Глава 264: Взмах Длани, Рождающий Бурю
Бах!
В конференц-зале Замка Львиного Рыка появился еще один гроб.
Стражник, несший гроб, громко доложил: — Юный господин Джойс, мы обнаружили этот труп в комнате дворецкого Деррингтона.
Виконт Вальра подошел, осмотрел тело и печально произнес: — Да, это действительно останки моего отца!
— Подстроено! Это всё подстроено! — резко вскричал Джойс, его юное лицо было искажено гневом и страхом. — Вы подставили дворецкого!
Наблюдая за потерей самообладания Джойса, Колин едва заметно улыбнулся и сказал: — Юный господин Джойс, нельзя очернять порядочного рыцаря без доказательств.
Рыцарь Луис также немедленно выступил вперед, чтобы спросить: — Если дворецкий Деррингтон действительно замыслил убийство графа Умана, зачем ему было специально прятать тело в собственной комнате?
Колин, казалось, был готов к этому и спокойно объяснил: — Потому что он хотел найти что-то на теле графа Умана.
— Что?
— Завещание Герцога Сент-Хильде!
— Завещание?!
Все в один голос воскликнули от удивления.
Рыцарь Луис тоже посмотрел на Колина с сомнением, его разум метался от различных мыслей, и на мгновение он не осмеливался говорить.
— Герцог Сент-Хильде оставил завещание? — Архиепископ Агани, казалось, впервые узнала о существовании этого завещания, пристально глядя на Колина, не мигая.
— Конечно. — Колин жестом показал виконту Вальре объяснить.
Виконт Вальра тут же вынул свиток пергамента и торжественно произнес:
— Я только что нашел это завещание в комнате своего отца. Именно это завещание и привело к смерти моего отца!
С этими словами виконт Вальра передал завещание Архиепископу Агани и почтительно сказал: — Ваше Преосвященство, прошу, прочтите завещание Герцога.
Архиепископ Агани взяла пергаментный свиток, внешне сохраняя спокойствие, но внутри нее уже бушевала буря.
Даже не глядя на содержание завещания, она могла догадаться, что там было написано.
Учитывая уверенное поведение Колина и Вальры, завещание, должно быть, назвало Веру наследницей!
Более того, столь просчитанное выступление Колина и Вальры только что заставило Архиепископа Агани осознать жестокий факт —
Клан Уман перешел на сторону Веры!
Это был самый смертоносный ход!
Смена верности клана Уман также означала, что линия Джойса полностью потеряла контроль над Городом Винтерфелл.
С верным Легионом Золотого Льва за пределами города, даже если Городская стража все еще была в руках линии Джойса, они уже не могли вызвать никаких волнений.
Вот почему Колин осмелился публично убить дворецкого Деррингтона и нагло подставить его.
Обладание абсолютной властью также означало право на слово.
Это как страна, которая может объявить, что у другой есть оружие массового поражения, опираясь лишь на тюбик стирального порошка.
Ключевым фактором является не подлинность доказательств, а наличие силы, чтобы заставить замолчать тех, кто сомневается.
Теперь Колин обладал этой силой.
Архиепископ Агани почувствовала тяжелый груз на сердце, осознав, что ей необходимо сделать новый выбор.
Она медленно развернула пергамент и под ожидающим взглядом всех присутствующих открыла свои красные губы и прочла вслух:
— «Я, Сайрус Сент-Хильде, носящий титул 17-го Северного Герцога, назначаю Веру Сент-Хильде Маркизой Севера. После моей смерти она унаследует титул Герцога Севера, примет под свой контроль Северную Территорию и продолжит славу Сент-Хильде…»
— Невозможно! Не может быть! — снова раздался резкий, еще детский голос Джойса.
Исчезла гордость торжествующего юноши; всё, что осталось, — бесконечный ужас и гнев.
— Я не верю! Я первый наследник моего отца! Как мог отец позволить Вере унаследовать герцогство? Покажите мне, я хочу посмотреть!
Джойс протянул дрожащую руку, требуя лично увидеть завещание.
Но Архиепископ Агани проигнорировала его просьбу, лишь сказав: — Это несомненно почерк Герцога Сент-Хильде, и печать тоже подлинная.
Это означало, что Церковь признает законность этого завещания!
Колин едва заметно улыбнулся, восхищаясь искусным умением Архиепископа лавировать.
Впрочем, ее чутье на подходящий момент также избавило его от многих хлопот.
— Отдайте мне, я хочу посмотреть! — Джойс продолжал препираться.
Однако Архиепископ Агани, казалось, вовсе не слышала его просьбы, вернув завещание Виконту Вальре после того, как убедилась в его сохранности.
Виконт Вальра не обратил на Джойса никакого внимания, он просто надежно спрятал завещание при себе.
Джойса полностью проигнорировали.
— Вы… вы… — Лицо маленького мальчика побагровело, его тело задрожало, а глаза наполнились невыразимым ужасом.
Этот юный ребенок преждевременно познавал горечь мирового равнодушия.
Но в этот момент ни у кого в комнате не было времени заботиться о психическом состоянии сопляка, особенно после того, как сопляк потерял ауру наследника Герцога.
Виконт Вальра продолжил объяснять: — Мой отец рассказал мне, что когда он прибыл в Город Винтерфелл три дня назад, дворецкий Деррингтон подошел к нему и показал это завещание.
Однако в тот момент дворецкий не собирался ему следовать, а хотел полностью уничтожить и сделать юного господина Джойса наследником!
Поэтому мой отец ложно согласился помочь дворецкому уничтожить завещание, но на самом деле подменил его и спрятал настоящее.
Рыцарь Луис присутствовал в тот момент, он может это подтвердить.
Все взгляды резко устремились на рыцаря Луиса.
В этот момент Луис понял, что инициатива была утрачена, предательство клана Уман сделало наследование Джойса невозможным.
Более того, завещание даже не было уничтожено.
В этот момент рыцарь Луис даже усомнился, не играл ли граф Уман всё это время на два фронта.
Действительно ли клан Уман всегда поддерживал Веру?
Его всё это время обманывали?
Рыцарь Луис погрузился в глубокий шок и замешательство, поколебавшись мгновение, прежде чем наконец кивнуть в знак согласия с правдивостью сказанного, когда столкнулся с вопросом виконта Вальры.
Получив подтверждение рыцаря Луиса, виконт Вальра стал еще увереннее и продолжил:
— В тот момент, когда мой отец увидел завещание Герцога, он решил поддержать мисс Веру, но дворецкий Деррингтон настаивал на продвижении юного господина Джойса и заявил, что объединил все силы в городе, вынуждая моего отца присоединиться к ним.
Не имея выбора, мой отец мог лишь притвориться, что согласен.
Но когда виконт Энглер прибыл от имени мисс Веры, мой отец немедленно вступил в союз с ним, желая вывести армию клана из города, чтобы сражаться против повстанческой армии вместе с Легионом Золотого Льва!
Но дворецкий Деррингтон расценил этот поступок как предательство, тайно связался с Гномами и нанял убийцу, чтобы жестоко убить моего отца.
После убийства моего отца Деррингтон хотел найти завещание при теле моего отца, поэтому убийца оставил тело моего отца и отнес его голову обратно в Замок Львиного Рыка, чтобы доложить.
Но чего они не знали, так это того, что мой отец всегда хранил завещание в своей комнате.
Выслушав историю виконта Вальры, все в комнате погрузились в молчание.
Все обстоятельства, касающиеся смерти графа Умана, казалось, имели разумное объяснение, но было ли это правдой, уже не имело такого значения.
Все они понимали, что история, рассказанная виконтом Вальрой, была не более чем высокопарным предлогом, а действительно важной была сокрушительная военная мощь фракции Веры.
Таким образом, когда виконт Вальра решил склониться на сторону Веры, ситуация в Винтерфелле уже была предрешена.
Дворецкий Деррингтон должен был быть предателем, не из-за «правды», рассказанной виконтом Вальрой, а из-за армии клана Уман и Легиона Золотого Льва за пределами города.
Колин праведно прочистил горло и сказал: — Дворецкий Деррингтон вступил в сговор с повстанческой армией и участвовал в заговоре с целью убийства графа Умана, его преступление должно быть наказано!
Есть ли у кого-нибудь возражения?
Его взгляд скользнул по каждому из их лиц.
Джойс уже потерял рассудок от такого тяжелого удара, стоял без движения, словно бездушная оболочка.
Рыцарь Луис опустил голову и думал лишь о том, как спасти себя.
Рыцарь Честер, как всегда, оставался нейтральным и молчаливым.
Что касается Архиепископа Агани, когда ее глаза встретились с глазами Колина, она ярко улыбнулась и кивнула:
— Дворецкий Деррингтон действительно заслуживает наказания, виконт Энглер, я полностью одобряю ваше решение!
Колин тоже удовлетворенно улыбнулся: — Ваше одобрение, Архиепископ, для меня большая честь. Однако, я надеюсь, вы сможете найти кого-нибудь для ремонта церкви, чтобы предотвратить повторение инцидентов, подобных случаю с рыцарем Томасом.
Это означало, что он признал, что Томас действительно погиб из-за обрушившейся церкви, что было жестом признательности Колина за смену позиции Агани.
Агани уловила намек Колина, ее улыбка стала еще ярче.
Благодарность Колина дала ей понять, что он был готов к сотрудничеству.
Имея это в виду, назначение Веры Герцогиней не было чем-то неприемлемым.
— Будьте уверены, виконт Энглер, мы укрепим церковь, чтобы подобные происшествия не повторялись.
А теперь, давайте как можно скорее поприветствуем мисс Веру в Винтерфелле.
— Как пожелаете!
http://tl.rulate.ru/book/76735/8933446
Готово:
