В королевском замке Анхальт, в одном из его покоев, в зале заседаний, окруженном большим столом, сидели многочисленные духовные лица из знати. Избранные высокопоставленные дворяне-бюрократы сидели вокруг этого центрального места, наблюдая за докладом из хрустального шара, стоящего перед королевой Лизенлоттой.
Магический хрустальный шар.
Однако общалась через него не дочь Лизенлотты, вторая принцесса Вальери, а переговорщик из Вирендорфа, врага.
«Значит, мирные переговоры успешно завершены?»
"Да, условия будут строго соблюдены. Я подчеркиваю это: условия будут строго соблюдаться. И если через два года лорд Фауст фон Полидоро останется неженатым, он получит невесту из Вирендорфа. Это «контракт»".
Для Вирендорфа слово «контракт» тяжелее смерти.
Вирендорф чтит свои контракты превыше всего, даже в смерти. Здесь существует культура, в которой отклонение от него недопустимо.
Таким образом, поскольку Вирендорф возвысил имя «договор», мирные переговоры наверняка будут соблюдены, если только сторона Анхальта будет уважать этот «договор».
Отвод войск от границы Вирендорфа больше не представляет проблемы. В этом можно быть уверенным.
Однако проблема заключается в содержании договора.
Королева Лизенлотта размышляет.
Фауст фон Полидоро.
Продав свое целомудрие, Фауст обеспечил мирные переговоры с Вирендорфом. Это главная проблема.
"Связь заканчивается здесь. Все-таки магическая сила, которой наделен этот хрустальный шар, не безгранична".
«Да, договор будет исполнен от имени королевства Анхальт королевой Лизенлоттой».
Связь окончена.
Лорд Полидоро в итоге продал себя.
Анастасия и Астарта будут в ярости.
Честно говоря, я тоже не в восторге.
Как с общественной, так и с личной точки зрения это далеко не приятно.
Королева Лизенлотта размышляет о том, как возместить ущерб Фаусту.
Она просила сердце королевы Катарины, но не предполагала, что оно будет захвачено до такой степени.
Растопить лед в сердце хладнокровной королевы Катарины до такой степени, что она станет желанной супругой.
Это было непредвиденно.
Это был мой недосмотр.
«Убери хрустальный шар».
«Понял».
Придворный маг, который также участвовал в создании рифленых доспехов Полидоро, накрывает хрустальный шар тканью, поднимает его обеими руками, словно драгоценность, и исчезает за дверью.
Сожаление о недосмотре не имеет смысла.
За это отвечает не только Полидоро.
Это ответственность Вальери, посланницы Анастасии и, в конечном счете, меня как королевы.
Мы несправедливо обременяли Полидоро.
Мы должны искупить вину.
Но тогда,
Кто должен стать невестой Фауста?
Если Фауст не может найти невесту в Анхальте и должен получить ее из Вирендорфа,
Этого нельзя допустить даже в смерти.
Наш народ будет опозорен, если он не сможет найти подходящую невесту для Фауста фон Полидоро, героя нашей страны, и вместо этого примет невесту из Вирендорфа, якобы достойную стать супругой Вирендорфа.
И снова это непростительно.
Это будет позором для королевства Анхальт.
«Разве это не чудесно?»
раздается сбоку голос молодой женщины, новенькой.
"Да, благодаря этому наша страна наладила мирные переговоры без каких-либо потерь. Действительно, это к лучшему".
Глупости. Что значит «без потерь»?
Это лучше, чем провал, но потери существенны.
Я уже не раз говорила: мы переложили все на Фауста.
Королевская семья взвалила на него все, несмотря на то, что он - мелкий лорд-рыцарь в 300 человек.
Любой здравомыслящий священник или лорд смотрел бы на это так.
Как нам покрыть это недоверие?
Как мы будем компенсировать Фауста впредь?
Все смотрят.
Даже личная охрана второй принцессы должна это понимать.
О чем вы говорите?
Вообще-то, кто вы...
"Лорд Фауст фон Полидоро действительно хорошо поработал. Этот некрасивый человек весьма популярен в Вирендорфе. Разве он не счастлив?"
Все присутствующие высокопоставленные дворяне-бюрократы, за исключением новоприбывшего, нахмурились.
Вот уж поистине дурочка.
Неужели родители не предупредили ее, прежде чем приехать в королевский замок за наследством?
Даже если бы ей не сказали, она должна была бы знать, что, как старшая дочь, наследует семейный титул.
Лорду Полидоро суждено стать любовником и принцессы Анастасии, и герцогини Астарты.
То, что эти двое питают к нему привязанность.
Любой неглупый человек легко поймет это.
По крайней мере, как высокопоставленный дворянин-бюрократ, вы должны знать, что вас допускают в это важнейшее помещение.
Лорду Полидоро предопределено стать любовником принцессы Анастасии и герцогини Астарты.
Обе женщины питают к нему привязанность.
Любой проницательный человек легко поймет это.
По крайней мере, как высокопоставленный дворянин-бюрократ, допущенный в столь значимое место, он должен это знать.
Однако суть дела заключается в следующем.
Зачем оскорблять лорда Полидоро, сыгравшего важнейшую роль в мирных переговорах, называя его некрасивым человеком?
Действительно, эта женщина назвала лорда Полидоро некрасивым человеком.
В самом деле, разве не ваша семья изначально вела переговоры с Вирендорфом? А вы, в свою очередь, назвали лорда Полидоро, который участвовал в мирных переговорах, некрасивым человеком.
Все в недоумении переглянулись,
"Ваши родители изначально были переговорщиками от Вирендорфа, не так ли? И вы назвали лорда Полидоро, который заменил их на мирных переговорах, некрасивым человеком".
Королева Лизенлотта улыбнулась женщине, которая назвала лорда Полидоро некрасивым человеком.
Все присутствующие вельможи почувствовали холодок страха.
Личной гвардии королевы, стоявшей у стены, даже не потребовалось королевского приказа, чтобы встать за спиной женщины.
Королевский приказ уже был выполнен, о чем свидетельствовала улыбка королевы Лизенлотты.
"Что в этом плохого? Если в обмен на этого невзрачного мужчину были заключены мирные переговоры, значит, все к лучшему. Эта мускулистая фигура, безусловно..."
"Что ты сказала? Скажи это еще раз".
Улыбка королевы Лизенлотты стала еще глубже.
Королева Лизенлотта, обычно невозмутимая, редко демонстрировала подобное выражение лица, в последний раз - когда лорд Полидоро молил о пощаде, прижавшись лбом к земле.
Старшие бюрократические вельможи поняли, что скрывается за улыбкой королевы Лизенлотты.
"Вы снова назвали его некрасивым...“.
Гнев - это выражение, которое становится отчетливым на лице только тогда, когда человек по-настоящему разгневан.
Старшие бюрократические вельможи понимали, что это самая страшная ситуация из всех возможных.
Но вот что было непонятно...
«Что, что вы делаете?»
Не понимала только новоприбывшая, чьи руки сжимали двое гвардейцев королевы, а лицо было впечатано в стол. Ее недавно сшитое по такому случаю платье теперь было забрызгано кровью из носа.
"Неужели таково нынешнее состояние нашей страны? Даже среди законной знати и высокопоставленных дворян-бюрократов новички оказываются в таком положении. Они не признают заслуг Фауста фон Полидоро, героя, спасшего нашу нацию, и презирают его только за внешность, аплодируя и смеясь над тем, что его продали в другую страну".
Улыбка королевы Лизенлотты стала еще глубже.
Гвардейцы королевы прекрасно понимали ее смысл.
Они были с ней с первой битвы шестнадцать лет назад.
Стражники еще несколько раз ударили женщину лицом о стол.
Изо рта женщины вырвался крик.
"Заставьте ее замолчать. Она раздражает".
«Да, ваше величество».
Стражница засунула ей в рот платок и продолжила бить лицом по столу.
Улыбка королевы Лизенлотты теперь была направлена на окружающих ее высокопоставленных бюрократических вельмож.
В конце концов ее взгляд остановился на лице одного дворянина.
Что это значит?
спросила королева Лизенлотта не словами, а взглядом.
Дворянин ответил, крича в душе, что это несправедливое наказание.
«Поскольку она новичок, она не понимает, что благосклонность принцессы Анастасии и герцогини Астарты направлена на лорда Полидоро».
«Непонимание - это проблема, но не единственная».
«Да, если мне не изменяет память, эта новенькая присутствует здесь потому, что ее мать была признана ответственной за провал мирных переговоров с Вирендорфом, и была проведена преемственность семейного руководства».
Должно быть, так оно и есть.
Единственная причина, по которой новоприбывшей было предоставлено место на этом важном собрании, заключалась в том, что она должна была стать свидетелем результатов переговоров, которые провалила ее мать.
"Ты рада, что Полидоро продал себя, думая: „Хорошо, это все решит“? Что за чушь?"
Во-первых, не было бы ничего странного в том, чтобы безоговорочно похвалить Полидоро и предложить награду за его службу.
Назвать его уродцем?
Она что, совсем спятила?
На сердце королевы Лизенлотты было неспокойно, вопреки ее улыбчивому лицу.
"Давайте спросим всех. Так ли сильно презрение к лорду Полидоро среди молодого поколения? Или я слишком многого жду от своих подчиненных? Неужели вы все такие дураки?"
"Нет, все не так. В моем доме дочерей учат, что лорд Полидоро - герой, спасший нашу страну от Вирендорфа. Если бы моя дочь оскорбила лорда Полидоро, я бы не обиделся на Ваше Величество, даже если бы Вы обезглавили ее на месте".
«Тогда почему возникла такая ситуация?»
Это серьезный вопрос.
Ложь и обман не пройдут.
Королева Лизенлотта улыбнулась и продолжила свои запугивания.
«Однако верно и то, что есть голоса, подобные голосу этого новоприбывшего, которые презирают его как неприглядного человека и задаются вопросом, почему такого человека называют героем».
