Terranova

В этот момент Лэн Цзюньюй медленно провел пальцем по ее носу и прикоснулся к розовым губам.

Ему очень хотелось поцеловать эти губы и вновь ощутить нежность и тепло. Но...

— Прости меня! Я бесполезен и бессилен. Я причинил тебе огромные страдания. Я не хочу расставаться, но у меня нет выбора. Яояо, ты хоть понимаешь, как сильно я тебя люблю?

Капля слезы беззвучно упала на пол. В этой капле были безнадежность и отчаяние.

Кто сказал, что мужчины не плачут? Только потому, что они еще не дошли до своего предела!

— Что случилось? Почему ты вдруг так смотришь на меня?

— Хэ Син, встреча с тобой - это самое большое счастье, которое когда-либо случалось со мной как в прошлой, так и в нынешней жизни, — слово в слово ответила Ду Юэ.

Это было очень странно. В прошлой жизни она явно прошла через все это в одиночку. Однако Ду Юэ не осмеливалась представить, что было бы, если бы она не встретила Хэ Сина. Как бы она выжила в этом постапокалиптическом мире? Она была очень благодарна Богу за то, что Он послал ей Хэ Сина. Он был нежным и внимательным, понимал ее и заботился о ней. Он был ее единственной броней и слабым местом в этом жестоком мире.

Хэ Син ничуть не удивился словам Ду Юэ. Он серьезно кивнул.

— Ты права. Тебе действительно повезло.

— Просто подпишите это, — Лу Чжао положил договор перед Ло Ин.

Его руки слегка дрожали, но Ло Ин не замечала этого.

Она все еще цеплялась за надежду, но Лу Чжао сказал такие обидные слова. Она начала подозревать, что Лу Чжао ее не любит.

Как только Му Сыинь кивнула головой, беспокойство Ши Бэйю стало уходить.

— Иньинь.

— Хм?

Как только она заговорила, Ши Бэйюй наклонился к ней и закрыл ее губы своими.

Они оба задрожали, когда их губы соприкоснулись.

Ши Бэйю уже несколько дней не прикасался к Му Сыинь и сходил с ума от одной мысли об этом. Постепенно его поцелуй становился все более неистовым и яростным...

— Семья Сы сможет хорошо о нём позаботиться. Я не знаю, что произойдёт, и где мы окажемся на этот раз. Не нужно брать его с собой.

Сказав это, она нажала на педаль газа, и машина умчалась прочь. Сы Лун отстал, и капли дождя на его лице показались ему особенно холодными.

Он смотрел, как чёрная машина исчезает из виду, и чувствовал себя так, словно его бросил весь мир. Что, чёрт возьми, происходит? И что случилось с папой? Он всё ещё не проснулся. Что-то тут было неправильно. Он развернулся и побежал наверх.

Только тогда Юй Хань вспомнила, что в тот день она была так зла, что, кажется, забыла разблокировать Цзи Цзюня после того, как внесла его в черный список.

Она почувствовала себя немного виноватой и посмотрела в сторону двери. Не увидев Хэ Мэн, она открыла черный список и вывела имя Цзи Цзюня.

«Надеюсь, Цзи Цзюнь не узнал», — Юй Хань могла только тихонько молиться. Иначе, если бы Цзи Цзюнь узнал, что она его заблокировала, то, скорее всего, стал бы мстить.

Зрители в студии видели, как Сун Аньань и Сун Линьчуань ели самые обычные фермерские блюда, словно это были самые изысканные кушанья.

Особенно Сун Аньань, ее пухлые щечки, которыми она так аппетитно пережевывала еду, были особенно милыми.

[Хаха, она гораздо более приземленная, чем та, кто может есть икру].

[У неё благородный статус, поедание икры заставляет её чувствовать себя выше, смехотворно].

[Я действительно хотел сказать это вчера. Манеры Сун Аньан за столом. Такое ощущение, что она не то, чтобы не может себе позволить икру, ей просто не нравится ее есть]

— Юнь Си, уходи. С моими тетей и дядей очень трудно иметь дело. Я не хочу, чтобы ты ввязывалась в эту историю.

Цзин Юй подсознательно хотел, чтобы Юнь Си ушла. Он не хотел, чтобы ее критиковали здесь. Он также не хотел показывать Юнь Си неловкую ситуацию в своей семье.

Юнь Си понимала, о чем беспокоится Цзин Юй, но она совсем не боялась этой бесстыжей парочки. Юнь Си специально понизила голос и прошептала эти искренние слова на ухо Цзин Юю.

— Не волнуйся. Моя тетя похожа на твоих дядю и тетю. Они такие же люди. Я смогу все уладить. Я точно не оставлю тебя. Кто знает, может быть, мне даже придется защищать тебя.

Се Цзюхань усмехнулся и сказал:

— Только не говори, что ты получила афродизиак от господина Цинъи и собираешься причинить мне вред? На самом деле, тебе не нужно этого делать. Неважно, какое положение тебе нравится, твой муж может заставить тебя желать седьмого неба.

Фэн Цин:

— ...

Этот человек был бесчувственным. Как он мог думать об этом в такое время?