Terranova

[Завершено 💗]

— Лу, помой овощи.

— Я не умею.

— Цю Цы не умеет готовить. Она точно будет искать мужчину, который умеет.

— Я помою!

Все остальные: «…»

— Лу, очисти картофель.

— Я не умею.

— Цю Цы …

— Я почищу!

Тишина.

— Лу, поруби рёбрышки.

— Я не умею.

— Хочешь, я порублю тебя?

— Я порублю!

— Ханьсюй, — мягко позвала она.

— Хм? — Шэнь Ханьсюй опустил глаза и посмотрел на неё.

Руки Сань Цяньцянь на его шее слегка сомкнулись, заставляя его чуть наклониться. И тогда она поцеловала его в губы.

Шэнь Ханьсюй остановился. Его взгляд потемнел.

— Ты сделала это нарочно?

Сань Цяньцянь моргнула, уголки её губ приподнялись.

Она продолжила целовать его, играючи. Как маленький котёнок — нежно, робко, дразня.

Тело Шэнь Ханьсюя напряглось. Спустя некоторое время он хрипло сказал:

— Подожди.

И занёс Сань Цяньцянь в дом.

Только тогда она поняла, что значит слово «подожди».

Линь Инь взглянула на изысканный бокал на столе и нахмурилась.

— Сама наливала вино? — Линь Инь села на своё место и поменяла бокал и столовые приборы с Су Фэй.

Чжу Юнь привыкла к мелким хитростям. Вряд ли ей просто так придет в голову наливать вино лично.

Взгляд Линь Инь стал тёмным, на губах появилась едва заметная улыбка.

— Су Фэй, в любом случае тебя больше всех любит твоя мать. Послушная дочь вроде тебя должна насладиться тем, что она приготовила.

Рано утром слуги убрали передние ворота и поставили два больших горшка с зимней жасминой снаружи.

Как и ожидалось, после завтрака к воротам Удачного Сада подъехали быстрые лошади.

Официальный посланец на коне улыбнулся. Видя сцену, они, вероятно, поняли, что их семья сдала экзамен успешно.

Он громко закричал:

– Юань Цзяци из семьи Цяо занял первое место на экзамене. Прошу молодого господина Юаня выйти и принять хорошие новости!

Как только его голос стих, служанки начали запускать фейерверки.

Болезнь Сан Цяньцянь развивалась быстро и тяжело, лихорадка спадала и возвращалась, но полностью избавиться от неё не удавалось.

Се Шиань был слишком занят и не мог приходить каждый день, чтобы ухаживать за ней. Он мог лишь прислать врача из семьи Жуань, чтобы тот присматривал за ней.

Говорили, что болезнь пришла, как падающая гора, но уходила мягко, словно шёлк.

Сан Цяньцянь провела в постели больше десяти дней. Вскоре она, наконец, смогла подняться и медленно стала приходить в себя.

Когда Се Шиань пришёл к ней снова, она стояла во дворе, опустив глаза, поливая бегонии.

В тот момент солнце светило ярко, а лепестки бегоний сияли, словно закат. Они отражали её тихое и красивое лицо, которое выглядело как живописная картина.

Се Шиань долго смотрел на неё и внезапно воскликнул:

— Цяньцянь, есть способ, чтобы ты снова обрела свободу.

[Завершено 💗]

— Поскорее езжай в больницу и сдай кровь.

— Немедленно отправляйся в больницу.

— Не забудьте сдать кровь в больнице.

Несмотря на то, что за последние несколько месяцев она уже трижды сдавала кровь, и это не могло не сказаться на ее организме, Хо Чуань не испытывал ни малейшей жалости к своей так называемой жене. После трех лет брака Хо Чуань связывался с ней только для того, чтобы попросить ее сдать кровь для больницы. Нет, точнее говоря, она продавала свою кровь. Продавала любимой женщине Хо Чуаня, Бай Тин.

Юнь Цин изо всех сил старалась играть роль хорошей жены и секретарши, но семья Хо Чуаня ничего о ней не думала. Они вели себя мелочно по отношению к ней. Юнь Цин даже уборку и готовку приходилось делать одной. Ее существование было настолько рутинным, что можно было подумать, что она служанка. В компании все ее недооценивали. Юнь Цин надоело, и она сказала:

— Давай разведемся.

Возможно, у нее еще оставалась надежда, но реакция мужа ее совершенно разочаровала.

— Чего ты закатываешь истерику? Назови свою цену. Врач говорит, что Бай Тин находится в критическом состоянии!

Мать Хо Чуаня ответила:

— Такая ничтожная секретарша, как ты, должна быть благодарна за то, что вошла в нашу семью Хо, так почему же ты подумаешь шум? — Хо Чуань посмотрел на нее сверху вниз. — Я знаю, что в этом месяце ты сдала больше крови, но я перевел тебе компенсацию! Я могу потерпеть, если ты попросишь больше, но я не потерплю твоей истерики!

Глядя на завораживающие черты лица Хо Чуаня, Юнь Цин рассмеялась про себя. Он действительно был очарователен, но никогда не имел приятного выражения лица. Терпя боль в сердце, Юнь Цин настаивала на разводе с Хо Чуанем.

— Не пожалей об этом, Юнь Цин!

— Единственное, о чем я жалею, так это о том, что три года назад согласилась на этот брак с тобой. От этого брака я вся в синяках и кровоподтеках. Хватит!

Ради Хо Чуаня она отказалась от своего статуса и проигнорировала совет семьи. Она набросилась на Хо Чуаня, как мотылек на пламя, но в ответ получила лишь безразличие и отсутствие привязанности. После того как Юнь Цин покинула семью Хо, она села в роскошную машину. Сердце старого господина Юня болело за дочь.

— Цинцин, ты заключила со мной трехлетний договор, что если он не будет тебя любить, то ты вернешься домой и унаследуешь компанию. Пришло время выполнить свое обещание.

— Хм. Это обычные обязанности секретаря. Вы должны подать нам чай или что-то подобное…

Ло Лиси поняла смысл сказанного, но ей явно не понравилось слово «подать».

Тон Янь Жоминь глубоко задел Шэн Жумина. Как он мог позволить своей женщине обслуживать других?

Когда Ло Лиси взяла чашку, чтобы налить Янь Жоминь зелёный чай, Шэн Жумин сразу вмешался:

— Не нужно. Они не мои гости.

Фэн Шаолин в знак согласия кивнул. Ло Лиси застыла с чашкой в руках, а Янь Жоминь была ошеломлена.

— И потом, у тебя есть руки, Жоминь. Можешь взять всё, что тебе нужно, сама. Это не особняк Янь и не вилла Шэн, где слуги обслуживают тебя, — сказал он холодно.

Ло Лиси взглянула на мужчину, который, не стесняясь, произносил эти слова. Янь Жоминь опустила глаза.

Она осторожно подошла к нему сзади. За целый день она устала до изнеможения, и теперь, когда дома её ждёт кто-то родной, это ощущение было по-настоящему тёплым.

Она резко закрыла ему глаза ладонями и, понизив голос, прошептала:

— Угадай, кто это?

Голос Се Яня был нарочито серьёзен:

— Если это грабитель — предупреждаю, я позволяю прикасаться ко мне только своей жене, так что даже не думай…

Ся Таочжи то ли смеяться, то ли вздыхать:

— Се Янь!

СКОРО КОНЕЦ!!! Держим нос по ветру!