На следующее утро в храм вернулась Луна Ревентон – наш непутевый рыцарь, которая провела ночь неизвестно где, даже не предупредив.
— Ваше Святейшество, я вернулась.
Не знаю, где ей удалось так сладко выспаться, но выглядела Луна как никогда свежо. И это было еще не все.
По кабинету разносился тонкий аромат дорогих духов – она явно надушилась.
— А это что за три бутылки вина? Не то чтобы я был против, как ты тратишь свои деньги, но…
— А, это? — она помахала бутылками. — Подруга заказала в номер, а это осталось. Она взяла десять бутылок, мы выпили семь, а три я прихватила для вас, Ваше Святейшество.
В руках Луна и впрямь держала три бутылки вина в дорогой упаковке, на которой виднелось название какого–то отеля.
— А, ясно. Вино из обслуживания номеров. Не знал…
Постойте–ка.
Рыцарь не ночевала в храме?
Да еще и в отеле?
— Архиепископ Лапарт.
— Да, Ваше Святейшество.
— Наша доблестная Луна Ревентон ведет себя столь вызывающе. Какое наказание, по–вашему, мне следует ей назначить?
Для рыцаря самовольно покинуть пост – уже проблема, а ночевка вне храма без разрешения Папы – и вовсе серьезнейшее нарушение. Это противоречит внутреннему уставу рыцарского ордена.
Однако архиепископ Лапарт, попивая хризантемовый чай, лишь улыбнулся.
— Это я ее отправил. Государственный секретарь Папского престола имеет право отдавать приказы рыцарям.
— То–то я и смотрю.
А я–то думаю, почему он вчера так спокоен был, когда Луна не вернулась. Обычно бы он тут же бросился за ней и за волосы притащил обратно, а тут – такое олимпийское спокойствие.
— Но зачем вам понадобилась Луна, архиепископ?
— Думаю, лучше вам услышать все от нее самой.
С этими словами старик передал слово Луне и с благодушным видом вернулся к своему чаю.
Что ж. Сначала выслушаю, а потом уже решу, как ее наказать.
— Ну, выкладывай.
В ответ Луна широко улыбнулась, поставила вино мне на стол и, непринужденно усевшись на стул, хитро прищурилась.
— Не думала, что вас так интересует моя личная жизнь. Притворяетесь равнодушным, а сами одержимы, да? Такая сторона Вашего Святейшества довольно ми…
— Есть там кто–нибудь?! Я разрешаю, принесите мне меч с тренировочной площадки!
— С подругой была, с подругой! — поспешно сменила тему Луна. — Новой, представляете? Вчера вечером познакомились, и я ей так понравилась… Ах да, она из Китая, так что денег у нее – куры не клюют. Похоже, в этой стране и правда все богачи.
Она указала на вино, стоявшее у меня на столе.
— И это она же мне и вручила. Хе–хе, ну как? Богатая у меня подруга, правда?
— Луна.
— Да, Ваше Святейшество.
— Что–то мне подсказывает, она тебе не «вручила», а ты ее «раскрутила».
— Ну что вы, я просто попросила ее упаковать для меня. Вечно вы делаете поспешные выводы.
«И это командир рыцарского ордена? Разбойница, а не командир».
Я тяжело вздохнул и, нахмурившись, посмотрел на Луну.
Богатая подруга из Китая не могла появиться из ниоткуда. Ответ напрашивался сам собой.
— Ты навестила тех, кто вчера приходил в храм.
— Бинго!
— Убила?
Луна оскорбленно фыркнула.
— Послушаешь вас, так я какая–то маньячка, одержимая кровью. Нет, конечно. Лишь немного их «погладила». И не волнуйтесь: никто ничего не видел, и никто не пострадал.
Уверенно заявила она. Но для меня ее слова звучали совсем иначе.
— То есть ты хочешь сказать, что как следует заткнула им рты и залечила все раны, прежде чем уйти?
— Ого. Неужели богиня Римен наконец–то даровала Вашему Святейшеству дар ясновидения…
Я снова вздохнул.
Ли Цзе. Она – передовой отряд, отправленный из Китая. По сути, на данный момент она представляет всех китайских пробужденных.
Я отпустил ее и ее людей по одной простой причине: тронь их – и они вцепятся мертвой хваткой, используя это как предлог. Такова уж природа формальных поводов.
Нашему Ордену, по правде говоря, на такие поводы плевать, но для правительства, которое вовсю готовится к Северо–Восточному азиатскому обмену, это стало бы громом среди ясного неба.
Поэтому я строил свой план, чтобы сожрать крупную рыбу, а она взяла и сама к ним заявилась, чтобы все разворошить? Голова шла кругом.
«Может, все мои планы рушатся один за другим из-за моего окружения?»
— Почему все мои подчиненные такие… такие?
— Ваше Святейшество, неужели вы и впрямь не понимаете? — Луна впилась в меня взглядом. — Мне вот все очевидно.
Смысл этого взгляда был предельно ясен.
— Это из–за меня?
— Хе–хе. Без комментариев.
Не может быть. Точно не может быть. Это, несомненно, бредни Луны, которыми она пытается меня очернить.
— Да что за чушь…
Но тут мне вспомнилась наша первая встреча с ней.
«… З-здравствуйте, Апостол! Я – Святая Ордена, Луна Ревентон! П-пожалуйста, позаботьтесь обо мне! Я сделаю все возможное, чтобы вам помогать!»
Это было еще до того, как я стал Папой. Аловолосая Святая, приветствовавшая меня с пунцовым лицом. Несмотря на то, что Луне приходилось кормить младших братьев и сестер, она была на удивление застенчивой.
И вот эта самая Луна превратилась в ту, кем она является сейчас, проводя время со мной…
— …Неужели и правда из–за меня?
— Архиепископ Лапарт, а вы как думаете? — тут же спросила Луна.
Архиепископ отставил чашку и, посмотрев на меня, произнес:
— Я ничего не скажу, Ваше Святейшество.
Не подтверждать и не отрицать – обычно означает согласие.
Судя по атмосфере, чаша весов уже склонилась не в мою пользу. В таких ситуациях лучшее решение – тактическое отступление.
Я поспешно сменил тему:
— Доложи подробно, что произошло. Я выслушаю и приму решение.
Луна хитро улыбнулась.
— И на этот раз я сделаю вид, что уступаю вам.
— Быстрее докладывай.
— Слушаюсь и повинуюсь. Раз уж вы приказываете.
«Может, просто врезать ей?»
2.
Суть рассказа Луны сводилась к следующему: «Я их немного проучила, вытянула информацию и получила подарки».
К этому она добавила, что «все сделала как надо».
Когда Луна говорила, что все сделала как надо, – по крайней мере, в таких ситуациях – ей можно было верить. Это означало, что она вселила в них такой ужас, что они больше никогда не осмелятся скалить зубы.
К тому же Луна не настолько дилетант, чтобы оставить следы вроде записей с камер видеонаблюдения. Вероятно, она уничтожила все улики.
— Думаете, такая карьеристка, как Ли Цзе, доложит начальству, что ее поймали и заставили выболтать все секреты? Не похоже, что у нее хватит на это духу.
— А ее подчиненные?
— Они, разумеется, ничего не знают. Я позаботилась, чтобы они проспали до самого моего ухода из отеля.
Это было и впрямь идеальное преступление.
«С такими талантами ей впору быть не рыцарем, а наемной убийцей».
Я посмотрел на архиепископа Лапарта с выражением «ну отчитайте же ее хоть вы», но тот, наоборот, лишь удовлетворенно улыбнулся.
— Разве не превосходно? Оскорбившие храм должны понести заслуженное наказание. Более того, они требовали нашего подчинения? Такое нельзя оставлять без ответа.
— …Да.
— Не стоит беспокоиться, Ваше Святейшество. Если вы не доверяете Ли Цзе, мы можем просто отправить Луну еще раз.
Ответ, достойный «Белого Ужаса».
«Отличный посредник, как же».
Просто смирюсь. Так будет проще.
Я глубоко вздохнул и перевел взгляд на Бэк Соль Хва, которая уже некоторое время тихо сидела рядом.
Бэк Соль Хва вошла в кабинет, когда Луна была в самом разгаре своего рассказа. У нее сегодня была назначена встреча со мной в храме. Кажется, она хотела с кем–то меня познакомить.
Пока мы с Луной и архиепископом Лапартом разыгрывали эту комедию, она молча создавала на кончиках пальцев ледяной цветок.
«Похоже, это была тренировка по тонкому контролю магии».
— Не слишком шумно?
— Не особо.
— Ты слышала, что сейчас рассказала Луна?
