держит ли он в руке нож.

Хэ Дачжуан злобно посмотрел на Ли Е и сплюнул.

— Ладно, ты крут, вы все круты. Вы сговорились, чтобы поиздеваться надо мной! Ты и Чжэнь Жунжун сговорились, чтобы обмануть всех!

— Да ты!.. Ещё раз посмеешь нести чушь…

Ли Е в гневе снова замахнулся на Хэ Дачжуана, но тот сорвался с места и бросился наутёк.

Что ни говори, этот тип стал куда трусливее, чем раньше, и научился «не нарываться на неприятности».

Однако, выскочив из кабинета Ли Е, Хэ Дачжуан тут же осмелел и, развернувшись, снова посмотрел на него.

По его разумению, в коридоре офисного здания Ли Е точно не станет его бить. Ведь на глазах у всех второй человек на заводе с десятитысячным коллективом поднимает руку на другого — это всё равно что, убив сто врагов, потерять восемь тысяч своих.

Десять тысяч рабочих — это десять тысяч языков, которые в мгновение ока разнесут новость о поступке Ли Е по всему заводу. И тогда наверху все узнают, что Ли Е — грубый, неуравновешенный мужлан, не заслуживающий продвижения.

Но стоило Хэ Дачжуану развернуться, как он увидел, что сорок второй размер ноги Ли Е уже летит прямо в него.

И затем, к его полнейшему изумлению, Ли Е снова мощным пинком отправил его на пол.

За эти годы Ли Е под нажимом семьи действительно «совершенствовал дух и тело», и его терпение стало гораздо крепче. Но когда оно лопалось, ему было плевать на любые «последствия».

Все эти «отступи на шаг — и откроется бескрайний простор», «принцип уступчивости счастливого человека» — за всё это приходится платить. Приходится несколько дней переваривать унижение. Стоит ли оно того?

— Ли Е, — превозмогая боль, поднялся Хэ Дачжуан и, скрежеща зубами, прорычал, — ты думаешь, тебе всё дозволено? В университете тебя защищали учитель Му и однокурсники, но здесь это не пройдёт! Ты у меня дождёшься, дождёшься…

— Хорошо, я жду, — спокойно ответил Ли Е. — Но и ты у меня дождись. Этот разговор не окончен.

— Ладно, не окончен… Ха-ха-ха!

Хэ Дачжуан расхохотался, развернулся и зашагал прочь. Но по тому, как он спешил, казалось, что он боится получить ещё один пинок.

Люди из соседнего кабинета посмотрели на Ли Е и смущённо спросили:

— Директор, может, вызвать охрану, чтобы его задержать?

— Это личная неприязнь, зачем охрана? — равнодушно бросил Ли Е. — Занимайтесь своими делами.

— А, да-да-да…

Сотрудники из соседних кабинетов мгновенно испарились.

Когда у Ли Е в кабинете поднялся такой шум, им было неудобно не выйти. Но сейчас правильнее всего было немедленно исчезнуть.

Вернувшись в свой кабинет, Ли Е выдохнул накопившееся раздражение и всё же набрал номер Чжэнь Жунжун. Он решил, что её нужно подготовить.

Сам он не боялся никакой мести со стороны Хэ Дачжуана, но Чжэнь Жунжун была ни в чём не виновата.

Почему Ли Е так разозлился в этот раз? Потому что у Хэ Дачжуана не было никаких моральных принципов, и он втянул в их личный конфликт других людей.

Это было похоже на то, как если бы ребёнок плохо сдал экзамен, а мать сорвала злость на отце.

Представьте: вы сурово отчитываете ребёнка, а он не только не признаёт свою вину, но и, обиженно плача, упрямо пререкается. Мать, ударив ребёнка и не успокоившись, поворачивается и набрасывается на отца.

Скажите, разве отец не невиновен? Разве он не в безвыходном положении?

А Чжэнь Жунжун была красива и до сих пор не замужем, что и так уже вызывало пересуды. Если теперь пойдут ещё и всякие грязные слухи, то проблемы, с которыми она столкнётся, будут куда серьёзнее, чем просто «взбучка».

— Алло, кто это?

— Это я, Ли Е.

Услышав его голос, Чжэнь Жунжун на том конце провода рассмеялась:

— Ого, Ли Е, ты вспомнил обо мне и решил позвонить? Какая редкость! Что, солнце с запада взошло?

— Только что ко мне приходил Хэ Дачжуан, — вздохнул Ли Е.

Чжэнь Жунжун тут же замолчала. Спустя мгновение она спросила:

— Он просил тебя помочь ему с переводом на другую работу? Только не верь ему. Этот человек — одна сплошная проблема. Пригласить его легко, а вот избавиться потом — трудно…

— Конечно, я не поверил в его бредни, — с досадой сказал Ли Е, — но потом он наговорил мне всяких гадостей, и… в общем, я его избил. Теперь могут быть проблемы, так что я звоню заранее всё с тобой согласовать, чтобы тебя это не затронуло…

Чжэнь Жунжун снова замолчала, а потом спросила:

— Что он тебе такого сказал, что ты опять так взбесился?

Ли Е помедлил, а потом глухо произнёс:

— Он пол-утра уговаривал меня, а когда понял, что я не собираюсь помогать ему с переводом, заявил, что у нас с тобой мутные отношения…

Ли Е, тщательно подбирая слова, пересказал Чжэнь Жунжун слова Хэ Дачжуана в менее резкой форме.

— Уходя, он бросил мне угрозу, мол, ещё посмотрим, — добавил он. — Я-то его не боюсь, но боюсь, что он в гневе сорвётся на тебе… Если он вдруг начнёт тебя доставать, помни: ничего не знаю, ничего не видела, всё вали на меня…

— Обо мне не беспокойся, — перебила его Чжэнь Жунжун очень резким тоном. — А где Хэ Дачжуан? Ты его избил, и он ушёл?

Ли Е опешил.

— Ну да, ушёл, — недоумённо ответил он. — Убежал очень быстро. Наверное, испугался, что я его дальше бить буду…

— Как ты мог дать ему уйти? Почему ты не сломал ему ноги? Этот человек уже на голову тебе залез, а ты его просто по щеке погладил и отпустил? Ты всё тот же Ли Е, который в одиночку дрался с семнадцатью, защищая правое дело?

…

Слушая яростный крик Чжэнь Жунжун в трубке, Ли Е не знал, смеяться ему или плакать, и в итоге лишь тяжело вздохнул.

Смешно ему было оттого, что Чжэнь Жунжун, всегда такая сдержанная, сейчас проявила такую жестокость.

А вздохнул он потому, что чувствовал, какое огромное давление она испытывает.

Чем яростнее была реакция Чжэнь Жунжун, тем сильнее её волновали эти слухи.

Если бы она не испытывала внутреннего давления, она бы просто легко отмахнулась от этого с улыбкой и велела Ли Е не обращать на Хэ Дачжуана внимания. Она бы точно не стала упрекать его в том, что он не сломал Хэ Дачжуану ноги.

http://tl.rulate.ru/book/123784/7164334