Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 1054. Хотите, чтобы я старался? Сначала заплатите!

Том 1.Глава 1054. Хотите, чтобы я старался? Сначала заплатите!

Ню Хунчжан был человеком действия. Сразу после совещания он начал формировать команду для испытаний на выносливость, чтобы произвести впечатление на начальство.

Однако уже на первом этапе он столкнулся с трудностями.

Рабочие главного завода не хотели участвовать в испытаниях. У одного больная мать, у другого — высокое давление, третий не переносит высокогорный климат.

— Это почётное и важное задание! — возмущался Ню Хунчжан. — Такой шанс выпадает раз в жизни! Посмотрите на первый завод — там все рвутся участвовать! А у вас какая-то низкая сознательность!

Но рабочие возмутились ещё больше:

— На первом заводе испытывают импортные автобусы — ехать удобно, комфортно, и за тысячи километров никаких поломок. А у нас грузовики! По обычным дорогам ещё ладно, но на высокогорье?! Там на сотни километров ни души, сломаемся на полпути — и замёрзнем!

— И ещё! На первом заводе суточные вдвое выше, а по возвращении ещё и туристические путёвки дают! А нам что?

— Что за разговоры?! — вскипел Ню Хунчжан. — У нас автомобили грузопассажирские, с печкой и вентилятором — ни замёрзнете, ни перегреетесь. Чего ещё вам надо?! В моей молодости мы и в кузове «Лифань» радовались! У вас условия в сто раз лучше, а вы всё недовольны! И на первом заводе тоже есть грузовики в команде, и люди записываются! Вы только о деньгах и думаете! У вас проблемы с идеологией!

— У тебя проблемы с идеологией! — сплюнули несколько рабочих и демонстративно удалились. — Везде лезешь, старый дурак! Только и знаешь, что про идеологию твердить, а никакой пользы! Одни мучения от тебя!

Рабочие могли позволить себе игнорировать Ню Хунчжана — у них была «железная чашка риса», и зарплата никуда не денется. А вот руководители среднего звена не могли открыто идти против директора.

Начальник технического отдела Син получил от Ню Хунчжана строгий приказ:

— Мне всё равно, как ты это сделаешь, но через два дня команда должна быть укомплектована! Можешь привлекать людей из любого подразделения. Кто не будет сотрудничать — пусть ко мне приходит!

Син проклинал всё на свете, но вынужден был подчиниться.

Простые рабочие могли бунтовать, потому что им нечего было терять. А вот Син мог лишиться должности. Как и современные высокооплачиваемые менеджеры, которые после увольнения рвут на себе волосы — сверху падать больнее всего.

Поэтому, несмотря на всеобщее недовольство, приказ директора выполнялся. В каждом отделе и цехе нашлись сговорчивые, сознательные, ответственные и робкие тихони, которых удалось уговорить красивыми обещаниями.

Оставалась проблема с автобусом. Свои рабочие могли ехать в грузовиках, но как быть с семьями погибших?

Вскоре поползли слухи, что все поедут вместе с первым заводом, под руководством Ню Хунчжана. Питание и проживание будут за счёт первого завода, да и микроавтобусов у них много — можно будет ехать по очереди, не так утомительно.

Ню Хунчжан действительно так и планировал. Ли Е хоть и был нахалом, но в поездке будут журналисты и съёмочная группа, так что вряд ли он посмеет выкидывать фортели.

Однако планам Ню Хунчжана не суждено было сбыться.

В компанию приехал Ян Юйминь, чтобы сообщить о новом решении:

— Мы посетим пять мемориалов. Но они находятся слишком далеко друг от друга, чтобы посетить их все в один период. Кроме того, дороги в Тибет плохие, часто случаются оползни. Если дорога будет перекрыта, мы не сможем добраться вовремя. Поэтому решено разделиться на две группы: одна поедет через Голмуд, другая — через Сычуань. Встретимся на мемориале в Шаннане, куда к Цинмину прибудет и руководство министерства.

— …

У Ню Хунчжана появилось нехорошее предчувствие. Если разделиться, то Ли Е со своим первым заводом сможет действовать самостоятельно! А автобус главного завода — не импортный, он не доедет до высокогорья. Придётся просить у первого завода?

Спорить он не стал — аргументы Ян Юйминя были разумны.

Сейчас из внутренних районов в Тибет есть два основных пути. Поезда идут только до Сычуани и Голмуда, а остальная часть пути действительно может быть перекрыта в любой момент. Если руководство министерства прилетит в Шаннан, а они не доберутся, будет большой конфуз.

Поэтому разделение на две группы, чтобы хотя бы одна добралась вовремя, было абсолютно верным решением, и Ню Хунчжану оставалось только согласиться.

Ли Е переглянулся с Ма Чжаосянем. Тот вдруг спросил:

— Раз все согласны с этим планом, то кто поедет через Сычуань, а кто — через Голмуд?

Ли Е тут же ответил:

— Пусть наш первый завод едет через Сычуань! Трасса 318 намного сложнее, чем 109. У первого завода больше времени на подготовку, мы должны взять на себя более трудную задачу.

Ню Хунчжан опешил.

«Неужели этот наглец добровольно берётся за трудную задачу? С чего это он вдруг стал таким сознательным?»

Но не успел он опомниться, как Ян Юйминь достал два пакета с документами и протянул один Ли Е:

— Это план поездки через Сычуань. Здесь подробный маршрут и все требования. Пожалуйста, прибудьте вовремя, скоординируйте действия со всеми службами и обеспечьте безопасность семей погибших.

— Будьте уверены, задание будет выполнено!

— …

Наблюдая, как Ли Е и Ян Юйминь разыгрывают этот спектакль, Ню Хунчжан наконец понял: ему и не собирались давать выбора!

Вспоминая, что в итоге всем предстоит собраться в Шаньнане, Ню Хунчжан, стиснув зубы, смирился.

Время больших шишек дорого, и какой бы маршрут ни выбрали участники пробега, основные съемки пройдут у мемориала в Шаньнане. Главное — в решающий момент затмить Ли Е, и тогда цель Ню Хунчжана будет достигнута.

Однако, спустя два дня после выезда из Пекина с колонной головного завода, Ню Хунчжан готов был сам себя отхлестать.

Всего за два дня четверть автомобилей испытательной колонны вышла из строя.

— Что происходит? Всего несколько сотен километров проехали, и уже поломки?

— Машины никуда не годятся! В дальних поездках ремонт — обычное дело. Вы езжайте, а я, как починю, догоню, — отвечали рабочие.

Поначалу Ню Хунчжан поверил им и продолжил путь с оставшимися машинами. Но чем дальше, тем больше у него возникало сомнений. Сломанные машины словно «дезертировали», связь с ними пропала.

К тому же, скорость колонны постоянно падала, и становилось ясно, что они опаздывают.

Опытный Ню Хунчжан наконец понял: если и дальше позволять этим ребятам саботировать пробег, он сам станет посмешищем.

— Давайте соберем совещание! — объявил он великодушно. — У нас очень мало времени. Еще пара дней промедления, и мы сорвем сроки. Расскажите о своих потребностях и трудностях. Обсудим и найдем решение.

Все переглянулись, но никто не спешил говорить. Ведь если еще два дня потянуть время, никому никуда ехать не придется.

— Лао Син, ты у нас технарь. Скажи, в чем причина поломок — в технических проблемах или в человеческом факторе?

Начальник отдела Син вздохнул и ответил:

— И то, и другое. Испытания на десятки тысяч километров — это серьезное испытание для нас. Но главная причина — недовольство рабочих. Все сидели дома, а теперь их отправляют в горы. Все терпят одинаковые лишения, выполняют одинаковую работу, но получают разные надбавки и премии…

Лицо Ню Хунчжана стало серьезным:

— Значит, дело в деньгах?

Начальник отдела Син и остальные промолчали.

У инженерно-технических работников были перспективы, а вот у простых рабочих «дальновидности» не хватало. Они хитрили по мелочам, но в итоге могли сорвать важное дело.

— Вопрос с деньгами легко решить, — Ню Хунчжан вдруг улыбнулся. — Объявите всем: если задание будет выполнено, все получат такие же надбавки и премии, как в первом цехе, а может, и больше.

Начальник отдела Син и другие продолжали молчать.

— Что, есть еще какие-то требования? — удивился Ню Хунчжан.

— Они нам больше не верят, — с горькой усмешкой ответили техники. — Пока не получат деньги вперед.

— … — Ню Хунчжан вскочил как ужаленный. — Это просто смешно! Никакой дисциплины, сплошное мещанство! Из таких людей ничего путного не выйдет…

Ню Хунчжан не стеснялся в выражениях, но начальник отдела Син и другие оставались равнодушными.

— Может быть… товарищ Ню, вы полетите в Жигуанчэн на самолете, а мы… — робко предложил начальник отдела Син.

— Нет! Выплатить! Дайте им денег! — отрезал Ню Хунчжан. Если он улетит один, колонна тут же разбежится.

В Голмуде их ждали представители отдела пропаганды и съемочная группа. Он что, хочет опозориться на всю страну?

Так был создан прецедент в «Цинци»: «сначала деньги — потом работа», как в армии времен династии Мин, когда солдатам перед боем выдавали подъемные.

Ню Хунчжан был в ярости и винил во всем Ли Е и его первый цех, считая, что именно они развратили рабочих.

Но он не задумался о том, что если бы в коллективе всегда царила справедливость, разве рабочие не доверяли бы своему начальству? Именно постоянные обещания и невыполненные обязательства сделали людей такими расчетливыми.

«Хотите, чтобы я выкладывался? Заплатите!»

http://tl.rulate.ru/book/123784/6524644