«Это только законное дворянство?»
"Похоже на то. Все местные лорды, заключившие с Анхальтом договоры о защите земель, недовольны тем, как обращаются с лордом Полидоро..."
Лучше пусть меня не одобряют, чем такие дураки бродят у меня перед глазами.
Стражник ловит взгляд королевы.
Звук удара лицом о стол прекратился.
«Была ли ее мать компетентна?»
"Несомненно.
Она была замечательной женщиной, способной как к переговорам, так и к боевым искусствам, и сама принцесса Анастасия выбрала ее в качестве переговорщика с Вирендорфом. Это ясно из того, что она взяла на себя ответственность за неудачные мирные переговоры и осуществила преемственность семейного руководства".
"Значит, просто эта новенькая слишком глупа, чтобы понять даже слова своей матери. Я думала о том, чтобы уничтожить ее семью. Но я больше не желаю видеть ее лицо. Уведите ее".
Женщину, лицо которой окрасилось кровью из разбитого носа и которая потеряла сознание от боли, подняли два гвардейца королевы.
"Скажи им, чтобы они снова унаследовали семейное руководство. И добавь, что я больше никогда не хочу видеть лицо этой глупой женщины".
«Понятно».
Когда гвардия королевы вышла через дверь, королева Лизенлотта обратилась ко всем присутствующим, ее улыбка еще не угасла.
"Да будет еще раз известно, что лорд Полидоро - герой, спасший наш народ, и ключевая фигура в недавних мирных переговорах. Любой, кто еще раз оскорбит его, даже если он паж, может быть обезглавлен на месте".
«Понятно».
Все присутствующие дворяне вздрогнули под улыбкой королевы Лизенлотты.Действительно, никто из них не окажется таким глупцом.
Они должны позаботиться о том, чтобы не только их семьи, но и родственники были тщательно проинформированы.
Никто не захочет, чтобы его дом был разрушен по ассоциации.
«Однако, королева Лизенлотта...»
«В чем дело?»
Дворянин, один из уважаемых старейшин, повысил голос, хотя и с опаской, перед лицом улыбки королевы Лизенлотты.
"Что нам делать с наградой лорда Полидоро? Простой знак больше не удовлетворит ни лордов, ни законное дворянство, ни любого здравомыслящего человека. Больше не приемлемо сватать лорда Полидоро за дочь мелкого дворянина. Необходимо учитывать чувства самого лорда Полидоро".
«Я понимаю».
Улыбка королевы Лизенлотты исчезла.Пора было сменить тему. Первое, что пришло на ум, было...
«Вальери».
Она тихо пробормотала это имя. Это было то, что первым пришло бы в голову любому.
Заставить Вальери отказаться от прав на наследство было предопределено с самого начала.
В стане первой принцессы были группировки, которые хотели, чтобы она ушла в монастырь, но ни Анастасия, ни я этого больше не хотели. Вальери - любимая дочь, и Анастасия стала воспринимать ее именно так.
Мы планировали выделить ей небольшой домен из королевских земель, чтобы она могла спокойно доживать свои дни, надеясь, что она сможет иногда навещать своих детей.Этого должно было быть достаточно.
«Хорошая мысль».
Старший дворянин отреагировал на мои слова, поняв все. Выдать Вальери замуж за лорда Полидоро.
Пусть она начнет новую жизнь как Вальери фон Полидоро. Однако устроит ли это Анастасию и Астарту - сомнительно. Более того, это может укрепить мнение о том, что в королевскую семью пробрался дворянин низкого ранга.
Даже как любовник Анастасии и Астарты, это немного натянуто. Фауст фон Полидоро - герой Вирендорфской кампании. Поэтому я думала, что для Анастасии будет вполне приемлемо продолжать оставаться королевой с ним в качестве любовника. Но теперь, учитывая его вклад в мирные переговоры с Вирендорфом, женитьба на нем в королевской семье может оказаться слишком большой просьбой.Честно говоря, это тревожит. Прежде всего...
«Я бы не хотела так поступать с Вальери».
«Что?»
«Ничего».
Вальери - любимая дочь.
Несмотря на свою очаровательность, она часто пробиралась в постель к моему покойному мужу, Роберту, и ко мне, прижимаясь к Роберту, когда мы спали.
Я ревновала. Даже если она была очаровательна, почему она прижималась к нему, а не ко мне? А лорд Полидоро похож на Роберта. Быть отнятым у меня дважды...
"Я отказываюсь от своего заявления. Дайте мне немного подумать".
Что ж, сейчас нет необходимости принимать решение.Прежде всего, необходимо учитывать пожелания Вальери.
И пожелания Фауста тоже должны быть подтверждены.Внесение королевской крови в род, продолжающийся уже несколько поколений, и воссоединение с благородным миром, прерванное во времена покойной матери Фауста, Марианны, должны быть учтены.
Учитывая это, я не могу представить, что он откажется.
На всякий случай, на всякий случай.
С этим предлогом королева Лизенлотта отложила заключение.
http://tl.rulate.ru/book/78298/4157980
Готово:
