Жарко.
Она выкрутила воду на самый минимум, но это не помогло унять внутренний огонь.
Ши Му закрыла глаза, с трудом издавая тихие сдавленные стоны.
В голове снова раздался тот голос: [Ты можешь выйти и взять всех троих, и тогда мы станем непобедимы… Подумай…]
— Заткнись, ладно? — Ши Му нахмурилась, с ненавистью ругая несуразную мэй-гу.
Странно было то, что она вообще не понимала, откуда взялось это желание. По идее, мэй-гу все еще сдерживался чаньтэн-гу, и ей еще не исполнилось восемнадцати, так почему же…
— Ши Му, ты в порядке?
Послышался стук в дверь.
Ши Му смахнула капли воды с лица и впопыхах натянула висящий рядом поддельный член.
— Все нормально.
Едва открыв рот, она поспешно замолчала. Ее голос стал хриплым и слащавым, словно у похотливого мужика, принявшего возбуждающее. Слушать это было противно.
Фу Юньшэнь за дверью потер переносицу и тихо вздохнул:
— Чжоу Чжи сварил для тебя олений пенис. Открой, я кое-что передам.
«…»
Олений пенис???
Ши Му была в настоящем шоке.
Вот почему ей так не по себе, оказывается… она незаметно для себя выпила суп с оленьим пенисом!
Олений пенис усиливает мужскую силу, и в принципе на женщин он не должен так сильно действовать, но проблема в том… что у Ши Му тело мэй-гу, ее желание примерно в три раза сильнее, чем у обычной женщины. Выпитый тонизирующий суп с оленьим пенисом стимулировал мэй-гу, и, естественно, с ней творилось неладное.
В ярости Ши Му стукнула по двери:
— Передай Чжоу Чжи: пусть снимает штаны и ждет!
Услышав это, Чжоу Чжи вздрогнул и тут же прыгнул на кровать к Ся Ханъи. Теперь он смотрел на Ся Ханъи особенно благосклонно, вцепился в него, как осьминог, и зачастил:
— Я назову тебя братом! Если эти двое на меня набросятся, ты должен помочь!
В его голосе звучали умоляющие нотки.
Ся Ханъи кивнул:
— Не волнуйся, я вызову для тебя скорую.
«?..»
Не сразу и разглядишь, что он тоже скотина!
В сердце Чжоу Чжи поселилось отчаяние, он схватил свое одеяло, скатился с кровати, распахнул дверь и выскользнул из комнаты, решив перекантоваться у подчиненного. Главное — пережить эту переломную ночь.
Глядя на убегающую спину, Фу Юньшэнь пренебрежительно бросил:
— Бесполезный.
Ся Ханъи незаметно улыбнулся.
Опустив глаза, Фу Юньшэнь снова постучал:
— Открывай.
— Я моюсь! — рявкнула Ши Му, в панике разыскивая полотенце. — Зачем ты лезешь?
— А как сам думаешь?
Помедлив, Ши Му сказала:
— П-помочь братану разок получить удовольствие?
«…»
— Бля, Ши Му, у тебя в голове одни только пошлости.
Ши Му хихикнула:
— Оставь у двери. Вдруг мой большой хер заставит тебя почувствовать себя неполноценным?
Фу Юньшэнь стиснул зубы, с трудом сдержав порыв пнуть дверь и избить Ши Му. Оставив вещи у двери, он развернулся, лег на кровать и повернулся спиной к душевой.
Почувствовав, что снаружи никого нет, Ши Му осторожно приоткрыла дверь и протянула руку, чтобы подцепить оставленное. Увидев содержимое, она остолбенела.
Розовая насадка для удовлетворения и… крем для рук и бальзам «Звездочка».
Назначение крема для рук она понимала — просто для смазки. Но зачем «Звездочка»?! Чтобы комары не кусали?
— Фу Юньшэнь, черт бы тебя побрал, зачем ты мне это суешь!
Она была вне себя, а Фу Юньшэнь улыбнулся и с насмешкой ответил:
— Даже в одиночку нужно добавить остроты, разве нет?
Остроты твоей мачехе, тварь!!!
Ши Му скрипела зубами от ярости.
Возникал вопрос: подходило ли это орудие для подделки на ней? Подходило? Подходило! Подходило на хуй! Подходило для поддельного хуя!!!
Внутри было очень неприятно, до изнеможения, но, если не издавать никаких звуков, Фу Юньшэнь наверняка заподозрит неладное.
Оказаться между молотом и наковальней, попасть из огня да в полымя.
Ши Му всхлипнула, закрыла глаза, решилась и ловко использовала пять сестричек для самоудовлетворения.
Все-таки она девушка, и такое дело нужно делать поскромнее. Ши Му включила воду на полную, приглушив звуки, и через некоторое время наступило облегчение.
[Бесполезная…]
Мэй-гу прозвучала несколько презрительно.
Ши Му холодно бросила всего одно слово: «Катись».
Чаньтэн-гу, к ее удивлению, присоединился к мэй-гу: [Позор.]
Ши Му снова холодно бросила: «Катись».
Она провела рукой по взъерошенным волосам, задумчиво глядя на розовую насадку (искусственную вагину). Подумав, она взяла поддельный член, выдавила на него крем для рук и воткнула в насадку.
Ши Му выключила воду и громко закричала:
— Айя~! Ой-ей~! Ой-ей-ей!
Боясь, что те двое снаружи не услышат, она орала как можно громче и сладострастнее.
Ся Ханъи, парень из деревни, никогда не видел такого. От перевозбуждения его лицо покраснело, и он, запинаясь, заговорил:
— Вы, г-городские, всегда так… развлекаетесь?
Фу Юньшэнь, хоть и был крут, все же оставался невинным юношей, его уши тоже покраснели:
— Только он один такой… городской.
Бля, опозорил всех городских.
*Щелк*
Дверь открылась.
Ши Му была в пижаме, лицо слегка порозовело, глаза сияли, уголки губ приподняты, полна энергии.
*Хлясть!*
Ши Му швырнула вымытый и «использованный» девайс в Фу Юньшэня:
— Спасибо, бро.
На нем еще были капли воды, Фу Юньшэнь с отвращением отшвырнул его ногой и рявкнул на нее:
— Не кидай на мою кровать!
— Хи-хи-хи, тебе стало стыдно!
Ши Му подняла насадку, запрыгнула на кровать и воспользовалась моментом, чтобы прижать его сверху. Та штука оказался в пяти сантиметрах от его лица.
— Назови меня папочкой, иначе я заставлю и тебя попробовать.
Ши Му почувствовала, что она просто маленькая хитрюга. У Фу Юньшэня такая сильная брезгливость, он точно покорится этой штуке.
Его подбородок напрягся, и он выдавил:
— Слезай.
— Не буду, назовешь меня папочкой — тогда слезу.
Он рассмеялся от ярости, его тон стал спокойнее:
— Точно не слезешь?
У Ши Му мурашки побежали по спине от этого взгляда, но она продолжила гнуть свою линию:
— Н-не слезу, это вы виноваты, что я съел эту дрянь. Если не назовешь меня папочкой, я ткну тебе этим в лицо, попробуй.
С этими словами она сжала насадку.
http://tl.rulate.ru/book/74365/4332105
Готово:
Не её, а его.