Глава 15. Лайте сколько влезет (5)
— Фу-ух...
Выслушав Хён Гёна, Чжэ Гон не смог сдержать тяжелый вздох.
Они сидели в офисе в Пучхоне.
Четверо писателей — Чжэ Гон, Мин Хо, Ын Ён и виновник собрания, Хён Гён, — собрались вокруг стола.
Пицца, заказанная на ужин, стояла нетронутой.
— Значит, вы хотите сказать, что пропустили сроки из-за акций?
— Да... Цена всё падает, я постоянно нервничаю... Пытаюсь не думать об этом, но не получается...
Хён Гён не смел поднять голову и бормотал что-то себе под нос.
Акции, в которые он вложил весь свой аванс, рухнули на 45%.
Ходили зловещие слухи, что компанию вот-вот исключат из листинга биржи.
Но была проблема посерьезнее.
Пытаясь спасти положение и усреднить цену покупки, он вложил ещё.
Дополнительный миллион вон, который он со слезами выпросил у своих небогатых родителей, тоже улетел в эту черную дыру.
В этом Хён Гён стыдился признаться даже сейчас.
— Ах ты ж, придурок! Сколько там того аванса было..! Ты совсем сдурел? Писал бы себе спокойно, на кой черт ты полез на биржу?!
Мин Хо отчитывал его громче обычного.
Он делал это напоказ, оглядываясь на Чжэ Гона.
В глубине души он боялся реакции своего друга.
Хён Гён продолжал жалко оправдываться:
— Мне сказали, это верняк, джекпот... А мои тексты в последнее время не очень-то заходят...
Чжэ Гон мысленно усмехнулся.
Этот парень зарабатывает в три раза больше, чем Чжэ Гон получал за свой дебют, и ещё смеет ныть.
— И расходов стало больше... Я знаю, это звучит как отговорка, но у меня была депрессия, и поэтому...
— Я понял.
Чжэ Гон резко кивнул, прерывая поток жалоб.
У него не было ни времени, ни желания выслушивать нытье бездельника.
— Мне очень жаль, писатель Ха.
— Нет, зачем вы извиняетесь передо мной? Извиняться надо перед читателями и директором.
Голос Чжэ Гона был холодным как лед.
Глядя на опущенную макушку Хён Гёна, он продолжил с фальшивой, звенящей от напряжения улыбкой:
— Играете вы на бирже или нет — мне всё равно. Это ваша личная свобода. Но если из-за акций вы не пишете то, что должны писать — это становится проблемой. Вы здесь не просто упражняетесь в письме, у вас контракт с «Raff Books».
— Да...
Чжэ Гон указал пальцем на пол.
— Это офис для писателей. Место, где авторы «Raff Books» пишут тексты по контракту. Я никогда не говорил, что вы можете использовать его для занятий домашним трейдингом.
Лицо Хён Гёна мгновенно побелело.
Мин Хо и Ын Ён, видя ледяной взгляд Чжэ Гона, не смели вставить ни слова.
Они впервые видели его таким безжалостным.
— К девяти утра завтрашнего дня предоставьте рукопись на три главы.
— Что..?
— Если не справитесь, мне очень жаль, но я буду благодарен, если вы освободите офис.
— ..?!
Глаза Хён Гёна чуть не вылезли из орбит.
Мин Хо, напротив, закрыл глаза.
Он с самого начала предчувствовал, что разговор пойдет именно в таком русле.
— Перед тем как приехать сюда, я говорил с директором. Вы постоянно откладываете, уже две недели пропусков, верно? Покажите свою искренность. Раз уж я здесь, я тоже останусь работать на ночь.
Сказав это, Чжэ Гон встал и снял куртку.
Хён Гён задрожал, словно его голым выбросили на мороз.
Чжэ Гон, которого он считал своим, вдруг стал пугающе чужим.
Сердце колотилось так, что готово было выпрыгнуть из груди.
«Выгонят..?!»
Перед лицом реальной угрозы выселения Хён Гён наконец осознал масштаб своей ошибки.
Денег почти нет, если его выгонят, идти ему некуда.
— Напиши хоть что-нибудь, парень.
— Да, Хён Гён. Восприми слова писателя Ха как стимул и постарайся.
