— Но после двух операций я полностью выздоровел. Лишь иногда, при смене погоды или в холод, голова побаливает.
Но это не проблема. Я здоров. Если ты захочешь, я смогу провести с тобой каждый день моей жизни. Если не веришь — можешь запросить мои медицинские данные в Чжаньишу. Раз меня оставили в спецотряде, назначили инструктором и начальником управления, значит, я в порядке.
— ...
Чи Ян говорил сухо, почти по-военному, и Нуаньнуань едва сдерживала улыбку.
Неужели он думал, что она станет его отвергать?
— Нуаньнуань, со мной всё в порядке. Пожалуйста, не разочаровывайся во мне из-за этого.
Он не мог допустить, чтобы её едва зародившаяся симпатия испарилась из-за его болезни.
Если бы она никогда не ответила ему взаимностью, он бы просто продолжал добиваться её, стараясь завоевать её сердце.
Но он не вынесет, если, уже получив её согласие, потеряет её из-за таких мелочей.
В Чжаньишу полно историй, когда женщины бросали мужчин из-за боевых ранений или увечий.
Он боялся, что и его постигнет та же участь.
Слова Чи Яна сжали её сердце.
Этот человек, словно божество, в её присутствии превращался в смиренного, робкого слугу, лишь бы она не говорила о расставании. Шесть лет он охранял её, не прося ничего взамен.
Отстегнув ремень безопасности, Чжун Нуаньнуань наклонилась вперёд, крепко обхватив руками Чи Яна и прижавшись лицом к его груди. Она чувствовала исходящее от него тепло и слышала сильное, ровное сердцебиение, что помогло ей успокоиться, и она твёрдо пообещала:
— Не́т! Я не стану тебя стыдиться! Каким бы ты ни стал, чем бы ни болел, я никогда не отвернусь от тебя! Я просто переживала за тебя, беспокоилась и хотела быть рядом, чтобы помочь тебе справиться с болезнью.
Эти слова заставили Чи Яна вздрогнуть.
Она не видела его лица, уткнувшись в грудь, но на обычно холодном, как лёд, лице появилась улыбка, невероятно красивая, напоминающая ручей, рождённый от таяния вековых ледников под лучами солнца, чистую, светлую и прекрасную.
В этот момент он был похож на духа, вобравшего в себя всю силу природы, смягчившего свою суровость и окутанного мягким, благородным сиянием.
Нуаньнуань почувствовала, как сжимается её сердце от боли, потому что жалела, что так рано затронула болезненную для Чи Яна тему, заставив его обнажить перед ней свою уязвимость.
Она поторопилась, ведь его болезнь должна была выйти из-под контроля только через шесть лет, а сейчас всё только начиналось.
Впереди было ещё шесть лет, за которые она могла постепенно помочь ему открыться, и когда он полностью доверится ей, станет считать её частью себя, тогда они вместе займутся лечением.
Определившись с мыслями, Нуаньнуань сказала:
— Я спросила, потому что увидела, как тебе сложно управлять рулём, и испугалась, что тебе плохо. Если что-то заболит, сразу говори мне, хорошо?
Чи Ян погладил её по голове, и в его глазах появилась нежность.
— Хорошо, — ответил он и, словно боясь, что она не поверит, добавил. — Я врезался не из-за болезни. Просто ты неожиданно взяла меня за руку, я растерялся, отвлёкся, вот и не справился с управлением. Больше так не будет.
— Мы всегда будем вместе, так что постарайся не отвлекаться.
— Хорошо. Нуаньнуань, прости, что напугал тебя.
Она тут же замотала головой:
— Я не испугалась, просто волновалась за тебя.
Получив ответ на свой вопрос, она вспомнила, что Чи Ян тоже хотел что-то сказать, и приподнялась с его груди.
— Ты собирался мне что-то сказать, помнишь?
— М-м?
Ощутив пустоту вместо её тепла, Чи Ян растерялся и не сразу понял, о чём речь.
— Мы начали говорить одновременно, и ты позволил мне первой задать вопрос. А что хотел сказать ты?
— Я хотел спросить, как зовут ту надзирательницу, что издевалась над тобой в тюрьме. Кроме этих десяти часов покаяния, она ещё что-то делала? Замечала ли ты, чтобы другие заключённые были с ней в хороших отношениях?
Разве мог Чи Ян позволить, чтобы его женщину обижали безнаказанно? Он обязательно разберётся с этой тварью.
Нуаньнуань уже собиралась ответить, как вдруг раздался стук в окно.
— Тук-тук!
Чи Ян недовольно обернулся, бросив ледяной взгляд на нарушителя спокойствия, и, увидев, что это сотрудник ДПС, приоткрыл окно на пару сантиметров.
Полицейский, прибывший по вызову, был возмущён, потому что перед ним стоял Land Rover, врезавшийся в столетнее дерево, да ещё и при движении по встречной полосе.
Он подумал, что за идиот должен быть за рулём, чтобы умудриться выехать на встречку и врезаться в дерево.
Он уже собирался разгневаться и отчитать виновника аварии, как вдруг в его глазах мелькнул ледяной, словно острый клинок, холодный блеск, от которого по спине пробежала дрожь.
В тот миг, когда взгляды их встретились, сотрудник ДПС почувствовал, как его пронзил этот леденящий взор.
Очнувшись, он тут же устыдился своей трусости, ведь это не он нарушил правила дорожного движения.
Не он выехал на встречную полосу и врезался в дерево.
Почему это он, полицейский, ещё даже не начал разбор полётов, а его уже запугивает виновник ДТП?
Если все нарушители будут такими агрессивными, как тогда сотрудники ДПС смогут поддерживать порядок и наказывать тех, кто игнорирует ПДД?
Собрав волю в кулак, инспектор выпрямился и властно скомандовал:
— Выходите, дыхните!
По лицу этого мужчины сразу видно, что он опытный водитель.
Раз уж такой ас умудрился так искривлённо поставить машину, кто поверит, что он не пьян?
Чжун Нуаньнуань, увидев, как её «демон» напугал инспектора, почувствовала неловкость и, высунув из окна свою голову с пучком, искренне извинилась:
— Товарищ инспектор, простите, пожалуйста. Я отвлекла его разговором, из-за чего он потерял концентрацию и случайно свернул с дороги, врезавшись в дерево. Мы не употребляли алкоголь.
Инспектор сквозь узкую щель открытого окна разглядел Чжун Нуаньнуань, которая была одной из тех редких женщин, чья красота сочетает в себе утончённость и лёгкую, но соблазнительную грацию.
Её внешность производила сильное впечатление, обладая почти агрессивной притягательностью, отчего молодой инспектор замер, уставившись на неё, не в силах отвести взгляд или вымолвить слово.
Хотя на лице Чжун Нуаньнуань не было ни капли косметики, полицейскому показалось, что она куда прекраснее любой телезвезды.
Похоже, это самая красивая женщина, которую он когда-либо видел.
Чи Ян, заметив, как кто-то осмелился вожделенно разглядывать его жену, мгновенно превратился в разъярённого льва, защищающего свою территорию.
Инспектор даже не успел опомниться, как Чи Ян резко распахнул дверь со звуком «бах!», и стоящий рядом полицейский, застигнутый врасплох такой грубостью, получил дверью по руке, пошатнулся и едва не рухнул на землю.
http://tl.rulate.ru/book/76357/7478252
