Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 857. Небольшая проблема

Том 1. Глава 857. Небольшая проблема

Выслушав Ли Е, Янь Цзиньбу на мгновение замер, а затем энергично замотал головой:

— Нет, какое там у меня недовольство! Хань Ся права, она действительно лучше меня разбирается в таких делах.

— …

Глядя на Янь Цзиньбу, признающего свои недостатки, Ли Е понимал, что на самом деле тот подавляет обиду и взвалил на себя тяжёлую ношу.

В начале года, когда Ли Кайцзянь пригласил Хань Ся и Янь Цзиньбу вернуться на химзавод «Циншуй», Янь Цзиньбу сразу согласился. Однако, поговорив с семьёй, он был вынужден изменить своё решение.

Дедушка Янь Цзиньбу лично пришёл к Ли Кайцзяню извиняться, держась крайне униженно. Если бы Ли Кайцзянь не остановил его, старик готов был пасть на колени.

Он объяснил, что его внук хорошо устроился на госпредприятии «Цилу химикл» и попросил не переводить его, пообещав отработать долг перед семьёй Ли всеми возможными способами.

Ли Е догадывался о причинах такого поведения семьи Янь Цзиньбу. «Цилу химикл» — государственное предприятие, на много уровней выше химзавода «Циншуй». Янь Цзиньбу, выпускник столичного вуза, имел там блестящие перспективы.

Хань Ся, будучи прямой и откровенной девушкой, считала, что своим поступлением в университет они с Янь Цзиньбу обязаны Ли Е. Поэтому, когда Ли Кайцзянь попросил их о помощи, она решила, что нужно согласиться без колебаний.

Чтобы Хань Ся не поссорилась с будущими родственниками, Янь Цзиньбу, сославшись на обещания начальства, взял всю вину на себя.

Родные ругали его, Хань Ся тоже была недовольна. Янь Цзиньбу оказался между двух огней, вынужденный молча терпеть.

— Цзиньбу, — многозначительно произнёс Ли Е, — нам восьмерым посчастливилось выбраться из уезда Циншуй. Это уже связывает нас. А то, что вы с Хань Ся нашли друг друга — это вообще редкая удача. Так что хорошенько подумай, что для тебя важнее.

Янь Цзиньбу посмотрел на Ли Е, пошевелил губами и с горечью улыбнулся:

— У нас с Хань Ся всё серьёзно. Сейчас просто временные трудности, они не повлияют на наши отношения. Мы решили пожениться на праздниках Весны, а потом…

— Ты собираешься жить с Хань Ся в разных городах? — перебил его Ли Е.

Янь Цзиньбу замялся, затем кивнул:

— На самом деле, Цзыбо недалеко от Циншуй. Можно доехать на поезде до столицы провинции, а оттуда — до уезда. Вечером садишься на поезд, а утром уже на месте.

— Тогда я советую вам пока не жениться, — серьёзно сказал Ли Е. — Если бы я знал, что вы с Хань Ся будете долго жить врозь, я бы не советовал отцу переводить её на химзавод «Циншуй». Длительная разлука может привести к серьёзным проблемам. Любовь — хрупкая вещь, и одно недоразумение может всё разрушить. Так что серьёзно поговори с семьёй. Если не договоритесь… тогда я поговорю с Хань Ся.

Когда Ли Е узнал от Ли Кайцзяня о разлуке Хань Ся и Янь Цзиньбу, Хань Ся уже работала на химзаводе «Циншуй». Все, включая Ли Кайцзяня, считали, что временная разлука — не такая уж большая проблема.

В 80-е годы многие супружеские пары жили в разных городах, встречаясь лишь раз в несколько месяцев.

Но Ли Е, знакомый с историями из будущего, понимал, что такая ситуация рано или поздно приведёт к беде.

Поэтому он считал, что Янь Цзиньбу нужно поговорить с родными. Если они будут и дальше противиться его переводу, тогда придётся разговаривать с Хань Ся.

— Ли Е, не говори с Хань Ся об этом! — встревожился Янь Цзиньбу, решив, что Ли Е хочет перевести Хань Ся обратно в Цзыбо. — У неё взрывной характер, она не согласится! Я хочу пожениться с ней на праздниках Весны, чтобы поставить семью перед фактом. Переведут меня или нет — я всё равно вернусь в Циншуй весной.

— …

— Эх… Постарайся поскорее решить этот вопрос, — вздохнул Ли Е.

Конечно, «Цилу химикл» — крупное госпредприятие, но сможет ли замкнутый Янь Цзиньбу пробиться там? Это же вечно убыточное предприятие, кишащее интриганами.

А семья Янь Цзиньбу пренебрежительно относится к небольшому химзаводу «Циншуй», не зная, что скоро Вэнь Лэюй вложит туда новые инвестиции, и тогда многие захотят там работать.

Но Ли Е не хотел ничего объяснять Янь Цзиньбу и тем более что-то обещать. Он уже достаточно сделал для него: помог поступить в столичный вуз в благодарность за поддержку в школе. Нельзя же всю жизнь прокладывать ему дорожку?

Чтобы что-то получить, нужно что-то отдать. Вот Хань Ся — это тот человек, которого стоит поддерживать.

В мире много талантливых людей, но преданные и решительные — настоящая опора.

***

В четыре часа утра Ли Е, потянувшись, встал с циновки.

Вчера вечером они, прихватив пару ящиков пива, засиделись допоздна, а потом расположились спать прямо во дворе, на расстеленных циновках.

Сейчас, ближе к утру, в доме Ли Даюна послышались шорохи, и Ли Е проснулся первым.

У ворот остановилась машина, затем шаги вошли во двор.

Ли Е взглянул и удивился.

Приехала секретарь Минь Лэй, работавшая у господина Чэня, управляющего гонконгским филиалом компании «Цинци

— Минь Лэй, что ты здесь делаешь? — удивлённо спросил Ли Е.

Минь Лэй тоже удивилась, увидев его:

— Меня господин Чэнь прислал связаться с господином Ли. А ты, заместитель директора, что тут делаешь?

— Жених — мой друг, — Ли Е улыбнулся и кивнул на дом.

— О-о… понятно!

Минь Лэй всё стало ясно. Теперь она поняла, почему Ли Е так вольготно чувствовал себя в «Цинци», и почему его не смогли сместить на нескольких собраниях руководства. Оказывается, он знаком с зятем большого босса.

Минь Лэй обменялась с Ли Е парой фраз и вошла в дом, чтобы найти отца Ли Даюна. Она достала длинный список и начала сверять его с планом свадебной церемонии.

На самом деле, все детали церемонии уже несколько раз обговаривали, но в такой важный день никто не хотел допустить оплошности, поэтому Минь Лэй прислали для координации на месте.

Отец Ли Даюна, выслушав её, крикнул во двор:

— Ли Е! Цзинь Пэн! Быстро сюда! С гонконгской стороны много свадебных традиций. Вы, молодые, каждый за что-то отвечаете. Запомните хорошенько! Если что-то пойдёт не так…

— Не волнуйтесь, дядя! Если что-то пойдёт не так — головы вам принесём!

— Ха-ха-ха!

Цзинь Пэн потер свою лысину, и его развязный тон вызвал всеобщий смех.

А Минь Лэй, стоя рядом и слушая, как Ли Е, Цзинь Пэн и другие говорят на своём дуншаньском диалекте, чувствовала себя так, словно наблюдала за деревенщиной, попавшей в город.

Ли Е, который в «Цинци» считался важной персоной, здесь бегал на побегушках и выглядел как мелкий жулик, которому посчастливилось примазаться к родственнику гонконгского босса.

http://tl.rulate.ru/book/123784/6006237