Воспользовавшись тем, что Чжэ Гон их не слушает, Мин Хо и Ын Ён по очереди подбодрили коллегу.
Хён Гён сел за свой стол и открыл текстовый редактор.
Но ещё до того, как пальцы коснулись клавиш, из груди вырвался тяжелый вздох.
За две недели безделья он напрочь забыл детали сюжета.
В голове было пусто и темно.
Та-да-да-дак! Та-дак!
Та-дак! Та-да-дак!
Звук клавиатуры другого писателя, работающего без остановки, терзал его слух.
Все усердно трудились над своими текстами.
Хён Гён же лишь нервно теребил невидимую нить вдохновения, печатая и стирая бессмысленные фразы.
«Надо было писать, пока железо было горячо... Теперь всё остыло!»
На следующее утро, ровно в девять часов.
Чжэ Гон, проработавший всю ночь молча, встал, словно ждал этого момента.
Хён Гён сидел на своем месте, безвольно опустив голову.
— Сколько написали?
— Ну... около 3 000 знаков...
— Я просил три главы, а вы написали 3 000 знаков? Это даже не половина одной главы.
Мин Хо и Ын Ён, которые тоже не спали всю ночь, переживая за Хён Гёна, уткнулись в свои мониторы.
В душе они надеялись: «Ну не выгонит же он его прямо сейчас, правда?»
Хён Гён с отчаянием на лице поднялся. Он неуверенно подошел к Чжэ Гону и с трудом выдавил:
— Если вы дадите мне еще один день, я обещаю, к завтрашнему дню три главы...
— Дверь там.
— ...Что?
Чжэ Гон сделал глоток кофе и невозмутимо указал на выход.
— Спасибо за работу. Всего доброго.
Бросив эту короткую фразу, Чжэ Гон отвернулся от Хён Гёна и снова посмотрел на монитор.
Его пальцы уже бегали по клавиатуре, продолжая работу над фэнтези-наброском. Всем своим видом он показывал, что Хён Гён для него больше не существует.
Мин Хо, стоявший позади, осторожно попытался вступиться:
— Послушай, писатель Ха. На улице холодно, да и Хён Гёну домой пойти не вариант...
— Простите, я работаю. И обсуждать уже решенный вопрос не намерен.
Ледяной ответ Чжэ Гона оборвал Мин Хо на полуслове.
Честно говоря, если бы Хён Гён написал хотя бы одну главу, Чжэ Гон, возможно, дал бы ему еще шанс.
Но 3 000 знаков за всю ночь?
Вывод был один: его мысли витали где угодно, но не в работе.
— Большое спасибо за всё.
Хён Гён, у которого и вещей-то было немного, быстро собрался.
Мин Хо и Ын Ён, виновато оглядываясь, вышли проводить его.
Чжэ Гон так ни разу и не взглянул на уходящего.
Что посеешь, то и пожнешь.
Эта поговорка была справедлива и для писателей в офисе.
Мин Хо и Ын Ён, не терявшие усердия, постепенно налаживали свою жизнь. Когда работа не шла, они ходили в кино, а их доходы выросли настолько, что они подумывали о покупке новых компьютеров.
— Ого, Мин Хо-хён! Про писателя Ха снова статья вышла. Бестселлер!
— Серьезно? Вау, это же бестселлер «Bandi & Luni's»! Говорят, если туда попасть, продажи взлетают до небес!
Безусловно, самый большой урожай собрал Чжэ Гон.
Мён Сок сдержал слово.
Всего через 6 дней после его смелого обещания «Лето, когда мне было двадцать» заняло 9-е место в списке бестселлеров «Bandi & Luni's».
Мён Сок использовал всю мощь издательской группы «Унсон», обрушив на рынок агрессивный и разнообразный маркетинг.
Но ему этого было мало.
Он изначально не собирался довольствоваться таким уровнем. В его понимании, потенциал писателя Ха Чжэ Гона еще даже не начал раскрываться.
[Монстр-новичок Ха Чжэ Гон: на самом деле опытный ветеран?]
[Восторженные отзывы читателей на «Лето, когда мне было двадцать» — не просто шум. Весенний дождь для засушливого рынка корейских детективов...]
[«Лето, когда мне было двадцать» на 9-м месте в «Bandi & Luni's». Исключительный случай для писателя-новичка...]
Интернет-новости, соцсети, радио — все наперебой трубили об успехе Ха Чжэ Гона.
Дополнительные тиражи, напечатанные после распроданного первого, разлетались со скоростью света.
Интернет полнился жалобами пользователей, не успевших купить книгу из-за того, что она закончилась.
3-й тираж... 4-й... 5-й... 6-й...
«Лето, когда мне было двадцать» переиздавалось без остановки.
Кривая продаж стремилась вертикально вверх.
Появились даже шутливые новости о том, что скорость продаж превышает скорость печати.
Ранняя весна, когда даже последние заморозки отступили.
Чжэ Гон, как обычно, писал в своей однокомнатной квартире.
Отдыхать, не сочиняя, было для него мукой. Он просто не мог сидеть сложа руки, если не писал хоть что-то.
— Мяу.
Рика, смотревшая в окно, спрыгнула на стол рядом с ноутбуком.
Она потрогала лапкой руку Чжэ Гона, стучащую по клавишам.
Не дождавшись реакции, она начала лизать его щеку своим шершавым языком.
— Ну не надо. Чего ты опять?
— Мяу, мяу...
— Хочешь на улицу? Что ты за кошка такая, любишь гулять как собака?
Чжэ Гон перестал печатать и, поглаживая Рику, задал риторический вопрос.
Вдруг он вспомнил о могиле своего наставника, которую давно не навещал. Это была главная причина, почему он не хотел уезжать из этого района.
— Точно, давно я у сонбэнима не был. Надо сходить прибраться.
Чжэ Гон взял садовые ножницы и другие инструменты, обулся. Уже в дверях ему позвонил Мён Сок.
— Да, господин главный редактор.
— Здравствуйте, господин Ха. Вы уже пообедали?
— Собираюсь перекусить после того, как закончу одно дело.
— Ха-ха-ха, вот как. Понятно.
Мён Сок рассмеялся в самом начале разговора, хотя ничего смешного сказано не было.
Зная его, Чжэ Гон интуитивно почувствовал: случилось что-то хорошее.
— Господин Ха, у меня отличные новости.
— Моя проницательность растет.
— А? Проницательность?
— Ваш голос звучит так бодро. Я сразу подумал, что вы звоните с хорошими вестями.
— А-ха-ха, да. Вы правы. Это действительно замечательная новость. Не удивляйтесь, господин Ха. За один месяц «Лето, когда мне было двадцать» разошлось тиражом в 200 тысяч экземпляров.
— Сколько? 200 тысяч?
Чжэ Гон замер посреди лестницы.
Он знал от Мён Сока, что книгу постоянно допечатывают.
Но в душе он рассчитывал максимум на 100 тысяч.
Он просто не осознавал всей мощи машины под названием «Издательская группа Унсон».
— Да, 200 тысяч. Если в первый месяц продано 200 тысяч, можно смело рассчитывать на миллион. Это всё благодаря вашему выдающемуся тексту. Хотел поздравить и поблагодарить вас.
— Нет... это... это...
От волнения и радости, бурлящих в груди подобно весне, Чжэ Гон с трудом подбирал слова.
— Это благодаря вашей всесторонней поддержке, господин главный редактор. Это я должен вас благодарить.
— В будущем вас ждет еще много сюрпризов. Не буду забегать вперед, чтобы не тревожить вас раньше времени. Дам только намек: речь о продаже прав на вторичное использование.
— А-а... Понял.
Чжэ Гон сразу понял намек и беззвучно улыбнулся.
Из всех его работ только «Хроники современного повелителя» получили адаптацию в виде вебтуна.
В какой же форме возродится «Лето, когда мне было двадцать»?
Может быть, снимут дораму или фильм, который он сможет посмотреть вместе с семьей?
— Тогда я свяжусь с вами позже. Приятного обеда, господин Ха.
— Да, и вам приятного аппетита, господин главный редактор.
Поговорив ещё немного, Чжэ Гон убрал телефон.
Перед ним уже была могила Со Гон У. Благодаря регулярному уходу она выглядела опрятно.
— Весна пришла, сонбэним. Тепло, правда?
Чжэ Гон опустил Рику на землю и поздоровался с великим наставником. Теплые солнечные лучи заливали всё вокруг.
http://tl.rulate.ru/book/776/8969792
Готово:
