На дворе стоял последний день января. Снег, обильно выпавший накануне, ещё не успел растаять.
Несмотря на двенадцатиградусный мороз, Квон Дон Хён, поденный носильщик с двухмесячным стажем, и сегодня вышел на заработки.
Сегодняшней работой стали крупные Врата C–ранга, открывшиеся в чистом поле близ Мунсана в Пхаджу, и Квон Дон Хёну было от чего беспокоиться.
«Говорят, Врата С-ранга и выше уже опасны…»
Обычно рейды C–ранга и выше обслуживали либо штатные команды носильщиков гильдий, либо специализированные фирмы. Причина крылась в безопасности: во Вратах этого ранга то и дело случались непредвиденные и опасные ситуации.
Для Квон Дон Хёна, не–Пробужденного, это был определённо слишком высокий ранг. Но он всё же оказался здесь по совету одного своего недавнего знакомого, некоего господина Ю, который годился ему в младшие братья.
— Братец. У меня тут дельце сорвалось, внезапно дела появились. Я спросил – можно замену прислать. Сходи вместо меня, а? Потом с тебя магарыч этому младшему брату!
Поначалу, прибыв на место, Квон Дон Хён никак не мог понять, за что господин Ю просил магарыч.
На всех объектах, где ему доводилось работать, к поденщикам относились отвратительно. А рейды в такую холодрыгу, как сегодня, и вовсе считались каторгой.
Но всё изменилось, когда он встретил представителя заказчика – некоего «начальника команды Пак Чон Су».
— Благодарю всех носильщиков, что откликнулись и пришли на первый самостоятельный рейд Ордена Римен, несмотря на холод. Прошу вас, наденьте вот эти ожерелья. Сегодня они будут защищать вас.
Начальник Пак раздал носильщикам ожерелья с белыми, словно снег, камнями размером с ноготь. Поразительно, но стоило надеть такое, как холод тут же отступил.
Но и это было не всё.
Накопившаяся за долгое время усталость растаяла, словно снег под солнцем, а тело наполнилось бодростью. Судя по всему, то же самое ощущали и остальные носильщики.
— Я и сам когда–то был таким же поденщиком, как вы. Поэтому не понаслышке знаю о ваших трудностях. Работа носильщика – не сахар, но я надеюсь, что хотя бы сегодня, хотя бы здесь у вас останутся добрые воспоминания.
Разве хоть раз в жизни с ним так по–человечески общался хоть один начальник? Поденщикам везло, если их хотя бы не принимали за рабов. Среди Пробужденных хватало тех, кто смотрел на обычных людей как на насекомых.
Всего две недели назад в подземелье E–ранга один хантер, годившийся ему в сыновья, обложил его матом с переходом на личности. Он уже привык считать такое обращение нормой, поэтому внезапная любезность не могла не сбить его с толку.
— Можете спокойно ждать здесь, пока Врата полностью не закроются. Я скоро вернусь.
Начальник Пак вежливо поклонился и удалился. Лишь после этого носильщики осмелились заговорить друг с другом.
Квон Дон Хён неловко озирался, не видя ни одного знакомого лица, как вдруг к нему обратился стоявший рядом носильщик:
— Тоже по лотерее попал?
— По лотерее?… Нет, я просто знакомого подменяю…
— Ого, ну тогда с тебя ему знатный магарыч! Конкурс был сорок девять человек на место, а он тебе уступил? Считай, благодетеля встретил.
— …Сорок девять на место? Столько желающих на место поденного носильщика?
— На объектах Ордена Римен иначе и не бывает. Раз не в курсе, видать, работаешь недавно?
— Всего второй месяц пошёл.
Услышав ответ, мужчина понимающе кивнул.
— Тогда понятно, почему не знаешь. Как бы это объяснить… О! А вот и они, как раз вовремя!
Мужчина указал пальцем на проходившую мимо группу хантеров. На вид их было человек пятьдесят, если не больше.
Впереди шагали хантеры в сияющих белых латах, а за ними молча следовали люди в чёрных, туго обтягивающих мускулы одеждах.
Квон Дон Хён невольно икнул, ошеломлённый их грозной аурой. Они были совсем не похожи на тех хантеров, которых ему доводилось видеть раньше. Дело было не только в их внушительном телосложении – от их взглядов, готовых, казалось, сожрать противника на месте, в дрожь бросало. Такое приснится – не проснёшься.
