Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 1176. Ли Е хочет воспользоваться ситуацией

Том 1.Глава 1176. Ли Е хочет воспользоваться ситуацией

Бригадир строительной бригады из поселка Матоу, имея в своем распоряжении мотоцикл «Цзялин-70», добрался до завода меньше чем за полчаса после звонка Ван Цзиньюя, что свидетельствовало о его крайней заинтересованности в получении причитающихся ему юаней.

У ворот завода его уже ждал начальник отдела капитального строительства — господин Оу.

Даже не дожидаясь, пока мотоцикл полностью остановится, господин Оу раздраженно выпалил:

— Послушай, старик Ма! Двадцать ли горной дороги за полчаса?! Ты что, летел сюда? А если бы разбился насмерть, опять бы нас обвинили?

Старик Ма опешил от такой грубости, но быстро достал пачку сигарет и, расплывшись в улыбке, предложил:

— Господин Оу, с чего вы так разгневались ни свет ни заря? Закурите, успокойтесь.

Старик Ма несколько месяцев работал на заводе и хорошо знал начальника Оу. Он понимал, что с ним лучше не спорить, поэтому, несмотря на обиду, продолжал улыбаться.

Однако господин Оу оттолкнул его руку:

— Мне твои сигареты не нужны!

— …

Старику Ма стало по-настоящему неприятно. Он старался быть вежливым, но терпение не безгранично. Если бы не долг по оплате работ, он бы давно ответил на грубость.

Но откуда ему было знать, что творится в душе начальника Оу?

Едва придя на работу, он был вызван Ван Цзиньюем и отчитан за выбор такой ненадежной строительной компании, которая еще и пытается свалить вину на завод. Это вызвало крайнее недовольство приехавшего из Пекина директора Ли.

Хотя господин Оу не считал себя виноватым, этот инцидент, случившийся сразу после приезда пекинского руководства, мог быть воспринят как подстава.

Так что хорошего настроения у него быть не могло.

— Я тебя спрашиваю, кто тебе сказал, что наш завод задолжал вам деньги? Ты выбрал прекрасное время, чтобы прислать двух детей требовать долг! Когда я вам был должен?!

Старик Ма опешил, а потом, словно вспомнив что-то, сказал:

— Вы про Сяося и Сяохао? Дело вот в чем… Они у нас готовили. Недавно мать Сяося заболела, а денег на лечение не было. Пришлось ей лечиться в сельской больнице… Я уже выплатил им зарплату, но вот за продукты расплатиться не смог…

Выслушав объяснение, господин Оу немного смягчился, но всё еще сердито проговорил:

— Но ты же не должен был распускать слухи! Те, кто в курсе, понимают, что это спор между строительной компанией и бригадой. А те, кто не знает, подумают, что я деньги присвоил!

Старик Ма тут же принялся оправдываться:

— Какие слухи? Я пошел в строительную компанию за деньгами, а они сказали, что ваш завод им не заплатил. Что они сами оплачивали расходы…

— Ври больше! — господин Оу гневно посмотрел на старика Ма и направился к зданию завода. — Идем! Сейчас приедут представители строительной компании, и ты будешь давать показания перед руководством. Никакой лжи!

— Да-да, я не буду врать! — старик Ма поспешил за начальником Оу, с тревогой спрашивая на ходу: — Господин Оу, вы предупредили руководство завода и строительную компанию? Мы получим свои деньги после разбирательства?

— Старик Ма, ты думаешь, Тэн Хунмяо тебе заплатит?

— Я… откуда мне знать…

Господин Оу хмыкнул:

— Ты работаешь на Тэн Хунмяо и надеешься получить все деньги?

— …

Старик Ма понимал, что господин Оу злорадствует, но сейчас ему ничего не оставалось, как стиснуть зубы и идти дальше.

Войдя в кабинет, старик Ма увидел Ли Е и занервничал.

«Такой молодой… Неужели он заодно с Тэн Хунмяо?»

Ли Е внимательно осмотрел старика Ма. На нем был плохо сидящий костюм, явно сшитый второсортным портным, на ногах — легкие туфли, а на подвернутых брюках виднелись следы грязи.

Типичный прораб.

Он стремится к лучшей жизни, но постоянно оказывается в невыгодном положении. Хитрый, но в то же время сообразительный и предприимчивый. Как лиса в лесу: прячется от тигра и обижает зайца.

Ли Е спросил прямо:

— Кто надоумил тебя прислать детей ко мне? Ты не можешь пойти против строительной компании, поэтому решил столкнуть меня с ними?

— …

После слов Ли Е онемели не только старик Ма, но и Ван Цзиньюй с господином Оу.

Ли Е заподозрил старика Ма в интригах, и, судя по всему, полагал, что за этим стоит кто-то еще.

Старик Ма, опомнившись, забормотал:

— Нет-нет, у меня нет никаких «надоумлений»… Я бы не посмел строить против вас интриги…

Ли Е слегка улыбнулся:

— Не посмел? Мы приехали вчера вечером, а сегодня утром дети уже пришли требовать деньги. И ты говоришь, что это не интриги?

— Я правда… — старик Ма хотел возразить, но, встретившись с взглядом Ли Е, лишь горько усмехнулся.

В этот момент ему показалось, что взгляд молодого человека острый, как лезвие, пронзает его насквозь, рассекречивая все его тайные мысли.

В мире много умных людей. То, что придумал он, могут придумать и другие.

Старик Ма знал, что Тэн Хунмяо — человек нечестный, поэтому не поверил, что завод не выплатил ни копейки.

По крайней мере, не поверил до конца.

Но из сорока тысяч юаней Тэн Хунмяо не доплатил больше четырнадцати. Старика Ма постоянно донимали родственники и друзья, требуя вернуть долги. Терпеть это было невозможно!

А тут еще мать Сяося заболела… Старик Ма решил воспользоваться ситуацией и разыграть эту карту, надеясь, что приехавшее из Пекина руководство, пожалев детей, вмешается в ситуацию.

Неважно, задолжал ли автозавод или строительная компания слишком жадная, главное, чтобы кто-то взял на себя ответственность. Это лучше, чем бесконечно тянуть, пока долг не исчезнет сам собой.

Однако сейчас всё идёт наперекосяк, и, похоже, мои десять тысяч юаней действительно пропали.

Но в тот момент, когда Лао Ма готов был сквозь землю провалиться, девушка по имени Сяося вмешалась и спасла его.

— Директор Ли, всё не так! — взволнованно обратилась она к Ли Е. — Бригадир Ма — не обманщик! Чтобы выплатить нам зарплату, он продал всё зерно и сушёный батат… Он хотел отдать мамины долги за овощи, но его собственные родственники ещё не получили зарплату, и из-за этого было много ссор… Если бы мама не заболела, я бы не стала создавать ему проблем. Я знаю, что все ненавидят тех, кто требует вернуть долги…

— …

Глядя на встревоженную Сяося, Ли Е понял, что она не подыгрывает бригадиру Ма. Тринадцати-четырнадцатилетняя девочка вряд ли смогла бы его обмануть — для этого нужно быть прирождённой актрисой.

Кроме того, слова Сяося о том, что «все ненавидят тех, кто требует вернуть долги», глубоко тронули Ли Е. Когда-то он сам из-за десяти тысяч юаней потерял хорошего друга и в итоге стал тем самым «ненавистным».

Сейчас, в девяностые, ещё много таких людей, как Сяося и Лао Ма, которые, следуя традиционной морали, готовы терпеть лишения, лишь бы сначала расплатиться с долгами за продукты и зарплату.

Но что будет через десять-двадцать лет? Когда все увидят, как эти «старые неплательщики» строят роскошные дома и ездят на дорогих машинах, сколько морали останется в сердцах людей?

— Люди из строительной компании сами сказали вам, что мы задолжали им за работы? — тихо спросил Ли Е у Лао Ма.

Тот опешил, а затем быстро закивал:

— Да-да! Иначе разве я осмелился бы прийти на автозавод и поднимать шум?!

— Тогда подождите в соседней комнате, — сказал Ли Е, махнув рукой. — Когда приедут представители строительной компании, мы вместе обсудим этот вопрос.

— Хорошо-хорошо…

Когда Лао Ма с детьми ушёл, Ван Цзинью нахмурился и, посмотрев на Ли Е, замялся.

— Лао Ван, ты хочешь сказать, что я лезу не в своё дело? — с улыбкой спросил Ли Е.

— Нет, не совсем, — смущённо ответил Ван Цзинью. — Просто Тэн Хунмяо — человек не очень порядочный, поэтому лучше всего выступить посредниками, иначе может возникнуть конфликт.

Ли Е посмотрел на Ван Цзинью и спокойно произнёс:

— Тебе кажется, что это нас не касается? А если мать Сяося умрёт из-за болезни, и все скажут, что это произошло потому, что мы не заплатили за строительство и задержали лечение?

— Этого нельзя допустить! — тут же ответил Ван Цзинью. — Все наши финансовые операции со строительной компанией чётко задокументированы. Мы ни в чём не виноваты! Если кто-то посмеет нас оклеветать, встретимся в суде.

— Эх… — вздохнул Ли Е.

Разве в этом мире всё так просто и прозрачно? Когда Ли Е увидел, как жадно едят эти дети, разве мог он, каким бы рациональным и хладнокровным ни был, оставаться спокойным?

— Лао Ван, ты некоторое время провёл на Первом заводе. Как думаешь, что бы там сделали в такой ситуации?

— На Первом заводе? Сложно сказать…

Ван Цзинью не смог ответить. Он пробыл на Первом заводе на «стажировке» меньше десяти дней и не знал их процедур.

— Конечно, сложно, — улыбнулся Ли Е. — Потому что такая ситуация на Первом заводе просто невозможна. Если кто-то станет кричать, что Первый завод не платит по счетам, все решат, что он мошенник.

В этом и заключается репутация Первого завода. И сегодня, воспользовавшись этим небольшим инцидентом, мы начнём создавать такую же репутацию здесь, в Чжучэне.

Пусть другие как хотят не платят, мы начнём с себя. Нужно сделать так, чтобы при упоминании автозавода ни у кого не возникало ассоциаций с долгами. Это станет частью нашей корпоративной культуры.

— О, я понял!

Ван Цзинью, кажется, понял: Ли Е решил «раздуть из мухи слона»!

За те дни, что он провёл на Первом заводе, он проникся их корпоративной культурой. Молодые сотрудники Первого завода гордились своей работой. Что бы ни случилось, если это касалось их завода, они самоотверженно защищали его имидж и интересы.

По сравнению с другими предприятиями, сплочённость коллектива Первого завода была невероятно сильной.

Если удастся добиться такой же сплочённости в Чжучэне, то конфликт с Тэн Хунмяо — не такая уж и большая цена.

http://tl.rulate.ru/book/123784/6767885