Ли Цзе и ее передовой отряд прибыли в Корею на месяц раньше, чтобы переманить к себе хантеров S–класса.
Бэк Соль Хва тоже была в этом списке, но, похоже, ее это нисколько не волновало.
— Даже если бы они сделали мне предложение, я бы сразу отказалась.
— Почему? Из–за трансляций?
— Дело не только в этом…
Она на мгновение замолчала, на этот раз создав из льда маленькую птичку. Затем с непроницаемым лицом посмотрела на меня.
— Я не собираюсь кончать жизнь самоубийством.
— Что ты имеешь в виду?
— Выступить против тебя – это самоубийство. Бросить своих людей и прыгнуть в огненную геенну?
Все–таки Бэк Соль Хва умна.
3.
Человеком, с которым хотела познакомить меня Бэк Соль Хва, оказался журналист.
— Я подумала, что вам пригодится журналист, который будет профессионально освещать дела Ордена. Он немного странный, но в своем деле ас. Поговорите с ним.
Холодно бросив это объяснение, Бэк Соль Хва ушла. Вслед за ней из кабинета выскользнула и Луна с криком «Конфетка!». Архиепископ Лапарт тоже деликатно удалился под предлогом осмотра храма.
В шумном мгновение назад кабинете нас осталось только двое.
Я пару раз кашлянул и медленно оглядел мужчину перед собой.
— Хм.
Безупречный костюм, тщательно уложенные волосы. Казалось, он чересчур перестарался – будто пришел на смотрины. Вполне нормально, конечно, принарядиться для первой встречи, но что означал этот пламенный взгляд, сверкающий из–под очков в роговой оправе?
Более того, присмотревшись, я заметил, что в уголках его глаз блестят слезы.
Еще одной странностью было то, что я чувствовал исходящую от него «Веру» в наш Орден.
«Начать, пожалуй, с легкого приветствия?»
— Здравствуй…
Не успел я договорить, как с той стороны последовала бурная реакция.
— А–а–а–а–а! Я знал, что этот день настанет! Благодарю богиню Римен за то, что позволила мне встретиться с Вашим Святейшеством! Вы не представляете, как долго я ждал этого дня!
Мужчина вскочил с места. Затем, поклонившись мне в пояс, продолжил:
— Ваше Святейшество! Не знаю, помните ли вы меня, но я слушал вашу речь на пресс–конференции у Врат Гуро! Я Со Тэ Хо, репортер из «Седжон Ильбо». Встретиться с вами снова – честь всей моей жизни!
— А! Тот восторженный репортер?
— В–вы меня помните?
— Конечно. Это была моя первая пресс–конференция, как я мог забыть.
На той самой первой пресс–конференции один журналист смотрел на меня особенно горящими глазами. Я его запомнил, потому что он с самого начала, когда я только вернулся, выказывал мне ярую поддержку.
В ответ он долго не мог произнести ни слова.
— …Господин Со Тэ Хо?
А он просто…
— Хнык… правда, правда, спасибо вам. Спасибо, что помните. Это такая честь. Правда…
… бесконечно рыдал.
Это были не слезы печали. Это были горячие слезы человека, переполненного восторгом.
Продолжая всхлипывать, Со Тэ Хо достал из портфеля планшет и протянул его мне.
И сказал дрожащим от слез голосом:
— С того дня я трудился не покладая рук. Я хотел, чтобы как можно больше людей узнало о величии Ордена Римен… хнык–хнык…
На экране планшета был аккуратно выведен список заголовков его статей.
«Почему Орден Римен – единственная надежда всего мира.»
«Почему Китай, пытавшийся править миром, рыдает кровавыми слезами из-за Ордена Римен.»
«Япония в шоке, Китай в ужасе, Америка потрясена!»
«Великое чудо Папы Ордена Римен Ким Си У! Мир перевернулся с ног на голову (Реакция за рубежом)»
«Потенциал Ордена Римен. Почему эксперты по всему миру в шоке.»
Дальше шли бесчисленные заголовки в стиле ура–патриотизма, только не государственного, а, скажем так, «римен-патриотизма».
Глядя на эти заголовки, я понял одно.
«Да он совершенно безумен!»
Это была моя вторая встреча с Со Тэ Хо, человеком, которому суждено было стать величайшим проповедником нашего Ордена.
http://tl.rulate.ru/book/94994/9504330
Готово:
