Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 706. Когда человеку не везёт, и в холодной воде зуб застрянет.

Том 1. Глава 706. Когда человеку не везёт, и в холодной воде зуб застрянет.

Закончив дела в уезде Циншуй, Ли Е поспешил в город на острове, расположенный в четырёхстах километрах, чтобы встретиться с Фу Гуйжу и навестить могилы предков со стороны бабушки.

Поскольку в то время ещё не было скоростных автомагистралей, им приходилось ехать по национальным трассам, но, к счастью, машин на дорогах было немного, и, двигаясь по хорошей дороге, «не переключая передачу на протяжении сотни километров», они смогли добраться до места за полдня.

Сестра Ли Юэ оставила свою машину водителю и поехала вместе с Ли Е и Вэнь Лэюй в одной машине. Сев в салон, она начала болтать без умолку.

— Я хотела воспользоваться случаем и устроить скандал, чтобы все родственники узнали, что она нам не родная, и больше не наживалась за счёт нашей семьи Ли, — рассказывала она. — Но бабушка оказалась ещё хитрее. Она пригласила своих старых товарищей и официально сменила тётке фамилию. Теперь весь уезд Циншуй знает, что Ли Минъюэ, или, вернее, Тун Минъюэ, не имеет к нам никакого отношения. Посмотрим, как она будет выпендриваться.

Ли Юэ, войдя в раж, спросила Ли Е:

— Как думаешь, что бабушка задумала? Хочет выпустить пар за своего любимого внука? И ведь какая гадина! Зная, что эта Ся Юэ тебя раздражает, она всё равно её притащила! А, Сяо Юй?

Вэнь Лэюй, слушая сестру, кивнула:

— Жалость к себе часто оправдывает гнусность. Ся Юэ действительно очень неприятная.

Но Ли Е, сидевший за рулём, возразил:

— Мой статус любимого внука тут ни при чём. Наши дедушки и бабушки — люди слова. Раз они когда-то пообещали воспитывать ребёнка своего товарища, они сдержат своё слово. Сейчас, когда они уже пожилые, им, наверное, хочется показать всем, что ребёнок их товарища вырос достойным человеком.

— Не думаю, — покачала головой сестра Ли Юэ. — Посмотри, как вчера рыдала тётка. Она обнимала бабушку за ноги и не хотела отпускать, но бабушка всё равно не изменила своего решения. Разве она хотела что-то показать другим? К тому же за все эти годы старые товарищи дедушки ни разу не приезжали. Какой смысл показывать им?

— Всё же какой-то смысл есть, — вздохнул Ли Е. — Например, если ты снова поссоришься с тёткой, это будет уже не семейная разборка, а конфликт с дочерью героя.

— Мне наплевать на её конфликты с героями, — презрительно сказала Ли Юэ. — Когда я была маленькой, я не понимала, почему она постоянно обижала нашего папу. В других семьях сёстры берегут своих братьев, а она всегда была исключением. Теперь всё хорошо. Мы с её семьёй можем не общаться. Я не буду её трогать, а она пусть не лезет ко мне.

— …

Ли Е посмотрел в зеркало заднего вида на сестру, поджавшую под себя ноги, и задумался, не рассказать ли ей о настоящих намерениях бабушки.

Ведь теперь тётка Ли Минъюэ была чужой в их семье. Она больше не могла командовать в доме Ли, и её не обязательно было приглашать на свадьбы и похороны.

Кроме того, многие негласные привилегии Цуй Чжисяня и Цуй Айго в уезде Циншуй также будут под большим вопросом.

Ли Чжунфа, хоть и ушёл на пенсию, не был забыт. Возглавляя компанию «Циншуйхэ фуд», он имел ещё больше влияния, чем когда работал в зерновом управлении.

А ярлыки «зять Ли Чжунфа» и «внук Ли Чжунфа» очень помогали отцу и сыну Цуй. Теперь, когда Ли Минъюэ внезапно перестала быть Ли, что это значило? Не хочет ли Ли Чжунфа провести границу?

Теперь не только нельзя было рассчитывать на поддержку родственников в Пекине, но и многие проницательные люди в уезде Циншуй изменят своё отношение.

Поэтому Ли Минъюэ и обнимала ноги У Цзюйин и рыдала.

Но действительно ли У Цзюйин хотела выбросить Ли Минъюэ на улицу? Или же она просто хотела предотвратить вспышку старой вражды?

В конце концов Ли Е решил рассказать сестре правду:

— Сестра, на самом деле бабушка сделала это, чтобы защитить тётку и сгладить старую вражду.

Ли Юэ опешила:

— Защитить тётку? Старая вражда? Что за старая вражда?

Ли Е слегка отпустил педаль газа и начал объяснять:

— Я разговаривал с мамой о прошлом. Мама не смогла устоять перед моими расспросами и рассказала о том письме из-за границы. Наш папа мог замять это дело, но в то время было принято «сообщать о преступлениях», и тётка написала донос на нашу маму. Теперь бабушка, объявив о происхождении тётки, наверное, хочет, чтобы мы пожалели её родителей и простили её грехи.

— …

— …

Ли Юэ и Вэнь Лэюй остолбенели.

Через некоторое время Ли Юэ взорвалась гневным рёвом.

— Да никогда я её не прощу!!! — она схватила Ли Е за волосы и закричала ему в ухо: — Почему ты мне не рассказал? Ты посмел скрыть это от меня? Сейчас же разворачивайся! Ты меня слышишь?! Разворачивайся сейчас же! Я её прикончу!!!

Ли Юэ, которая несколько лет старалась выглядеть модной и стильной женщиной, вдруг превратилась в буйную скандалистку, более жестокую, чем уличные хулиганы.

Вэнь Лэюй поспешно схватила её за руку и оттащила от мужа.

— Сестра, Ли Е за рулём! Успокойся, пожалуйста, и будь осторожна, — попросила Вэнь Лэюй.

— Сяо Юй, ты слышала, что я сказала? Это Тун Минъюэ донесла на нашу мать, из-за чего мы с Сяо Е с детства росли без матери. Сколько нас обижали, сколько мы страдали! Почему из-за одного слова бабушки мы должны забыть о нашей ненависти? — кричала Ли Юэ.

— Сестра, — беспомощно сказал Ли Е. — Ну хорошо, ты сейчас вернёшься и зарежешь её, тебя же посадят! Бабушка сегодня сделала всё, чтобы ты не пострадала.

— А если я сломаю ей ноги? Сломаю обе ноги, ну посижу пару дней в тюрьме! Я посмотрю, кого бабушка будет защищать, меня или её! — возмущалась Ли Юэ.

В гневе Ли Юэ снова схватила Ли Е за волосы.

— Сяо Е, ты забыл, как ты плакал, когда звал маму? А я не забыла! Я успокаивала тебя всю ночь. Когда я плакала, кто меня успокаивал? Кто?! — зарыдала она.

Ли Юэ заплакала навзрыд, а Вэнь Лэюй обняла её за плечи, позволяя сестре плакать у себя на плече.

Ли Е остановил машину и молча ждал, пока Ли Юэ не успокоится.

— Наша мама ждёт нас в Циндао, — спокойно сказал он наконец. — Когда мы встретимся, ты спроси её, что делать. Если она не будет против нашей мести, я помогу тебе. И обещаю, что мы всё сделаем чисто.

— Хорошо, поедем сейчас! Я спрошу маму, как она смогла это проглотить!

— …

Ли Е снова завёл машину и помчался в сторону Циндао.

Вэнь Лэюй с тревогой смотрела на Ли Е. Она хотела его уговорить, но не могла найти нужных слов.

Ли Минъюэ действительно заслуживала ненависти. Вэнь Лэюй тоже была в ярости. Но она ни за что не хотела, чтобы её муж стал убийцей.

Это же Китай, где человеческая жизнь имеет ценность, а не Америка, где жизнь ничего не стоит. Каким бы влиятельным ты ни был, если ты запятнал себя кровью, это мина замедленного действия, которая может взорваться в любой момент и разнести тебя на куски.

***

Ли Е гнал машину очень быстро и к полуночи они прибыли в Циндао.

У «Пэнчэн Red Bull» в Циндао была своя сеть продаж. Фу Гуйжу заранее купила здесь дом, что оказалось очень кстати.

Ли Юэ сразу же пожаловалась Фу Гуйжу на Ли Е.

— Мама, ты только послушай, какой Сяо Е трус! На моём месте я бы переломала всей её семье все рёбра!

— Подожди-подожди, — остановила её Фу Гуйжу. — Расскажи мне всё по порядку, что там натворила твоя бабушка?

Фу Гуйжу, выслушав рассказ Ли Юэ, особо не отреагировала, но, узнав, что У Цзюйин выгнала Ли Минъюэ из дома, не сдержала холодную усмешку.

— Твоя бабушка действительно хороша! Она действительно дала мне объяснение.

— …

— Мама, ты хочешь сказать… Ты согласна с бабушкой и просто так всё оставишь? — спросила Ли Юэ, глядя на холодную улыбку матери.

— Оставлю? Даже если бы я захотела, разве другие захотят? — спокойно ответила Фу Гуйжу. — Твоя бабушка думает, что достаточно помянуть её покойных родителей, чтобы замять дело и помириться со мной. Но она забыла пословицу: «Когда человеку не везёт, у него и вода во рту застревает».

— Наши неприятности уже позади. Теперь… её очередь.

http://tl.rulate.ru/book/123784/5755859