— Эт–то ещё кто такие? — спросил Квон Дон Хён дрожащим голосом у своего соседа.
В отличие от смертельно напуганного Квон Дон Хёна, его собеседник ответил с самым обыденным видом:
— Кто ж ещё? Новые священнослужители Ордена Римен, разумеется.
— …Священнослужители? А не бандюки?…
— Эй–эй! Ты чего такое говоришь? Как можно так неуважительно о тех, кто следует воле богини!
Обычно при слове «священнослужитель» на ум приходят протестантские пасторы, католические священники или буддийские монахи. Но эти люди всем своим видом опровергали само это понятие.
— Я, когда их впервые увидел, тоже так подумал. Но мнение быстро поменял.
— Поменял? В каком смысле…
— Сам увидишь.
Ву–у–у–ум.
В небе тем временем уже оформились Врата, и мгновение спустя из них хлынули зеленокожие монстры – орки.
Зрелище закованных в толстые мышцы орков, валом валивших из Врат, внушало трепет. Однако Квон Дон Хён заметил, что, кроме него, никто из носильщиков ни капли не боялся. Наоборот, они смотрели на священнослужителей Ордена Римен с горящими глазами, будто в предвкушении отличного зрелища.
— Скоро сам поймёшь, о чём я. Так что просто молча смотри.
Услышав это, Квон Дон Хён молча уставился вперёд. Там, впереди, священнослужители Ордена Римен, что недавно прошли мимо него, сложили руки в молитве.
Но это длилось лишь мгновение.
— А–а–а–а–а–а!
— Римен защитит на–а–а–ас!
— Слава Римен! Нам – победа!
Мгновенно закончив молитву, они выхватили оружие и с невероятной скоростью ринулись на орков. Это было похоже на цунами. И это цунами безжалостно смело орков, не успевших толком выстроить боевой порядок.
Кхря–я–ясь!
Началось одностороннее избиение. Кто–то орудовал булавой, кто–то – щитом, а кто–то – голыми кулаками. Под визги орков тут и там начали взрываться их головы.
Пока Квон Дон Хён ошарашенно наблюдал за этим, до его ушей донёсся голос соседа:
— Глядя на них, я понял: сделаешь что–то плохое – и твоя голова разлетится на куски. После этого как–то сам собой начинаешь вести себя осторожнее, жалеть о прошлых ошибках… Они даже меня, прожигателя жизни, заставили раскаяться. И кто они после этого, если не священнослужители?
— …Действительно, — невольно согласился Квон Дон Хён.
2.
— Вы довольны, Ваше Святейшество?
— Путь ещё долог… но с таким уровнем их уже нигде не побьют.
Я медленно кивнул, наблюдая, как наши милые «птенчики» сметают орков. Битву можно было без преувеличения назвать односторонней резнёй.
Да, противниками были всего лишь орки из Врат С–ранга, но, учитывая, что курсанты первого набора занимаются всего два месяца, их темпы роста поражали.
— Теперь с Вратами C–ранга они справятся и без нашей помощи. На каком они сейчас уровне по сравнению с другими хантерами?
— Как минимум высший С–ранг. Они раз в неделю проводят спарринги с хантерами из гильдий Токкэби и Сольхва, и некоторые курсанты уже побеждают хантеров B–ранга.
— Вон те двое?
Даже на фоне общего превосходства на поле боя особенно выделялись двое курсантов. Их лица показались мне знакомыми – двое из тех пятерых, кого я лично завербовал в самом начале, когда только появилась Святая сила.
Чхве Си Вон и Син А Ён.
Они, словно в подтверждение своего звания святых рыцарей–стажёров, неудержимо проламывали строй орков, держа в одной руке булаву, а в другой – щит.
— Верно. У них лучшие результаты и в тренировках, и в реальном бою. Они плавно управляют Святой силой, и как святые рыцари отлично сбалансированы.
— У них определённо есть потенциал, — кивнул я, слушая Луну. Они были в числе первых, кто пробудил Святую силу, а потому и тренироваться начали раньше других. Неудивительно, что они так выделялись.
— А остальные трое из той пятёрки?
— Они в дневной смене. Немного уступают утренней, но разница не критична. Хотите взглянуть на них позже?
На это я лишь махнул рукой.
— Пропущу, на вторую половину дня у меня другие планы. Да и нет нужды, я думаю.
— Рада, что Ваше Святейшество довольны.
— Курсанты второго набора приступают к обучению через две недели. В этот раз мы отобрали двести человек. Заранее подбери среди курсантов первого набора кандидатов в инструкторы.
Начальник управления Ким доложил мне, что число Игроков со Святой силой растёт медленнее, чем ожидалось. После первой недели её появления на каждые двадцать пользователей магии пробуждался лишь один человек со Святой силой. В год пробуждается около пятидесяти тысяч человек, а значит, обладателей Святой силы появляется всего около двух с половиной тысяч. И за этот крошечный кусок пирога развернулась настоящая война между религиями.
Впрочем, наш Орден был в более выигрышном положении, чем остальные. А всё потому, что…
— В этом наборе к нам прибудет сотня курсантов из Японии, имей в виду.
Мы, в отличие от прочих, могли черпать кадры и из других источников. Благодаря тому, какое впечатление я произвёл в битве с Ямата–но Орочи, число последователей нашего Ордена в Японии невероятно возросло. Я даже всерьёз подумывал, не построить ли второй храм в Японии.
Обычно страны не отправляют своих Пробужденных за границу, но этот вопрос был решён на последнем корейско–японском саммите.
— Игроки из Кореи и Японии теперь могут свободно перемещаться между странами. Это касается и обладателей Святой силы. Новоприбывшие курсанты год будут проходить обучение здесь, а затем вернутся в Японию.
— Значит, они станут ядром будущего японского прихода?
— Верно. Не можем же мы вечно держать их в Корее.
— Мы с Лео–то ладно, но как японские курсанты уживутся с корейскими? Они ведь даже языка не знают.
Верное замечание. Языковой барьер – серьезная помеха для сплочённости. Но я не особо беспокоился.
— Это их проблемы. Приехали учиться в Корею – пусть учат корейский. Разве не очевидно? Я уже и учителей корейского языка нашёл.
— Да они же передерутся.
— Это точно. Японцам я велел не уступать даже в «камень-ножницы-бумага».
— И вы просто позволите этому случиться?
— Соперничество – отличный мотиватор. Если грамотно его использовать, всё будет в порядке.
В этом и суть соперничества. Оно заставляет бесконечно стараться превзойти другого, создавая положительный синергетический эффект. Конечно, если соперничество дойдёт до крайности, могут возникнуть и негативные последствия… но это мы вполне могли контролировать.
— Если начнут драться стенка на стенку, придётся прибегнуть к «розгам любви».
— К «розгам любви»?
— Когда все поровну огребут, глядишь, и товарищеский дух проснётся, которого раньше и в помине не было.
Услышав это, Луна на мгновение потеряла дар речи. А затем восхищённо всплеснула руками.
— Как и ожидалось от Вашего Святейшества. Мне до вас ещё расти и расти. Как из уст Папы может исходить такая пошлая… нет, такая убойная идея?
— Хочешь, покажу, что такое настоящая пошлость?
— Ой, простите, простите. Сорри.
Так мы с Луной и обменивались мнениями, наблюдая за битвой наших «птенчиков». Вдруг в кармане завибрировал смартфон. Вж–ж–ж–ж. Звонил начальник управления Ким.
— Алло.
— Господин Си У, это я для подтверждения. Сегодня вечером состоится приём в честь делегации дружбы. Японская сторона уже прибыла в Корею, китайская только что села в самолёт.
— В шесть вечера, в бывшем Голубом доме. Верно?
— Да, совершенно верно.
— Буду вовремя. Луна прийти не сможет, я возьму с собой Лео.
— Как вам будет удобно. Тогда до встречи.
— До встречи.
Повесив трубку, я ухмыльнулся. Увидев это, Луна осторожно спросила:
— Такой вид бывает только в предвкушении… Неужели так ждёте?
— Ещё бы. Пробужденные из Китая, Пробужденные из Японии и наши Пробужденные – все соберутся вместе на приёме. Как тут не ждать с нетерпением?
— Кто–нибудь должен остановить Ваше Святейшество.
— Для этого со мной и идёт Лео.
— Пф–ф. Лео остановит Ваше Святейшество? Самая смешная шутка, что я слышала в новом году. Признаю.
Смеялась Луна или нет, но одно было ясно.
— Давненько я не предвкушал такого веселья.
Скорее бы шесть вечера.
http://tl.rulate.ru/book/94994/9504333
Готово:
