Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2301: «Меж быстрым и медленным – я непобедим!»

— Вечный путь? Я тоже так умею!

Слова Линь Юня заставили многих замереть, не сводя с него глаз. Только что они состязались в мастерстве владения громом, и Линь Юнь вынудил противника раскрыть силу полушага к святому лорду и прибегнуть к магии пространства. Никто не ожидал, что у Линь Юня припасен такой же козырь.

Лицо божественного сына Тяньлинь тут же потемнело. Он стоял, заложив руки за спину, на фоне сияющего цветка Великого Дао, воплощая собой холодное величие. Кто бы мог подумать, что человек, которого он так презирал, тоже постиг вечный путь.

Вдалеке Юэ Вэйвэй зажмурилась на мгновение, а затем открыла глаза, в которых вспыхнул восторженный блеск. С улыбкой она смотрела на своего возлюбленного. Сюн Тяньнань же лишь качал головой: «Никто не умеет так эффектно пустить пыль в глаза, как Линь Юнь. Вечный путь? Я тоже умею! Вот ведь позер, сейчас Тяньлинь от злости лопнет».

На Верховном Троне Ло Тяньси позволил себе легкую улыбку, и тень недовольства сошла с его лица. Молодежь, конечно, заносчива – взять хотя бы то, как этот парень прилюдно ударил в грязь лицом Священную академию, – но если за этой дерзостью стоит истинная сила, то такие мелочи можно и простить.

— Что ж, тогда я посмотрю на твое Священное Дао Великого Предела! — Тяньлинь мрачно взмахнул рукой. За его спиной Древо Вечной Зелени вновь пошло в бурный рост, источая мощные потоки жизненной силы. В вышине божественная тень пробила небесный свод и протянула руку, призывая обратно кровавое копье.

Вж-жих! Копье задрожало и, вырвавшись из земли, устремилось к призрачному великану. Божественное величие готовилось обрушиться вновь.

— Опять этот прием? — Губы Линь Юня скривились в холодной усмешке, а в глазах сверкнул ледяной блеск.

— И что с того? — Тяньлинь вскинул бровь, исполненный надменности. — Я – божественный сын, и если я использую божественную мощь, тебе остается лишь смириться. В моих жилах течет божественная кровь, и если тебе это не нравится – терпи молча.

Линь Юнь лишь хмыкнул:

— Я уничтожу это одним взмахом руки.

Неужели тот всерьез думал, что у него нет способа справиться с этой жалкой уловкой? Раньше, состязаясь в Дао Грома, Линь Юнь не желал прибегать к иным методам, но теперь маски были сброшены.

Свист! Он разжал пальцы, и Погребение Цветов, подобно Мгновению Испуганного Лебедя, вонзился прямо в крону Древа Вечной Зелени. Божественная тень в небесах издала жалобный крик и начала рассыпаться прахом, а рост древа заметно замедлился. В считанные мгновения так называемая божественная тень, божественное величие и наследие божественной крови обратились в ничто. Линь Юнь действительно уничтожил всё это одним движением, легко и непринужденно.

Тяньлинь мельком взглянул на это, и его лицо исказилось от ярости. Он едва не заскрежетал зубами: и вправду уничтожил! Он снова посмотрел на Линь Юня. Тот улыбался, и его благородный облик был подобен теплому весеннему ветру. Но для Тяньлинь эта улыбка была невыносима – ему хотелось стереть ее с этого лица.

— Я раздавлю тебя! — Тяньлинь сорвался с места. Он мелькнул в пустоте и мгновенно оказался перед Линь Юнем.

Треск! Это было истинное пространственное перемещение. В момент его появления звук разрываемого пространства громом разнесся по округе. Грохот! Цветок Великого Дао Пространства едва заметно повернулся, и весь Божественный Помост Пустоши неистово содрогнулся, словно рушились сами небеса. Тяньлинь нанес удар ладонью, и эта сокрушительная мощь обрушилась на врага, заставляя пространство вокруг Линь Юня бешено искажаться. Эти завихрения были способны не только сковать движения, но и разорвать человека в клочья.

Линь Юнь, не выказывая страха, сделал шаг вперед. Возникла великолепная Схема Пламени Инь-Ян и Великого Предела, и он нанес удар кулаком. Это движение было очень, очень медленным – настолько, что каждый мог рассмотреть малейшую деталь. Но в тот миг, когда кулак устремился вперед, взгляды зрителей застыли, а мир словно замедлил свой бег. Ужасающая мощь небесного обвала затормозилась, не в силах причинить Линь Юню вреда.

— Великий Предел! — Практики были потрясены. Это был первый раз на пиршестве, когда кто-то явил Священное Дао Великого Предела. В этот момент люди словно очнулись от сна, осознав, насколько недооценивали молодого господина Цзанхуа. Первое место в девятом зале вовсе не было пустяком. Он занял его лишь потому, что именно там и находился.

Бам! Бам! Бам! Линь Юнь и божественный сын Тяньлинь сошлись в яростной схватке. Один был настолько быстр, что за ним невозможно было уследить, а его сила заставляла пространство содрогаться. Другой же был пугающе медленным – медленнее падающего листа. Но именно эта неспешность позволяла идеально воплощать Священное Дао Великого Предела: с каждым ударом под его ногами медленно вращались две рыбы Инь-Ян. В этом танце небо и земля двигались вместе с ним, а внутри него копилась чудовищная мощь. В его жилах бурлила, словно вулкан, божественная кровь Лазурного Дракона. На него нисходило верховное величие из глубин космоса; за небесным сводом смутно проступил верховный звездный облик Врожденного Лазурного Дракона.

Каким бы хаотичным и искаженным ни становилось пространство вокруг, Линь Юнь бил медленным по быстрому. Каждое столкновение было яростной битвой двух вечных путей. Грохот! Это зрелище было настолько захватывающим, что люди забывали обо всем на свете. Цветы Великого Дао, символизирующие Тайцзи и Пространство, непрестанно вращались, источая ослепительное, вечное сияние, а видения вокруг напоминали рождение новых миров.

Тяньлинь был слишком быстр для глаз, но в Линь Юне каждый чувствовал ужасающую мощь, которая копилась в его ударах – она зрела, рокотала и рвалась наружу, сдерживаемая до поры.

— Плохо дело, Тяньлинь сейчас несдобровать, — лидеры других залов разом переменились в лицах.

Едва эти слова сорвались с губ, как Линь Юнь резко взмахнул рукой, и Погребение Цветов вылетел из кроны Древа Вечной Зелени. Линь Юнь перестал бить кулаками – он начал танец меча.

Грохот! Вся накопленная мощь вырвалась наружу. Его меч стал запредельно быстрым, создавая разительный контраст с прежней медлительностью. Меж быстрым и медленным мир начал вращаться вспять под ударами клинка; необъятное пространство затягивало в этот вихрь, и мечный свет мял его, словно воск. Все затаили дыхание!

Это было пугающее, немыслимое зрелище. Тяньлинь был вынужден явить свой облик, в то время как меч Линь Юня стал неразличим – лишь размытые тени света. Всё поменялось местами! Теперь Линь Юнь был быстрым, а Тяньлинь – медленным, но тот стал таким против воли: мечный свет и искаженное пространство сковали его, лишив возможности мгновенно перемещаться. Без подавления со стороны Погребения Цветов божественное величие Тяньлинь вспыхнуло вновь, божественная кровь запылала. Но было поздно! Под этим градом ударов всё было измолото в пыль. Быстрота и мощь этой техники заставляли сердца леденеть от страха. Вся сдерживаемая прежде боль, гнев и ярость выплеснулись стократ и тысячекратно. Меч, подобно божественному свету, мог разрубить богов в небесах и драконов в пучине.

— Как быстро! — Практики смотрели, разинув рты. Мощь меча Линь Юня неистовствовала, Дао Великого Предела идеально вплеталось в каждое движение, а цветок Великого Дао сиял всё ярче, пока не стал ослепительным, словно солнце.

