Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 1244. Какой коварный замысел!

Глава 1244. Какой коварный замысел!

— Заставить их грызться друг с другом посильнее? Дай-ка подумать… — Вэнь Лэюй, выслушав Ли Е, не сразу согласилась, а на некоторое время задумалась.

Затем она слегка покачала головой:

— Не будем спешить. Мама говорит, что у Юли ещё есть некая опора. Важно не переборщить, нам лучше пока выждать и посмотреть, как будут развиваться события.

Ли Е удивился:

— У неё ещё есть опора? Кто её поддерживает?

— Мама не стала мне рассказывать в подробностях. Ты просто наберись терпения. Это они торопятся, а нам-то чего спешить?

— Тоже верно… Тогда не будем спешить.

Ли Е доверял суждениям своей маленькой жёнушки. В конце концов, если дело касалось зарабатывания денег, Ли Е никому не уступал, но что до политической мудрости, тут он и в подмётки не годился Вэнь Лэюй.

Однако Ли Е не ожидал, что опора у Юли окажется такой сильной и, к тому же, такой наглой.

Третьего января утром Ли Е внезапно получил звонок из проходной.

— Директор Ли, тут к вам пришли несколько человек. Я по инструкции остановил их для регистрации, но они настроены враждебно и сейчас скандалят. Что делать?

— Как это они у вас скандалят? — удивился Ли Е. — Вы что, не спросили, из какой они организации?

Ли Е был удивлён, ведь с тех пор, как он ввёл систему посещений на первом заводе, охранники проходной прошли многочисленные тренинги, и их способность реагировать на различные ситуации значительно возросла. Что же это за люди, что им даже охрана побаивается?

— Я спросил. Одна из них — репортёр из газеты, а другая говорит, что знает вас. Её зовут Юли.

— Юли? — Ли Е был в шоке.

Только позавчера сотрудники милиции расспрашивали его, пытаясь выяснить, не относится ли Юли к категории «распущенных» женщин. И вот, прошло всего лишь около суток, а её уже освободили из-под стражи?

И ладно бы просто вышла — зачем она привела с собой репортёра? Хочет, чтобы я попал в заголовки новостей?

Однако, если она так быстро смогла выйти, значит, дело тут явно нечисто. Возможно, она узнала о том, что несколько дней назад приходили сотрудники милиции, расспрашивать о ней.

«Она мстительная?» — подумал Ли Е.

У Ли Е был огромный опыт из будущих десятилетий, и он, конечно же, понимал, что силу журналистов недооценивать нельзя, поэтому сразу же принял меры:

— Лао Лу, проводи их в приёмную, объясни им, что мы — совместное технологическое предприятие. Пусть прочитают висящее на стене «Уведомление о соблюдении секретности при посещении предприятия». Если будут возмущаться, пусть с ними разбираются наши женщины-охранники.

— Понял, директор, я уже попросил нескольких девушек их встретить, иначе с ними действительно трудно будет справиться.

Сказав это, Лао Лу не мог не восхититься дальновидностью Ли Е. Когда Ли Е набирал в отдел охраны женщин, многие смеялись над ними, утверждая, что они «не способны ловить воров».

Но с тех пор, как эти тётушки заступили на службу, отдел охраны словно обрёл универсальное средство. Всякий раз, когда приходилось иметь дело с несговорчивыми посетителями, неважно, мужчинами или женщинами, всегда отправляли этих тётушек. Они сражались с помощью магии против магии, и это всегда работало безотказно.

Однако, учитывая, что сегодня Юлия привела с собой ещё и репортёра, Ли Е почувствовал, что одних только тётушек из проходной будет недостаточно, поэтому он позвал ещё несколько человек.

— Хуан Мэнцзя, Сяо Чжиюй, и ещё… Ян Сяосю, пойдёмте со мной в приёмную. И захватите с собой ту недавно купленную видеокамеру.

— Хорошо, хорошо, — услышав призыв Ли Е, несколько девушек поспешили встать и пойти за ним.

Хуан Мэнцзя была довольно сообразительной и с улыбкой спросила:

— Директор, кого мы будем встречать? Нужно ли на что-то обращать внимание во время съёмки?

— Будем встречать одну головную боль. Несколько дней назад она у нас тут опозорилась, а теперь вот привела репортёра. Наверняка настроена враждебно, поэтому и снимаем, чтобы сохранить доказательства, чтобы потом не наврали чего-нибудь в газетах.

Ли Е вкратце рассказал о ситуации с Юли.

Но этих нескольких фраз хватило, чтобы возмутить Хуан Мэнцзя и остальных.

— Что?! У неё связь с тем старым профессором? И она ещё смеет создавать нам проблемы?

— Директор Ли, кажется, я слышала, как сотрудники технического отдела говорили об этой Юли. Это не та ли переводчица, которую наша тестовая команда встречала в горах?

— Точно, она самая.

— Вот же, какая-то фальшивая иностранка, а сколько выпендрёжа! Мы не дадим ей нас обидеть!

— Точно! Распутница бесстыжая, ещё и репортёра привела? Да мы её сами разоблачим!

Молодые девушки полны энергии. Как только они услышали, что Юли привела репортёра, чтобы устроить скандал, у них сразу же включился талант к склокам, и боевой дух взлетел до небес.

Ли Е поспешно сказал:

— Эй-эй-эй, я позвал вас, чтобы вы предотвратили бесчинства, а не для того, чтобы вы дрались. Вы не должны делать резких движений, постарайтесь убить их взглядом!

Сяо Чжиюй на мгновение замерла и тихо спросила:

— Директор Ли, как можно убить взглядом?

Ли Е, идя вперёд, жестикулировал рукой:

— Аура, вы понимаете, что такое аура? Подчинить врага без боя.

Ян Сяосю тут же сказала:

— Поняла, директор Ли! Нужно, чтобы нас было много, а их мало, тогда мы их напугаем!

Ли Е: — Я…

Нельзя не признать, что атмосфера на первом заводе заряжала всех сотрудников позитивным и уверенным настроем. Неважно, мужчины это были или женщины, лучше было их не злить.

Когда группа людей подошла к приёмной у ворот завода, они ещё не вошли внутрь, как услышали доносившийся изнутри шум и ругань.

— Почему вы нас не пускаете? Что у вас там такого, что вы боитесь показать людям?

— Вы разве не видите табличку на стене? Мы — совместное технологическое предприятие, у нас действует система защиты технической информации. Посторонним вход воспрещён!

— Ваш завод даже не является военным предприятием, какое вы имеете право устанавливать систему защиты технической информации? Я — репортёр, у меня есть право брать интервью, у меня есть ответственность и обязанность разоблачать и контролировать социальную несправедливость!

— …

Нельзя не признать, что журналисты восьмидесятых и девяностых годов были гораздо более принципиальными, чем их потомки, и почти у всех было сердце, готовое разоблачать тьму.

В те времена многие журналисты не боялись проникать в самое логово врага, и они были достойны своего принципиального характера и уважения.

Однако Ли Е не хотел, чтобы его разоблачали.

Ли Е вошёл в приёмную и очень спокойно сказал:

— В законе даётся чёткое определение права на интервью. Журналисты имеют право собирать информацию в любом общественном месте, если это не запрещено законом. У вас действительно есть право требовать от лиц, обязанных по закону предоставлять информацию, достоверные, точные и полные сведения. Но закон также предусматривает, что ваше право на интервью ограничено законом об органах государственной власти и законом о гражданских правах. Внутренняя территория нашего первого завода не является общественным местом, и я не являюсь лицом, обязанным по закону предоставлять информацию для интервью, поэтому, в соответствии с законом, ваше право на интервью здесь должно быть ограничено.

Негромкие и спокойные слова Ли Е тут же подавили шум и ругань в приёмной.

Юли холодно смотрела на Ли Е, её свирепый взгляд был подобен взгляду дикого зверя.

У Ли Е возникло ощущение, что если бы в руках у Ян Сяосю не было видеокамеры, Юли вполне могла бы наброситься на него и укусить — настолько сильна была её ненависть.

Ли Е понимал, почему Юли так ненавидит его.

Даже если у неё и есть какая-то опора, позволяющая ей избежать наказания, ей будет трудно вернуться к той беззаботной жизни в научных кругах.

Никто не дурак и не захочет тесно общаться с человеком, у которого есть риск оказаться за решёткой.

И всё это началось после того, как Сяхоу Цинчжи и другие начали строить козни против Ли Е. Невозможно было поверить, что Ли Е здесь не при чём. Даже споткнувшись на ровном месте, она обвинила бы дорогу в кривизне!

Юлия злобно сверлила Ли Е взглядом, но молчала.

Женщина, стоявшая рядом с ней, не выдержала и спросила Ли Е:

— Простите, вы — Ли Е?

Ли Е кивнул:

— Да. А вы кто?

Женщина не ответила на вопрос Ли Е, а указала на видеокамеру в руках Ян Сяосю и спросила:

— Директор Ли, вы нарушаете наше право на изображение.

Ли Е слегка улыбнулся:

— Если вы считаете, что это неуместно, я могу прямо сейчас уничтожить эту кассету. Но тогда попрошу вас покинуть территорию завода.

Женщина растерялась и сказала:

— Для справедливости мы хотели бы забрать с собой копию.

Ли Е ответил:

— Для справедливости, не должны ли вы сначала назвать своё имя, предъявить служебное удостоверение?

— Здравствуйте, директор Ли. Я — репортёр газеты XX. Вот моё удостоверение.

Женщина достала небольшую книжечку, пару раз взмахнула ею перед Ли Е и Хуан Мэнцзя и тут же убрала обратно.

Ли Е невольно нахмурился, а Хуан Мэнцзя уже недовольно заявила:

— Репортёр, либо не показывайте удостоверение вовсе, либо показывайте нормально! Кто успеет что-то разглядеть, если вы так машете им?

Репортёр взглянула на Хуан Мэнцзя и спросила Ли Е:

— Директор Ли, ваша сотрудница говорит, что не смогла разглядеть моё удостоверение. Вы разглядели?

Ли Е спокойно ответил:

— А я должен был разглядеть?

Репортёр улыбнулась, а затем внезапно серьёзно сказала:

— Директор Ли, моё удостоверение было так близко к вам, и вы его не разглядели. Как же вы тогда смогли увидеть, как товарищ Юли купалась в реке на расстоянии более пятисот метров от дороги в горах?

Ли Е удивился:

— Вы устроили этот шум возле нашего завода рано утром только для того, чтобы прояснить этот вопрос?

— Это очень серьёзный вопрос! — сурово сказала репортёр. — В последнее время директор Ли неоднократно распространял слухи о товарище Юли, чем оказал крайне негативное влияние на жизнь и репутацию товарища Юли.

— Закончили? Всё, что я сказал, — это правда. Что же касается того, какое влияние это оказывает, то это реакция на сами факты, — Ли Е нетерпеливо прервал репортёра.

Подобные приёмы были, безусловно, новыми и свежими в восьмидесятых и девяностых годах, но Ли Е слышал их слишком много в последующие десятилетия, и у него от них уже уши завяли.

Но репортёр тут же заявила:

— Но вы же явно не смогли разглядеть моё удостоверение…

— С чего вы взяли, что я его не разглядел? — усмехнулся Ли Е. — Вас зовут Лу Сююэ, номер вашего журналистского удостоверения — 0127. В правом верхнем углу вашей фотографии на удостоверении — часы, показывающие девять часов пятнадцать минут. Кроме того, на вашей фотографии у вас одинарные веки, а сейчас у вас двойные. Так вы сделали операцию? Или ваша сестра-близнец выдаёт себя за вас?

Лу Сююэ удивлённо смотрела на Ли Е и долго не могла вымолвить ни слова.

«Неудивительно, что Юли проиграла таким людям, — подумал Ли Е. — Она явно всё прекрасно видела, но притворилась, что ничего не заметила. Какая коварная тактика!»

http://tl.rulate.ru/book/123784/6946663