Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 1074. Неужели фэншуй нарушен, или это я такая привлекательная?

Том 1.Глава 1074. Неужели фэншуй нарушен, или это я такая привлекательная?

— Если бы мне сейчас было столько же, сколько после выпуска, и кто-то стал бы обо мне так заботиться, не требуя ничего взамен, я бы, наверное, поверила в любовь. Но мне уже за тридцать. Думаешь, мне ещё стоит верить в любовь?

— …

У Янь не знал, что ответить на вопрос Чжоу Цзыцин.

Когда профессор Чжао поручил У Яню перевести Чжоу Цзыцин в первый цех и свести её с Лао Цзе, тот выполнил задание с энтузиазмом. Но нерешительность Лао Цзе вывела У Яня из себя. На его взгляд, Чжоу Цзыцин была и красива, и умна. К чему эти церемонии? Он мог бы в два счёта найти для своей старшей коллеги молодого и привлекательного парня.

Однако, выслушав Чжоу Цзыцин, У Янь начал понимать.

Профессор Чжао был старым лисом. Почему он выбрал Лао Цзе, этого молчаливого мужчину с дочерью? Всё просто: если Чжоу Цзыцин искала спокойной жизни, Лао Цзе был идеальным вариантом — ему явно нужна была спутница, без всякого притворства.

Кроме того, Лао Цзе просто не умел красиво говорить. А так — внешность, рост, работа, способности — всё при нём. Что касается дохода, то он превосходил 99% населения страны.

Конечно, если Чжоу Цзыцин была настроена на более яркие отношения, то могла бы «дать волю чувствам» и закрутить роман с молоденьким.

Только всем известно, что нужно этим молоденьким и красивым «щенкам». Главное — не принимать всё всерьёз.

Иначе, если начать играть с ними в настоящую любовь, можно их напугать. И тогда «щенки» с громкими криками начнут открещиваться, а это будет выглядеть не очень красиво.

Так что, с рациональной точки зрения, Лао Цзе был оптимальным вариантом для Чжоу Цзыцин.

Помявшись, У Янь неуверенно спросил:

— Мне… нужно извиниться перед Лао Цзе?

Чжоу Цзыцин усмехнулась и беззаботно ответила:

— За что извиняться? Ты хотел как лучше. Он не понял — это его проблемы. Не стоит переживать.

— …

После разговора с У Янем Чжоу Цзыцин пошла обедать в третью столовую. Из-за реакции Лао Цзе она, взяв еду, не стала подсаживаться к нему с дочерью, а села за отдельный столик.

Но едва она успела сесть, как к ней подошла дочь Лао Цзе, Цзе Жонянь, с подносом в руках:

— Тётя Чжоу, пойдёмте после обеда покупать мне одежду! Перерыв короткий, а до «Сичэн Байхуо» далеко.

Чжоу Цзыцин посмотрела на Лао Цзе, сидевшего неподалёку, и тихо спросила:

— Твой папа говорил, что сам тебя отведёт. Он тебе ничего не сказал?

Цзе Жонянь, ковыряя вилкой мясо в кисло-сладком соусе, недовольно ответила:

— Как он, мужчина, пойдёт покупать? Он же сразу краснеет, даже не выбирает, берёт первое попавшееся и уходит.

— Пф! — Чжоу Цзыцин не смогла сдержать смеха. Заставить такого мужчину, как Лао Цзе, покупать женское бельё, действительно было бы неловко.

— Тогда давай быстрее есть, а потом я возьму мотоцикл твоего дяди У Яня и мы поедем.

— Тётя Чжоу, вы умеете ездить на мотоцикле? — удивилась Цзе Жонянь.

— Конечно, — улыбнулась Чжоу Цзыцин. — У меня есть права.

— Ого! Вы такая молодец! Мой папа даже не умеет.

— …

Женщины быстро пообедали и, взяв мотоцикл У Яня, отправились в магазин. У ворот первого цеха охранник окликнул Чжоу Цзыцин:

— Инженер Чжоу, вам письмо!

— Спасибо!

Чжоу Цзыцин взяла конверт, вскрыла его, быстро пробежала глазами текст и сунула в карман.

Однако на душе у неё было неспокойно.

Это было уже третье письмо от родителей в этом году.

В первых двух они подробно рассказывали о визите бывшего мужа Чжоу Цзыцин, Ши Цзичао.

Несмотря на то, что Ши Цзичао женился на своей любовнице и у них родился сын, он продолжал относиться к бывшим тестю и тёще как к родным, навещая их с подарками по праздникам.

А в этом письме сообщалось нечто невероятное: Ши Цзичао заявил родителям Чжоу Цзыцин, что как только его сын перестанет нуждаться в грудном вскармливании, он разведётся со своей нынешней женой и снова женится на Чжоу Цзыцин.

Звучит трогательно, не правда ли? Кажется, что этот мужчина очень привязан к бывшим тестю и тёще.

Но Чжоу Цзыцин слишком хорошо знала коварные замыслы Ши Цзичао.

Некоторые мужчины, обретя власть, становятся одержимы желанием всё контролировать и всем владеть.

Бывший муж Чжоу Цзыцин, хоть и развёлся с ней, всё ещё хотел держать её на коротком поводке.

«Женщина, которую я любил, не должна принадлежать никому другому».

Ши Цзичао нравилась и чопорность Чжоу Цзыцин, как «законной жены», и распущенность его любовницы. Он мечтал наслаждаться обществом обеих, поэтому после развода с Чжоу Цзыцин он всячески изводил её, делая ей жизнь невыносимой.

Именно поэтому Чжоу Цзыцин так стремилась уйти с прежней работы. Там, будучи заместителем начальника, она обладала определённой властью, но если бы не её квартира, которую она использовала как рычаг давления, ей вряд ли удалось бы перевестись.

Чжоу Цзыцин была очень умной женщиной. Она прекрасно понимала, что до тех пор, пока она не выйдет замуж, преследования со стороны Ши Цзичао не прекратятся, ведь он в своём самолюбии считал, что Чжоу Цзыцин сама виновата в том, что не смогла родить ему ребёнка, и что она всё ещё питает к нему чувства.

Погружённая в свои мысли, Чжоу Цзыцин вдруг услышала голос Цзе Жонянь:

— Тётя Чжоу, мы проехали! Чтобы попасть в «Сичэн Байхуо», нужно было повернуть направо…

— Ой, я и не заметила! Сейчас развернёмся.

— Тётя Чжоу, вы, наверное, задумались? То письмо было о чём-то важном? Если да, то мы можем и в другой раз съездить.

— Ничего страшного, — ответила Чжоу Цзыцин. — Я просто ещё не очень хорошо вожу, пропустила поворот.

— Неправда! Вы водите гораздо лучше, чем дядя У Янь!

— Ха-ха-ха, значит, У Янь плохо водит!

— Это точно! Я слышала, директор Ли уже несколько раз делал ему замечания, говорил, что он слишком опасно ездит на мотоцикле, и предлагал пересесть на машину. Но дядя У Янь любит мотоциклы, и директору Ли пришлось просто настоять, чтобы он обязательно надевал шлем.

— Правда? Даже так? Я и не знала. Не думала, что директор Ли, будучи гораздо моложе У Яня, так о нём заботится.

— Да, я слышала, что директор Ли и дядя У Янь давно знакомы. Дядя У Янь его очень уважает.

Поговорив с Цзе Жонянь, Чжоу Цзыцин почувствовала, как её тревога чудесным образом рассеялась.

Именно поэтому она сказала У Яню: «Я наконец-то зажила спокойно».

Чжоу Цзыцин любила детей и легко находила общий язык с маленькой Цзе Жонянь.

Другой причиной её спокойствия был Ли Е.

С тех пор, как она перевелась в первый цех, Чжоу Цзыцин наконец-то почувствовала, что значит жить спокойно.

В первом цехе была не только приятная рабочая атмосфера, но и строгие правила посещения, как на территории завода, так и в общежитии. К тому же Ли Е был очень бдителен, и если бы Ши Цзичао попытался побеспокоить Чжоу Цзыцин, то нарвался бы на неприятности.

— Ах… — Чжоу Цзыцин тихо вздохнула, словно выпуская в воздух остатки неприятных эмоций.

Она, кажется, всё для себя решила.

Если Лао Цзе примет её — они создадут семью. Если нет — тоже неплохо. Работа, заработок, разговоры с Цзе Жонянь — жизнь и так нескучная.

В отличие от У Яня, она не считала Лао Цзе «неблагодарным». У него всё есть, и в жене он не особо нуждается.

Судьба, однако, полна сюрпризов. Чжоу Цзыцин не ожидала, что перемены наступят так скоро.

***

Понедельник, 24 апреля.

Едва Ли Е пришёл на работу, как его вызвали на общее собрание, которое должен был вести только что вернувшийся из Жигуанчэна Ню Хунчжан.

— Раз он сразу же собрал совещание, наверняка, полон впечатлений! — сказал Ли Е Лу Чжичжану по дороге на завод. — Надо быть осторожнее, чтобы не попасть под фонтан слюны.

— У меня самого накопилось, что ему сказать! — ответил Лу Чжичжан серьёзным тоном. — Если он на меня брызгать начнёт, я ему отвечу тем же.

— Вот это да, Лао Лу! Ты, наконец, решил показать зубы? — удивился Ли Е.

— А то! Ты всё время так лихо выступаешь, вот я и научился!

— Ха-ха-ха!

Раньше, когда Ли Е вступал в конфронтацию с Ню Хунчжаном, Лу Чжичжан советовал ему действовать хитростью. Но теперь, похоже, и он решил играть в открытую.

Однако, дойдя до ворот первого завода, они увидели женщину с младенцем на руках, которая ругалась с охранником. Ребёнок громко плакал, вокруг царил хаос.

— Что происходит? Эй, осторожнее с ребёнком! — крикнул Ли Е, видя, как малыш мотается из стороны в сторону во время перепалки. Его хрупкая шея, казалось, вот-вот сломается. Ли Е поспешил разнять спорщиков, резко обращаясь к охраннику: — Вы что делаете?! Лао Чжэн, ты не видишь, что это маленький ребёнок? Что нельзя спокойно поговорить? Зачем руки распускать?

Охранник Лао Чжэн, получив нагоняй от Ли Е, обиженно ответил:

— Директор Ли, это не мы начали! Это она первая набросилась! Посмотрите, как она Сяо Цзяна исцарапала…

Ли Е обернулся и увидел на шее молодого охранника несколько кровоточащих царапин, явно оставленных женскими ногтями.

Нахмурившись, Ли Е повернулся к женщине:

— Товарищ, успокойтесь, пожалуйста. Расскажите, что случилось? Зачем вы пришли на наш завод? Почему ссора с охраной?

— Я пришла искать человека! — возмущённо ответила женщина. — Сначала сказали, что он здесь, потом — что такого нет. Думают, я маленькая, что ли? Кого обманывают?!

Ли Е замялся, посмотрел на Лао Чжэна и Сяо Цзяна. Те переглянулись, явно что-то скрывая.

— Лао Чжэн, объясни, что произошло.

Лао Чжэн сглотнул и сказал:

— Директор, эта товарищ искала Цзе Чэнцзюня, сказала, что он осенью прошлого года к нам перевёлся. Мы подумали, что действительно осенью был новенький с фамилией Цзе, и позвонили, чтобы уточнить. Но начальник отдела Чжу сказал, что такого нет. Вот и возникло недоразумение.

Ли Е сразу всё понял. Цзе Чэнцзюнь существует, просто теперь его зовут Цзе Синьшэн.

На территорию завода посторонних не пускают без согласования с кем-то изнутри. Так что охранники действовали правильно.

Проблема была в Лао Цзе.

Ли Е повернулся к женщине:

— Товарищ, у нас действительно нет сотрудника по имени Цзе Чэнцзюнь. Кто вам сказал, что он здесь работает?

— Я узнала о его переводе в официальных источниках! — резко ответила женщина. — Что у вас тут за организация? Люди пропадают? Как в харчевне у Сун Эрнян?!

Лао Цзе действительно перевёлся сюда, это задокументировано. Скрыть это не получится.

— У нас действительно есть сотрудник с фамилией Цзе, — спокойно сказал Ли Е, — но он недавно сменил имя. Вы даже его имени не знаете, как же мы можем вас пропустить? Мы — совместное высокотехнологичное предприятие, посторонним вход воспрещен.

— Сменил имя? — женщина опешила, а затем достала из сумки фотографию и положила её на стол. — Он, может, и имя сменил, но лицо-то осталось прежним! Я — его жена, разве я посторонняя?

— Вы — жена Лао Цзе?! — поразился Ли Е. — Вы шутите?

Женщина гордо вскинула голову:

— Шучу? Кто станет шутить женской честью?

Ли Е уже догадался, в чём дело. На фотографии была семейная пара с дочерью — Лао Цзе с женой и ребёнком.

Ли Е прищёлкнул языком.

«Неужели на нашем заводе в этом году какой-то романтизм? Что за напасть такая?»

Нет, скорее дело не в заводе, а в том, что Ли Е слишком щедро вознаграждает своих работников. Зарплата Лао Цзе и других в несколько раз превышала доход таких руководителей, как Ню Хунчжан, который был вторым лицом на заводе с десятками тысяч сотрудников. Как такое не привлечёт внимание?

http://tl.rulate.ru/book/123784/6562420