Terranova

— Да, молодой парень из семьи Фэй, Фэй Яньчэнь. Я спешил сюда всю дорогу и услышал от Цзи Сюня несколько слов об этом парне из семьи Фэй. Похоже, у него близкие отношения с вашей семьей. Вы можете спокойно смотреть на то, как юноша из семьи Фэй проигрывает? — спросил господин Цзи.

Шэнь Юань успешно остановилась на месте и повернулась, чтобы посмотреть на учителя Цзи.

Учитель Цзи наконец-то улыбнулся. Похоже, отношения между девушкой из семьи Шэнь и парнем из семьи Фэй действительно были хорошими.

— Что вы имеете в виду?

Юй Хань, оказавшаяся в центре событий, всё ещё не могла прийти в себя. Она была уверена, что сейчас эффектно впечатается в землю перед всеми. Но вдруг — чьи-то руки... полёт... матрас. Всё случилось так стремительно.

«Кто-то меня спас?» — подумала она, чувствуя под ладонью плотную, тёплую поверхность. Затем в тишине донёсся торопливый, тяжёлый вдох.

— Ты можешь встать? — голос Цзи Цзюня прозвучал прямо рядом с ней. Он был низким, чуть хрипловатым, и если прислушаться — можно было уловить, что он сдерживает боль.

Она подняла взгляд — и прямо над ней встретилась с его глазами, глубокими, полными мерцающих огней. На миг её охватило замешательство — она вдруг осознала, что лежит на нём. Более того — её рука всё ещё покоилась на его груди, там, где она только что коснулась его грудных мышц.

— Да, сколько вообще в мире мужчин, которые могут поступать так, как президент Хэ? — закивал Сяо Чжу. — Не говоря уже о том, чтобы класть еду в миску жене или девушке. Уже хорошо, если мужчина хотя бы не отбирает у жены еду!

— Я считаю, это неправильный взгляд, — Хэ Сюнь, кладя ещё еды в миску Чэнь Вэйэр, заговорил спокойно. — Разве положить еду жене — это критерий хорошего мужчины? Женщина выходит за тебя замуж в лучшие годы своей жизни, рожает тебе детей, терпит неудобства беременности, боль родов, справляется с бесконечными бытовыми мелочами, заботится о родителях с обеих сторон. Разве после этого муж не должен быть внимательным и заботливым? Не нужно говорить, что мужчина содержит семью. На самом деле жёны тоже тяжело работают. В семье вклад жены зачастую больше, чем вклад мужа.

Мужчины, присутствовавшие рядом, переглянулись… и замолчали.

Глаза Сюй Юю снова покраснели. Ей показалось, что сердце снова разрывается на части. Не успела она разрыдаться, как услышала его беспомощный вздох.

— Сюй Юю, неужели я так плохо справляюсь со своими обязанностями, что ты не можешь почувствовать, как сильно я тебя люблю? Я люблю тебя так сильно, что даже не знаю, что с собой делать. Мне не терпится отдать тебе свою жизнь. Неужели ты совсем не чувствуешь этого?

У него не было никаких правил. Он целовал ее нежно, но при этом осторожно заводил руку за голову, боясь, что она удариться о дверь.

Се Янь отпустил себя, и в ее ушах раздался хриплый голос:

— Малышка Таочжи...

Он прошептал ее имя, нежно и ласково.

Если бы ее парнем был любой другой мужчина, который сказал бы ей такие слова, Сан Цяньцянь непременно бы возразила. Однако с Шэнь Ханьюем она не могла спорить.

Она встала на цыпочки и поцеловала его в твердый подбородок.

— Я была неправа. Я больше не буду скрывать ничего от тебя.

Адамово яблоко Шэнь Ханьюя подрагивало, а холод в глазах еще не рассеялся.

Девушка обняла его за плечи и изо всех сил попыталась встать на цыпочки. Ее мягкие губы были похожи на перья, когда они касались его губ.

— Я извинюсь перед тобой. Больше не сердись, хорошо?

Теперь Сун Аньань поняла, что эта трудная женщина, должно быть, мать Пэя Куаня. Не раздумывая, она схватила его за руку.

Она встала частично перед ним, настороженно наблюдая за приближающейся женщиной.

Пэй Куань удивлённо почувствовал внезапное тепло, охватившее его пальцы. Он посмотрел на их соединённые руки, взгляд стал задумчевым.

Он прошёл внутрь здания. Сотрудники, как всегда, приветливо здоровались, но…

Теперь он замечал странные вещи. Несколько человек пользовались экранами, которые висели прямо перед ними — в воздухе, без всякой опоры.

Сердце Чжао Цзиня сжалось. Всего несколько минут назад он переживал, что Цзинь Шушу может испугаться, узнав, что реальность не совпадает с её воображением. А теперь… Теперь всё перевернулось.

Он вынул телефон и открыл поиск. Напечатал: «Могут ли люди перемещаться мгновенно?»

Ответ в комментариях поразил его:

Горничная улыбнулась Цзян Юань, как только вошла, и сказала:

— Юная госпожа, господин попросил нас прийти за чем-то.

Цзян Юань вопросительно посмотрела на нее.

Служанка быстро побежала к комоду и достала оттуда запасное одеяло. Затем она унесла его и сказала:

— Хозяин сказал, что одного одеяла должно хватить для молодого господина и молодой госпожи. У нас дома в последнее время не хватает материалов, хе-хе...

Цзян Юань и Гу Сычао были в шоке.

'Что, черт возьми, значит, у вас дома не хватает материалов? Я что, по-вашему, идиотка? Я что, по-вашему, вам поверю?'

Затем вошли еще несколько горничных, которые сразу же сняли ковер с пола, а затем уважительно вышли.

Оставив Гу Сычао и Цзян Юань, смотрящих друг на друга.

Дальнейших слов Хань Е Го Ху уже не слышал — в голове у него было пусто. Он никак не ожидал, что эта девушка сможет заставить сына мэра относиться к ней с таким почтением. Раньше он действительно не распознал, кто она такая. К счастью, тогда он не стал провоцировать этого великого Будду!

Увидев, как расширились глаза Го Ху, Шань Юэ помахала рукой у него перед лицом и прямо спросила:

— Вы можете отдать мне эту видеокарту прямо сейчас?

— Да-да-да, конечно! Я сейчас же схожу на склад и принесу её вам. И не только эту видеокарту. В будущем, мисс Шань, если вам что-то понравится — просто скажите. Таково распоряжение босса Ханя.