Топ-топ-топ! Тяньлинь отступал шаг за шагом. Он применял одну тайную технику горы Килина за другой: обрушивал небосвод, превращал гром в драконов – его приемам не было конца. Но всё впустую! После того как Линь Юнь перешел в наступление, его клинок сметал всё на своем пути, а великое величие продолжало нарастать. Тяньлинь понял, что дело плохо. Его руки замелькали, святая эссенция мира пришла в движение – он довел свою культивацию полушага к святому лорду до предела. В этот миг он хотел за счет огромного преимущества в силе переломить ход битвы. Он действовал хладнокровно, зная свои сильные стороны.

Но как раз в тот момент, когда его сила достигла пика и готова была взорваться, меч Линь Юня внезапно замедлился, а вместе с ним замедлилось и пространство вокруг Тяньлинь. Величие святого лорда, которое должно было вот-вот вырваться, было подавлено в зародыше и развеялось без следа. Тяньлинь едва не выплюнул кровь от ярости! Люди с горы Килина побледнели: Линь Юнь действовал слишком коварно, он с самого начала ждал этого момента, играя противником как марионеткой.

— Пока сияет луна, секта Меча пребудет вовеки! — Линь Юнь развернулся в воздухе, и обстановка вокруг вновь ускорилась. Он нанес колющий удар. Пик мастерства техники меча Великого Предела был вложен в этот выпад.

Бам! Искаженное пространство на Божественном Помосте Пустоши было буквально выправлено мощью этого удара. Меч летел вперед, и ничто не могло его остановить. Свечение на Тяньлинь начало гаснуть, один защитный слой за другим разлетался вдребезги, пока, наконец, не осыпался лепестками даже цветок Великого Дао Пространства. Плюх! Тяньлинь отлетел прочь, но мощь меча не утихла: одним порывом она в щепки разнесла Древо Вечной Зелени.

Все штормы улеглись. На Божественном Помосте Пустоши остался лишь Линь Юнь в воздухе, и Погребение Цветов в его руке всё так же грозно сверкал. Лишь Священное Дао Великого Предела оставалось незыблемым. В этом сиянии людям почудилось, будто сам Линь Юнь стал вечным, подобно Великому Пределу. Его дерзкое величие и поразительная красота произвели неизгладимое впечатление.

Лидер третьего зала? Потомок богов? Святой Путь Пространства? Сделать меня слугой? Всё это оказалось лишь шуткой! Си Юань, что прежде сопровождала Линь Юня по академии, чувствовала, как ее сердце бешено колотится, а лицо горит румянцем. Она-то, глупая, считала Тяньлинь мужчиной своей мечты, а в Линь Юне видела лишь красивое лицо. Теперь она поняла, как жестоко ошибалась.

На лице Юэ Вэйвэй расцвела нежная улыбка. Брат Юнь никогда не разочаровывает. Выбирай она сто, тысячу, десять тысяч раз – она всегда выберет его. Эта связь между ними, закаленная жизнью и смертью, была недоступна пониманию чужаков; им не дано было знать, на что она готова пойти ради него.

Линь Юнь с улыбкой посмотрел на с трудом поднимающегося Тяньлинь:

— Я же говорил, что дарую тебе поражение.

Тот был бледен и не мог пошевелиться, слова застряли у него в горле. — Да, я проиграл, — Тяньлинь ледяным взглядом сверлил Линь Юня. — Но это лишь временно. Когда я пройду обучение у Мечника-небожителя Килина, мне хватит года, чтобы раздавить тебя.

Услышав это, Линь Юнь расхохотался. Его волосы развевались, он выглядел диким и необузданным, пока ветер трепал его одежды. Этот смех, звонкий и торжествующий, заставлял кровь в жилах закипать. Тяньлинь чувствовал себя крайне неуютно под этим смехом. — Молодой господин Цзанхуа, что тут смешного?! — Прорычал он.

Линь Юнь прищурился и сквозь смех ответил:

— Смешно мне, что во всем твоем теле нет ничего твердого, кроме твоего на диво длинного языка!

http://tl.rulate.ru/book/70839/20760032