Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2097: «Ночь девятого числа»

Голос Тяньсюань-цзы прозвучал твердо, без тени сомнения. Хоть все и догадывались, что он попытается помешать Яогуану во время испытания, столь открытое признание заставило присутствующих на миг лишиться дара речи. Этот человек был поистине безумен в своей гордыне, и его амбиции больше не знали границ. К тому же подобный поступок был низок: напасть на Яогуана в момент, когда тот будет сражаться за жизнь на пороге смерти, – верх подлости.

— Прекрасно, ты наконец-то перестал притворяться, — ледяным тоном произнес Е Гухань. — Скажу тебе прямо: если бы ты проходил через испытание, наставник никогда бы не стал тебе мешать. Он бы дождался твоего успеха, чтобы сойтись с тобой в честном бою.

Тяньсюань-цзы на мгновение замер, а затем ответил:

— Верю. Именно поэтому я – не Яогуан. Мне не достичь его высот и не обрести того величия духа, что позволяло ему равнять себя с Девятью Императорами. Именно поэтому я обязан нанести удар до того, как он завершит испытание, иначе у меня не будет ни единого шанса. В этом мире всегда должны быть и герои, и злодеи. Если выбора нет, я готов стать злодеем.

Е Гухань лишь лишился слов. Он пристально вглядывался в красивое лицо врага, пытаясь найти хоть тень сомнения или вынужденности. Но там не было ничего подобного. Его взгляд был пугающе ясен: он был просто и искренне подл, он просто и искренне желал смерти Яогуану. Е Гухань вспомнил прошлое и почувствовал, что никогда по-настоящему не знал этого человека. Нынешний Тяньсюань-цзы пугал своей чуждостью.

— Пора идти, — Тяньсюань-цзы улыбнулся и уже собрался уходить, но вдруг помедлил. Его взгляд упал на Линь Юня. — На самом деле, мне было очень любопытно, сможешь ли ты призвать Меч Императора Людей. Жаль… Секта Небесного Дао уже не та, что прежде. Если бы ты настоял на своем, то, боюсь, секта бы развалилась от внутренних распрей еще до того, как я успел бы вмешаться. Они боятся тебя, видят в тебе бесконечные возможности. Но я не боюсь. Напротив, я хочу, чтобы ты стал как можно сильнее. И мне неважно, кто ты – молодой господин Цзанхуа Линь Юнь или Е Цинтянь. Мне всё равно.

Глава дворца Небесного Инь, до этого стоявший с подобострастным видом, при этих словах прищурился. В его глазах промелькнул холодный блеск.

— Великий святый, нам пора, — Глава секты Юйфэн с улыбкой шагнул вперед, прерывая Тяньсюань-цзы. — И остальные уважаемые гости, великий святый Тысячи Перьев сейчас между жизнью и смертью, в секте неразбериха, так что Мы не станем утруждать вас гостеприимством.

Он обвел взглядом присутствующих, фактически выпроваживая их. Гости переглядывались с понимающими ухмылками: все чувствовали, что скоро в секте Небесного Дао начнется великая смута. Через полгода или даже через две недели у секты, скорее всего, останется лишь один хозяин. После того как Тяньсюань-цзы сорвал с них маску «первой Святой Земли», внутренний раскол стал неизбежен. Окружающих это только забавляло. Стоит признать, сегодняшнее представление выдалось на славу.

— Пойдемте, великий святый, — Юйфэн с нарочитым почтением обратился к Тяньсюань-цзы.

— Ты так спешишь? — Вдруг спросил тот.

Не успел Юйфэн среагировать, как Тяньсюань-цзы внезапно нанес удар ладонью. Бам! Юйфэн был вынужден принять удар. Площадь Небесного Дао содрогнулась, покрывшись новыми трещинами, а сам Глава секты, сплюнув кровь, отлетел на несколько шагов назад.

— Наглец! — Мастера клана Ван и другие святые секты мгновенно выступили вперед, обрушивая на врага свою мощь. Тяньсюань-цзы и бровью не повел – Семь Святых Черной Горы за его спиной тут же выставили заслон, сдерживая это колоссальное давление.

— Не смейте трогать его, — Юйфэн остановил своих людей, на его лице читался испуг.

— А ты не так плох, как я думал. Теперь понятно, почему ты осмелился меня перебить, — ледяным тоном произнес Тяньсюань-цзы. — Я уйду сам, но провожать меня ты не будешь.

Тяньсюань-цзы вел себя предельно дерзко. Находясь в самом сердце чужой секты, он полностью подавил своим авторитетом Главу дворца Небесного Инь, заставляя учеников секты скрежетать зубами от бессильной ярости. В обычное время, каким бы сильным он ни был, он бы не посмел так наглеть. Но сегодня Е Тяньюй был при смерти, другие силы затаились, а Юйфэн хотел лишь одного – чтобы враг поскорее убрался. В такой ситуации противостоять Тяньсюань-цзы было невозможно.

Тот снова посмотрел на Линь Юня и, сменив гнев на милость, улыбнулся:

— Е Цинтянь, я ведь прав? Они боятся тебя, они в панике. Но я – нет. Я буду ждать тебя.

Линь Юнь усмехнулся:

— Думаю, вам всё же стоит немного побояться. Когда я выхожу из себя, я и сам себя пугаюсь.

Он улыбался, но в глубине его глаз застыла ледяная жажда убийства. Он успокоился: перед таким врагом нужно быть предельно холодным и собранным.

— Знаю. Потому и жду.

Тяньсюань-цзы больше не сказал ни слова и наконец ушел. Его прощальные слова оставили у многих чувство недоумения. Казалось, он был уверен, что перед ним Линь Юнь, но при этом не стал нападать и продолжал называть его Е Цинтянем. Впрочем, людям было не до раздумий: в этот момент великий святый Тысячи Перьев, которого пыталась исцелить Цзиньчэнь, снова сплюнул кровь и окончательно потерял сознание. В секте Небесного Дао воцарился хаос!

— В дворец Истинного Ян, — скомандовала Святая Меча Тяньсюань. Святой Сын Даоян тут же бросился исполнять приказ. Великий святый Лунъюнь последовал за ними, а Тяньсюань и Цзиньчэнь остались, чтобы присматривать за Юйфэном и Ганфэном.

— Дамы, вы слишком враждебны. Неужели не дадите старику даже взглянуть на раны собрата? — Юйфэн небрежно вытер кровь с губ и с легкой улыбкой посмотрел на них.

— Не утруждайся. Он не умрет, так что не забивай себе голову, — отрезала великий святый Цзиньчэнь.

Атмосфера была накалена до предела, даже рядовые ученики семидесяти двух пиков чувствовали неладное.

— Надеюсь на это, — бросил Юйфэн многозначительную фразу и удалился вместе с Ганфэном. С виду всё казалось спокойным. Святая Меча Тяньсюань не стала задерживаться и вскоре нагнала Лунъюня и Даояна. Было ясно: раны Е Тяньюя куда серьезнее, чем пыталась представить Цзиньчэнь.

Великий святый Цзиньчэнь подозвала к себе Линь Юня и Синьян:

— Сегодня ночью оставайтесь в обители Сокровенной Девы и никуда не выходите. Что бы ни случилось снаружи – ни шагу оттуда, понятно? — Строго наказала она и добавила:

— Цинхэ, ты пойдешь с ними.

Е Гухань кивнул. Синьян была в замешательстве, не понимая, что происходит. Но расспрашивать было некогда: Цзиньчэнь спешно направилась в сторону дворца Истинного Ян.

Линь Юнь помрачнел: три великих святых собрались в одном дворце. Этой ночью там явно должно было что-то произойти – кто-то очень хотел смерти Е Тяньюя. Линь Юнь посмотрел на Е Гуханя и прямо спросил его про «ночь девятого числа».

К его удивлению, тот остался спокоен и лишь улыбнулся:

— Я знаю. Мы все знаем. Но это дело лучше оставить старикам. Вы двое идите со мной в обитель Сокровенной Девы и сидите там тихо.

Линь Юнь оглянулся, ища глазами Ван Муянь. Но та уже давно бесследно исчезла, и в сердце юноши закралось дурное предчувствие.

— Брат, Ван Муянь пропала, — сказал он.

— Эта девчонка не так важна, не стоит на ней зацикливаться. Ты сейчас гораздо важнее, — ответил Е Гухань.

Линь Юнь закусил губу. Старший брат был прав: если начнется заваруха, даже Святые не смогут гарантировать безопасность. Одна Ван Муянь вряд ли могла на что-то повлиять, но Линь Юнь всё равно чувствовал какой-то подвох. Он обвел взглядом площадь и увидел Бай Шуин. Та смотрела на него со сложным выражением лица, явно желая что-то сказать и пытаясь подойти. Но ее удержал сопровождающий – святой суверен Цзюэчэнь, предок клана Бай, чья сила не уступала мастерству Е Гуханя. Он был непреклонен и вместе с другими членами семьи Бай силой увел девушку в сторону обители Сокровенной Орхидеи.

Святой Сын Духа под присмотром предка клана Чжан тоже направился к своему пику. Обе семьи, казалось, достигли негласного соглашения: оставаться в стороне и не вмешиваться. Внутренние ученики под надзором своих глав пиков тоже расходились. Церемония, которая должна была стать торжеством, закончилась трагедией. Разговор Цзиньчэнь и Юйфэна дал понять проницательным людям, что происходит нечто неладное, но рядовые ученики пребывали в полном неведении. Лишь немногие святые последователи, слышавшие слухи, пребывали в смятении, не зная, чью сторону занять.

— Пошли, — Е Гухань быстро увел Линь Юня и Синьян. Вскоре огромная площадь Небесного Дао опустела. Еще недавно здесь было не протолкнуться, а теперь тишина пугала своей неестественностью. Заброшенность, холод и пустота.

На далеком горном склоне Чжао Тяньюй и Гу Юйсинь, внимательно следившие за всем, поднялись со своих мест. Их лица были крайне серьезны.

— Ван Муянь уже отправилась к башне Небесных Уз, нам тоже пора действовать, — хмуро произнес Чжао Тяньюй. Гу Юйсинь кивнул, и они ударили кулаком о кулак, глядя друг другу в глаза с фанатичной решимостью.

— Священное пламя не гаснет, да пребудет секта в вечном величии! — В унисон произнесли они фразу, полную непоколебимой веры.

За их спинами в лужах крови была начертана причудливая формация. С наступлением темноты в узлах этого узора один за другим начали вспыхивать огоньки. