Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 954. Ты забыл про помощь богатых бедным?

Том 1. Глава 954. Ты забыл про помощь богатых бедным?

Цзыся говорил: «Занимая должность, если есть избыток сил, учись; учась, если есть избыток сил, занимай должность». Изначально это означало, что если после учёбы остаются силы, можно идти в чиновники. Позже это стало означать, что тот, кто хорошо учится, может стать чиновником.

Этот принцип существовал в Китае тысячи лет. В эпоху Мин и Цин доходило до абсурда: некоторые книжники настолько углублялись в чтение, что не могли отличить одно зерно от другого.

В новую эпоху ситуация не сильно изменилась. Разница лишь в том, что теперь от чиновников требуется практический взгляд на вещи, в отличие от времён Мин и Цин, когда судьям не нужны были профессиональные знания — достаточно было уметь пользоваться палкой.

Например, Чжан Циянь — один из ведущих экономистов-реформаторов, сейчас на пике своей карьеры. Его перевод из университета в систему экономического управления — пример практического применения знаний.

Чиновники — народ проницательный. Как только Чжан Циянь перешёл на службу в ведомство отца Жуань, тот сразу же начал наводить мосты через Ли Е.

Ведь Чжан Циянь — крупная фигура, у него в экономическом комитете много бывших студентов, он — лидер своего клана. К тому же, новая должность Чжан Цияня наверняка важная.

Поэтому, спрашивая Ли Е, знаком ли он с Цай Миньин, отец Жуань на самом деле пытался выяснить, насколько Ли Е близок к Чжан Цияню.

Ведь Цай Миньин — одна из самых молодых учениц Чжан Цияня. Если Ли Е не знаком даже с ней, то о каких-либо связях с Чжан Циянем не может быть и речи.

В чиновничьей среде связи надо наводить незаметно. Слишком прямолинейный подход может оставить человека в дураках.

«Вот хитрец!» — подумал Ли Е.

Раз Чжан Циянь внезапно оставил преподавание ещё до летних каникул, значит, на то были веские причины. Прикинув сроки, Ли Е сделал некоторые выводы.

— Когда учителя повысили? — спросил он Цай Миньин. — Неужели уже и банкет был? А я ничего не знаю! Где он теперь живёт? Надо же сходить к нему с парой свиных голов в качестве извинения!

— Учитель пока не переехал и никаких банкетов не устраивал, — ответила Цай Миньин. — Но тебе действительно стоит его навестить. От вашего предприятия до него всего десять минут на машине. Неужели ты не можешь выделить десять минут?

— Да-да, совсем закрутился…

Ли Е поспешил извиниться, а затем как бы между прочим спросил:

— Сестра, ты говорила, что хочешь обсудить со мной несколько вопросов. Что это за вопросы?

— Подожди.

Цай Миньин достала несколько тетрадей, полистала их, затем сделала глоток Coca-Cola, словно смачивая горло.

Ли Е моргнул и сразу же сказал:

— Если хочешь что-то обсудить — без проблем. Но если ссориться, то у меня нет времени.

Цай Миньин, приподняв бровь, посмотрела на него и спросила:

— Ты занимаешься сбытом на первом заводе, поэтому должен быть в курсе текущей инфляции в стране. Учитывая твоё чутьё в экономике, должны быть и собственные прогнозы. Как ты думаешь, инфляция такими темпами положительно или отрицательно влияет на экономические реформы?

— На такие крупные предприятия, как наше, влияние небольшое, — откровенно ответил Ли Е. — А вот для мелких кооперативов это серьёзный удар. Плановые поставки сырья не успевают за спросом, рыночные цены растут. Сейчас выживают те, кто может достать сырьё по государственным ценам.

— Но ведь экономика частного сектора тоже растёт! По неполной статистике, за последние два года количество частных предприятий в стране выросло в десятки раз!

Ли Е усмехнулся:

— Количество выросло в десятки раз, а налоговые поступления — во сколько?

Почему частные предприниматели 80-90-х годов боялись проверок за последние тридцать лет? Потому что тогда все так работали. Если ты не пользовался государственными ресурсами в личных целях, ты был просто дурак.

Но Цай Миньин достала несколько листов с данными:

— Тогда посмотри на эти предприятия. Они все работают по смешанной схеме и демонстрируют высокий рост налоговых отчислений, даже лучше, чем государственные предприятия.

— Есть и такие?

Ли Е с удивлением взял бумаги. Взглянув на них, он чуть не лопнул от смеха.

«Фэнхуа», «Фэнъюй электроникс», «Чанбэй механикел»… Всё это были компании Ли Е.

«Ты что, меня, добросовестного предпринимателя, ставишь в пример всем частникам страны?!»

Когда Ли Е читал лекции Хао Цзяню, Цзинь Пэну, Ли Даюну и другим, он подчёркивал: «Нельзя думать только о своей выгоде». Нужно действовать в интересах государства и народа. В нынешней конкурентной среде, заработав деньги, нужно отдать часть государству, часть — сотрудникам. Даже если после этого останется немного, тебе хватит, чтобы жить припеваючи.

Если же быть жадным, как обжора, или как Пи Яо — только брать, ничего не отдавая, то расплата неминуема. Если власть решит навести порядок… Даже Царь обезьян провёл пятьсот лет в заточении. Так что стоит задуматься!

Ли Е бросил бумаги на стол и серьёзно сказал:

— На эти данные нельзя полагаться. Нужно смотреть на общую картину по стране. Кроме того, если так пойдёт и дальше, может возникнуть перепроизводство. Тогда произведённая продукция не найдёт сбыта, и последствия будут тяжёлыми.

Цай Миньин удивлённо посмотрела на Ли Е и резко спросила:

— Ли Е, ты что, пересмотрел свои взгляды? Недаром ты в последнее время не заходишь к учителю. Неужели тебя испортила власть?

— Какая власть?! — Ли Е рассмеялся от возмущения.

Он часто встречался дома у Чжан Цияня со старшими товарищами по учёбе и Цай Миньин. Они обсуждали возможные реформы, выступая, конечно, за рыночную экономику. Однако Ли Е, зная о многих подводных камнях и ловушках на этом пути, твёрдо поддерживал «реформы с китайской спецификой».

Массовые увольнения в 90-х были вызваны множеством сложных причин, но одной из главных была перепроизводство.

В отличие от более поздней стратегии параллельного развития государственных и частных предприятий, в 80-х многие поддерживали полную либерализацию рынка.

Например, «скачок цен», который должен был начаться в мае этого года, был смелой попыткой Цай Миньин и её единомышленников.

С мая по конец августа в Китае планировалось полностью открыть рынок, что привело бы к беспрецедентному ажиотажу. Внезапный перевод Чжан Цияня до конца семестра, скорее всего, тоже был связан с этими предстоящими событиями.

Поэтому Ли Е, не желая больше ходить вокруг да около, прямо спросил:

— Скажи мне прямо, что вы затеваете?

— Что мы затеваем? — Цай Миньин напряглась. — Что ты имеешь в виду?

Ли Е понял, что задел «принцип конфиденциальности» и насторожил Цай Миньин.

Некоторые политические решения нельзя было разглашать до их официального объявления, чтобы предотвратить спекуляции.

Но Ли Е не нуждался в инсайдерской информации, чтобы нажиться. У него и так было предостаточно собственных источников.

— Ты такая гордая, — с лёгкой улыбкой сказал он, — если бы ты была уверена в себе, стала бы искать со мной ссоры?

— …

Цай Миньин долго молчала, а потом тихо ответила:

— Я не хотела с тобой ссориться. Просто я знаю, что у тебя есть своё мнение о состоянии зарубежной экономики и изменениях на внутреннем рынке. Я хотела обсудить с тобой целесообразность дальнейшей либерализации в Китае.

Ли Е посмотрел на Цай Миньин, но не стал настаивать, а спокойно сказал:

— Наш завод получает достаточно ресурсов по плану, но с прошлого года я начал запасаться сырьём. Поэтому, если рынок полностью откроют, я думаю, это сильно ударит по производству. Но ещё больше пострадают простые люди. Нам, государственному предприятию, не страшны ни рост цен, ни убытки — деньги-то государственные. А вот если у людей резко сократятся доходы? Как они на это отреагируют?

— …

Ли Е выложил ей половину своих мыслей, оставив при себе самые радикальные.

Если бы он сказал, что предстоящий «скачок цен» приведёт к тотальному дефициту и галлопирующей инфляции, Цай Миньин начала бы считать его провидцем и постоянно обращаться за предсказаниями.

Но он не ожидал, что даже половина правды так разъярит Цай Миньин.

— То есть, по-твоему, нам не нужны реформы? Всем просто плыть по течению и ничего не менять?

— Нет-нет, я имею в виду, что контроль над ценами на некоторые товары можно постепенно ослаблять. Но стратегически важные ресурсы и товары первой необходимости должны оставаться под контролем государства.

— Это же какая-то полумера! Есть же успешный опыт развитых стран. Почему мы не можем у них учиться, а упорно изобретаем велосипед?

— Какой велосипед? Мы же постоянно реформируемся!

— Нет, Ли Е, ты изменился. У тебя два лица. Ты забыл про принцип «обогащайся первым, чтобы помочь остальным». Сам купаешься в деньгах, а другим не даёшь разбогатеть.

— …

Ли Е опешил. Он действительно был богат, богаче большинства людей в мире. Но он никогда не пытался помешать другим зарабатывать.

— Ты ничего не понимаешь! — взорвался он, с грохотом бросив на стол пустую банку «Coca-Cola». Прочистив горло, он приготовился к серьёзному спору с Цай Миньин.

http://tl.rulate.ru/book/123784/6215593