Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 1297. Хорошо, я тебе всё объясню

Глава 1297. Хорошо, я тебе всё объясню

Хотя Ли Е и не думал, что Чжэнь Жунжун могла совершить такую глупость, он всё же с сомнением спросил:

— Староста сказала, что хочет с тобой встречаться?

— Конечно! — как ни в чём не бывало ответил Хэ Дачжуан. — Мы же старые однокурсники, разве я стал бы тебя обманывать?

Ли Е задумался и вкрадчиво спросил:

— Она прямо так и сказала, что хочет с тобой встречаться? Или ты это сам додумал?

Хэ Дачжуан открыл было рот, а потом сказал:

— Она… она так и сказала! Как я мог такое додумать?

— Правда?

Ли Е протянул звук и спокойно посмотрел прямо в глаза Хэ Дачжуану. Всего через несколько секунд он уловил, как взгляд собеседника заметался и забегал.

Ясно, этот тип пытается его надуть.

Поэтому Ли Е холодно произнёс:

— Староста, случайно, не сказала, что ты в Цинхае, а она в столице, и из-за большого расстояния вы не очень подходите друг другу?

…

Хэ Дачжуан ошеломлённо уставился на Ли Е. Секунд через десять он досадливо произнёс:

— Так староста тебе уже рассказала? А ведь вчера она специально просила меня никому не говорить! Она… как она могла?

«Я, блин, так и знал, что ты сам всё додумал, да ещё и меня обмануть пытаешься? Я тебя в прошлый раз недостаточно сильно избил, что ли?»

«Ты что, решил, что раз я стал старше, то бить тебя уже не стану?»

Иногда так неприятно быть взрослым.

Например, столкнувшись с мошенниками-попрошайками, будь тебе меньше четырнадцати, можно было бы ответить магией на магию.

Иногда Ли Е с ностальгией вспоминал первые пару лет после своего перерождения. Тогда все знали его как «безбашенного», который при любом разногласии лез в драку. Поэтому многие не решались спорить с ним и нести всякий бред.

Но теперь он стал старше, стал заместителем директора, и от него требовалось быть «сдержанным, основательным, великодушным, с широким кругозором»…

И со временем окружающие снова начали нести ему всякую чушь. Несколько дней назад один недовольный рабочий даже перегородил Ли Е дорогу, требуя объяснений, почему его не назначили начальником участка.

Неужели с возрастом действительно нельзя больше совершать «безрассудных» поступков? Неужели обязательно становиться искушённым и изворотливым?

Вот, например, Хэ Дачжуан. В университете Ли Е дважды ставил его на место, и после этого тот три-четыре года с ним не пререкался. Но сейчас…

Сейчас его и впрямь было неудобно бить. Ещё несколько лет назад Ли Е в гневе непременно бы пару раз бросил его на землю. И пускай Хэ Дачжуан был ростом метр семьдесят пять и весил под сто килограммов, Ли Е был уверен, что справился бы с ним с лёгкостью.

— Староста мне ничего такого не говорила. Это ты просто не понял её манеру общения. Она не хотела отказывать тебе напрямую, чтобы не задеть твоё самолюбие, вот и использовала эту причину для вежливого отказа.

Хотя Ли Е был в ярости на Хэ Дачжуана, но поскольку дело касалось Чжэнь Жунжун, он лишь холодно сообщил ему правду, чтобы тот поскорее оставил эту затею.

Но Хэ Дачжуан тут же возразил:

— Я не боюсь задеть самолюбие, это детские глупости. В университете я как раз из-за боязни потерять лицо и упустил столько прекрасного времени, столько хороших возможностей… В этом, Ли Е, ты меня хорошо понимаешь, верно? Ты ещё в университете нашёл себе пару, провёл четыре года в любви и нежности, узнал её и теперь живёшь с ней до конца своих дней… Если бы я тогда был смелее, разве я докатился бы до такого?

…

Ли Е ошеломлённо смотрел на Хэ Дачжуана, а в его голове проносился целый табун проклятий.

«То есть ты считаешь, что упустил свой шанс в университете только потому, что тебе не хватило смелости и наглости?»

«И ты думаешь, что теперь, проявив немного смелости, сможешь вернуть упущенное?»

Ли Е с досадой выдохнул и с усмешкой сказал:

— Да-а! Помню, когда я танцевал со своей женой у озера, кое-кто раздувал из этого целую проблему и запрещал мне встречаться с девушками!

— Точно! — Хэ Дачжуан хлопнул себя по ляжке и с досадой воскликнул: — Люди в университете тогда лезли не в своё дело, из-за них мы и упустили столько возможностей. Вот я и говорю, что ты был самым умным…

«Твою ж мать, да это же ты сам тогда раздувал из мухи слона! Ещё и использовал это, чтобы выступить против моего вступления в партию!»

Ли Е едва не разразился бранью. Он уже тонко намекнул Хэ Дачжуану, но тот продолжал прикидываться дурачком, да ещё и между строк давал понять, что Ли Е, женившись на Вэнь Лэюй, сорвал большой куш, нарушив при этом правила университета.

Поэтому Ли Е решил больше не церемониться с Хэ Дачжуаном и сказал прямо:

— Хэ Дачжуан, ты и сам знаешь, что университетские годы были драгоценны, но нам в них уже не вернуться. В университете мы все были наивными однокурсниками, но с момента выпуска мы должны были оставить эту простоту и принять правила общества. Вчера ты сам говорил, что искать пару нужно себе под стать. Сейчас староста успешно продвигается в Комитете по реформе экономической системы, у тебя в Цинхае своё развитие. Если каждый будет жить своей жизнью, мы сможем встречаться как однокурсники. Но если пытаться насильно связать то, что не связывается, в итоге можно и однокурсниками перестать быть!

…

Лицо Хэ Дачжуана заметно покраснело, и он снова перешёл в режим спора.

— Почему это «насильно связать»? Я холост, она тоже холоста. Мы ровесники, у нас примерно одинаковое образование и одинаковый ранг. Почему это мы не под стать друг другу? К тому же, мужчина в тридцать — в самом расцвете, а женщина в тридцать — уже второй сорт. В следующем году и мне, и старосте будет по тридцать. Чем я ей не пара? Знаешь, Ли Е, я не от безысходности пытаюсь закадрить однокурсницу. После развода в Цинхае мне все вокруг сватали невест, у меня целая стопка фотографий собралась, одна другой моложе и красивее. Я просто устал от этого и хочу найти кого-то с высоким образованием, кого знаю вдоль и поперёк.

«Твою ж мать, да ты ещё и нарасхват, оказывается!» — Ли Е не знал, смеяться ему или плакать.

Впрочем, если подумать, Голмуд — это не столица. В столице начальники отделов и их заместители — пруд пруди, а в Голмуде, где жил Хэ Дачжуан, всё было иначе. Такой разведённый, бездетный холостяк, как он, вполне мог получить стопку фотографий.

Но Ли Е был готов поспорить, что все эти фотографии вместе взятые не стоили и одного из достоинств Чжэнь Жунжун.

Выпускница Пекинского университета, учёба за границей по госпрограмме, ключевой кадровый резерв в ведомстве при Госсовете, а её начальник — один из самых влиятельных людей в стране… Будь Ли Е свахой, свести Чжэнь Жунжун с разведённым бездетным мужчиной — это было бы просто оскорблением!

— Ладно, ладно, — помрачнев, сказал Ли Е, — хватит разговоров. Ты в Цинхае, староста в столице. У этого союза нет никакой основы для успеха. Так что я советую тебе поскорее выбрать кого-нибудь из той стопки фотографий.

Хэ Дачжуан замер, а затем с досадой сказал:

— Поэтому я и прошу всех помочь! Я навёл справки. Ли Е, ты на первом цехе человек влиятельный. Если ты меня к себе примешь, у нас со старостой появится основа для успеха! Мы со старостой уже немолоды. Если протянем ещё пару лет, то и с детьми опоздаем. Тебе стоит лишь кивнуть, и ты решишь судьбу двух людей. Это же огромное благодеяние!

«Вот это да! Ты что, решил заняться моральным шантажом? То есть, если у вас двоих ничего не выйдет, это будет моя вина?»

— Хэ Дачжуан, — сдерживая гнев, прошипел Ли Е, — ты прекрасно знаешь систему перевода кадров в нашей стране. Кадров твоего уровня не то что я, даже глава нашей головной компании не может перевести просто так!

Ли Е говорил правду. В системе управления кадрами существовала строгая иерархия. Учреждение уровня начальника отдела могло самостоятельно решать кадровые вопросы только на уровне начальника сектора и ниже. Чтобы перевести Хэ Дачжуана, потребовалось бы вмешательство самого Ма Чжаосяня. Но с какой стати Ли Е стал бы беспокоить Ма Чжаосяня?

Однако Хэ Дачжуан ответил почти мгновенно:

— А как же Сунь Сяньцзинь? Он работает в профильном ведомстве вашего министерства. Неужели для него перевод будет такой уж сложной задачей?

— Хэ Дачжуан, — воскликнул Ли Е, — ты и Сунь Сяньцзиня в свои расчёты вписал? Ты что, решил всех однокурсников разом использовать?

— Что значит «разом использовать»? Мы же однокурсники, просто помочь по-дружески. При чём тут «использовать»?

Хэ Дачжуан даже обиделся и принялся долго и нудно вспоминать студенческие годы, словно между ним, Ли Е и Сунь Сяньцзинем была какая-то невероятно крепкая дружба.

Но к этому моменту Ли Е уже понял, что этот тип — ходячая проблема. Если взять его к себе на предприятие, кто знает, сколько раз он ещё попытается манипулировать им!

Поэтому Ли Е решил прекратить споры и прямо заявил, что это «абсолютно невозможно», и что он бессилен.

Хэ Дачжуан, видя, что он чуть ли не язык стёр, а Ли Е становился всё холоднее и безжалостнее, наконец не смог сдержать своего раздражения и досады.

— Ли Е, скажи мне честно, у тебя со старостой что-то есть? Если между вами действительно что-то есть, тогда это я, Хэ Дачжуан, поступил опрометчиво, это я, Хэ Дачжуан, виноват…

Взгляд Ли Е медленно стал ледяным.

— Хэ Дачжуан, что за бред ты несёшь?

— Бред? Разве я несу бред? — Хэ Дачжуан, словно пытаясь его спровоцировать, без малейшего страха продолжил: — Ещё в университете я замечал, что Чжэнь Жунжун смотрит на тебя как-то по-особенному. Ты совершал столько ошибок, а она каждый раз изо всех сил тебя защищала. Но у тебя была девушка, поэтому она ничего не могла поделать. Но когда она уехала учиться, ты поехал к ней в Америку… Объясни мне, какой мужчина, у которого есть девушка, поедет за тысячи километров к другой женщине? Когда староста вернулась, у неё так и не появилось парня. А теперь, когда я хочу позаботиться о ней до конца её жизни, ты всячески мне мешаешь. Объясни мне, почему так происходит.

…

— Почему? — процедил Ли Е сквозь зубы. — Ты просишь меня объяснить, почему?

— Да! Объясни, и я успокоюсь.

— Хорошо, я тебе всё объясню.

Ли Е медленно встал и вдруг нанёс прямой удар ногой. Удар пришёлся прямо в Хэ Дачжуана, и тот, покатившись кубарем, с глухим стуком врезался в стену.

— Ху-у-х…

Пнув его, Ли Е глубоко выдохнул и громко выкрикнул одно слово:

— Кайф!

http://tl.rulate.ru/book/123784/7154465