1.
Кто такой президент? Вершина власти Республики Корея, высший из всех выборных постов. Простой смертный едва ли удостоится личной встречи с ним за всю свою жизнь. Да и я сам видел его лишь пару раз по телевизору да в интернете, но никогда – вживую.
Но вот мгновение назад это «никогда» рухнуло.
— Знай я, что вы столь представительный человек, непременно нанес бы визит раньше, — с непринужденной улыбкой вел беседу президент Со Син У, а я, глядя на него, лишь растерянно улыбался в ответ.
Надо же, в день, когда я собирался встречать бабушку, угодить в такую ситуацию! Подобного поворота я и представить не мог. Должность президента – не синекура, и вряд ли он приехал сюда только для того, чтобы подвезти меня до аэропорта.
— Не стоит так напрягаться. Мне как раз нужно было в аэропорт, так что считайте это своего рода попуткой.
— Вам доложили, что я еду в аэропорт?
— Получать отчеты о передвижениях Иррегуляров – одна из обязанностей президента. Приношу свои извинения, если это вас задело.
— Ах, нет, что вы… Просто…
Просто странно осознавать, что о каждом моем шаге докладывают на самый верх – самому президенту.
Впрочем, он совсем не походил на тот образ, что я себе нарисовал. Ни властности, ни харизмы, которые обычно присущи президентам, – ничего подобного я в нем не ощущал.
В таких случаях бывает два варианта: либо у человека и впрямь нет этих качеств, либо он их умело скрывает.
Как бы то ни было, вывод один.
«С этим человеком нужно держать ухо востро».
Он из тех, кому в душу не заглянешь. Впрочем, чего еще ждать? Пост президента не в лотерею выигрывают.
— Пробужденный Ким Си У, вы уже столько сделали для Республики Корея. Неужели есть что–то, чего я не смог бы для вас сделать? Только скажите. Я исполню любую вашу просьбу, если это в моих силах.
Слова президента пробудили во мне несвойственное озорство. С самым серьезным видом я предложил:
— Как насчет того, чтобы сделать Орден Римен государственной религией?
— Ха–ха! Я уже слышу, как вносят предложение о моем импичменте. Но раз пробужденный Ким Си У так этого жаждет, почему бы и нет? Придется велеть главе секретариата принести мне заявление о выходе из партии. Это будет самый яркий момент в моей политической карьере.
— Это шутка, господин президент. Хотя и с долей правды.
— Как и мой ответ. Я тоже был наполовину серьезен.
Интересно, какая именно половина?
Кажется, Ин Ук как–то упоминал президента. Говорил, что тот популярен среди молодежи благодаря своему чувству юмора. Конечно, одним юмором рейтинги не заработаешь, но для лидера это, несомненно, сильное качество.
И, судя по всему, в этом президенту Со и впрямь не было равных.
От простого обмена фразами мне становилось легче. Я едва заметно улыбнулся, он улыбнулся в ответ и перешел к делу:
— Истинные дела главы любой организации вершатся в неформальной обстановке. Официальные мероприятия – всего лишь формальность. Вы, господин Си У, были Папой в мире под названием Эдем, так что, полагаю, понимаете, о чем я.
Я с самого начала не думал, что президент приехал ко мне с утра пораньше лишь для обмена шутками. Вот теперь–то и начинался серьезный разговор.
— Вы видели утренние новости? Те, что трубили сегодня все СМИ?
— Я в курсе, что в Японии появился демон и что они запросили помощи.
— Отлично. Раз вы в общих чертах знакомы с ситуацией, перейду прямо к делу. Американцы попросили включить пробужденного Ким Си У в состав отправляемой группы. Наше правительство пока не дало ответа.
— Хм–м… Если правительство издаст приказ о мобилизации, у меня ведь не будет иного выбора, кроме как подчиниться?
Я смутно припоминал нечто подобное в контракте Иррегуляра, да и во время последней волны монстров меня призвали именно так.
Но президент Со покачал головой.
— Согласно статье девять, параграфу двенадцать Закона об особых способностях, мобилизация Иррегуляра допускается только в пределах суверенной территории Республики Корея. Иными словами, пробужденный Ким Си У не обязан помогать Японии.
Тот факт, что президент приехал сюда, зная о таком пункте в законе, мог означать лишь одно. Глядя ему в глаза, я произнес:
— Похоже, вы хотите, чтобы я отправился в Японию, господин президент.
— Иррегуляр, которого Америка решила направить в Японию, – Эйден Говард. Его еще называют «детектором Иррегуляров». А это значит, что, одолев его, вы станете Иррегуляром, признанным всем миром.
Взгляд президента Со впервые по–настоящему загорелся.
— Так демон, этот ваш Ямата, с самого начала не входил в ваши расчеты.
— Операция, в которой участвуют двое Иррегуляров – «ядерное оружие» эпохи пробужденных, – просто не может провалиться. Япония бросит в бой все силы, Америка тоже. Поэтому я вынужден думать о том, что будет после.
Машина уже мчалась по мосту Йонджон. За окном простирался лазурный морской пейзаж, и на его фоне президент Со продолжил:
— Если дойдет до дружеского поединка, я бы хотел, чтобы вы, пробужденный Ким Си У, разнесли этого Варвара в щепки.
— …В щепки, говорите.
— Или вдребезги, или в кашу – как вам будет угодно. Если вы одолеете Варвара, Республика Корея станет державой, обладающей официально признанным Иррегуляром. И тогда ни китаёзы, ни япошки… Ах, прошу прощения.
Произнеся эту страстную тираду, президент Со широко улыбнулся и кивнул.
Пусть и обставлено все было довольно витиевато, суть сводилась к одному: разгромить американского Иррегуляра по прозвищу Варвар.
— Вы просите меня сделать это ради Республики Корея? — тихо спросил я.
— Не ради Республики Корея. Ради нас с вами, – твердо ответил президент Со. — Религия и политика веками были неразрывно связаны. Вероятно, потому, что сила обеих исходит от народа.
— Звучит так, будто вы предлагаете сговор.
— Ха–ха, можно и так сказать. Но не поймите меня неправильно. Я стремлюсь к симбиозу. Жить вместе, сообща. И на основе этих отношений двигаться дальше.
Все президенты такие краснобаи, или это он один уникум? Совсем не то, что короли и императоры, которых я встречал в Эдеме. В его словах чувствовалась философия, которой он следовал всю свою жизнь.
— К сожалению, у правительства Республики Корея нет реальной силы. Орден Римен, напротив, будет лишь процветать. Если разрыв между нами станет слишком велик, это будет уже не симбиоз, а паразитизм.
Президент Со пристально посмотрел на меня и с посерьезневшим лицом добавил:
— И я думаю, это то будущее, которого и вы, пробужденный Ким Си У, не желаете. Потому что тогда это будет уже не…
— …не Орден, – закончил я за него.
Если статус Ордена станет выше правительственного, он превратится в подобие государственной власти. А этого Римен желала бы меньше всего.
Я медленно кивнул.
— То есть вы просите меня повысить международный статус Кореи ради нашего симбиоза?
— Я, может, и не выгляжу так, но в делах хватка у меня железная. А титул державы с Иррегуляром на службе – вещь крайне ценная. Он нам еще во многих сферах пригодится.
Машина подъехала к аэропорту. Президент Со, выглянув наружу, улыбнулся.
— Кажется, я утомил вас скучными разговорами в такой чудесный день. Не торопитесь с решением. Каким бы оно ни было, мы полностью его примем и будем следовать вашей воле.
До самого конца президент Со не пытался давить или активно убеждать меня. Он лишь изложил свои расчеты и на их основе сделал предложение.
— В ближайшее время я планирую нанести официальный визит в храм Ордена Римен.
— Добро пожаловать в любое время.
— Был рад знакомству, пробужденный Ким Си У. Надеюсь, мы еще поговорим.
Я вышел из машины, и президентский кортеж тут же тронулся с места.
Все–таки первое впечатление – самое важное. Президент Со Син У…
— Занятный человек.
Мне почему–то казалось, что знакомство с ним сулит много интересного. Проводив взглядом удаляющуюся машину, я усмехнулся и направился в зал прилета. Погода, как и сказал президент, была чудесная – на небе ни облачка.
Идеальный день для чьего–то возвращения на родину.
2.
Вот краткое досье на мою бабулю:
[Имя: Ко Ын Ён.
Год рождения: 1963 (73 года)
Место рождения: Йонсан, Сеул.
Любимая присказка: «У нас в роду все хороши неприятности на свою голову искать. Так что ты, Си У, оболтус, хоть ты предохраняйся как следует! Ясно?»]
Как видно из ее любимой присказки, дама она весьма эксцентричная. Одна только поездка в Америку в то время, как мир летит в тартарары, чего стоит – вся ее жизненная философия в одном поступке.
«Живем один раз, так что надо брать от жизни все».
Эту фразу она повторяла постоянно. И ведь правда, вся ее жизнь прошла в суматохе: сначала растила моего отца, потом меня – плод его ранней «ошибки». А после смерти деда она колесила по миру, но, едва узнав о гибели родителей, тут же вернулась и взвалила на себя заботу о нас. Я ей безмерно благодарен.
Так или иначе…
Надев маску, я молча ждал в зале прилета. Людей в аэропорту было куда меньше, чем в былые времена – вероятно, из–за отмены многих авиарейсов. Говорят, летающие твари отвоевали себе немалую часть небес.
Вначале, говорят, все было еще хуже, но страны объединили усилия, и большую часть проблем удалось решить. Хотя некоторые воздушные коридоры по–прежнему закрыты.
Не знаю, сколько я так простоял, но вот двери зала прилета разъехались, и из них вышла пожилая женщина в бежевом тренче и темных очках. Уверенная, полная сил походка… В этой женщине, от одного вида которой веяло мощью, я, конечно же, узнал ее.
— Бабуля.
Моя бабуля.
Волосы у нее были черные – видимо, недавно красилась. Услышав мой голос, она направилась ко мне и, подойдя, сняла очки. Из–под них сверкнул знакомый пронзительный взгляд. Поймав его, я сказал:
— Бабуль, а разве в такие моменты не положено радоваться и обниматься?
— Внучек. А ты, я погляжу, после своего иного мира совсем страх потерял. Раньше от одного моего взгляда пятки сверкали, а теперь вон как стоишь. Гордится тобой бабуля. Вырос мой внучек, вырос.
— Э–э… Может, для начала руку опустишь?
— А вот тебе и радостная встреча.
С этими словами бабуля со всего маху врезала мне ладонью по спине. Раздался смачный шлепок, эхом разнесшийся по залу.
По спине мгновенно расползлось жжение – острая боль, которую я давно позабыл в Эдеме. Вот что значит «оригинальный рецепт», классика жанра! Непонятно, почему так больно, ведь я стал куда выносливее и крепче.
— Руки–ноги на месте, и на том спасибо. Внучек неблагодарный.
— А ты все такая же, бабуль.
— Люди меняются, когда умирать собираются. А я еще пожить хочу, так что не волнуйся.
— И язык у тебя все такой же острый.
Наша встреча с бабулей совсем не походила на воссоединение с Ин Уком или Си Ён. Они–то смотрели на меня как на воскресшего из мертвых, а у бабушки на лице было совсем другое выражение. Словно она встречала человека, вернувшегося из долгого путешествия.
Может, поэтому? На душе было так спокойно.
— Ну, как тебе путешествие в другой мир?
— Да так… хорошо.
— Путешествия в новые места закаляют. И я рада, что мой внук, похоже, сильно повзрослел. Считай, что шлепком по спине ты расплатился за пять лет, что трепал мне нервы.
С этими словами бабуля отпустила ручку чемодана и мягко меня обняла.
— Спасибо, что вернулся, щенок мой.
Я улыбнулся и обнял ее в ответ.
— А я–то думал, раз ты не прилетела сразу, как узнала, что я вернулся, значит, и видеть меня не хочешь.
— У меня был тур оплачен, что ж деньгам пропадать? Тот, кто должен был вернуться, вернулся. Подумаешь, событие.
— Частным самолетом лететь понравилось?
— Благодаря внучку впервые в жизни шиканула, паршивец.
— Рад это слышать.
Бабуля широко улыбнулась, и я улыбнулся ей в ответ.
— Я тут в Америке с одной новой подругой познакомилась, мы вместе прилетели. Так представляешь, ее прямо в зале прилета какие–то люди в костюмах встретили и увезли.
— С подругой?
— Она очень хотела с тобой познакомиться. Старушка она неплохая, не переживай.
И тут я вспомнил слова президента Со:
«Мне как раз нужно было в аэропорт, так что считайте это своего рода попуткой».
Человек, которого в корейском аэропорту встречают люди в черных костюмах (скорее всего, президентская охрана) и лично сопровождают…
— …Бабуль.
— Чего, паршивец?
— Кого ты, черт возьми, с собой привезла?
Чувствую, этот денек так просто не закончится.
http://tl.rulate.ru/book/94994/9463566
Готово:
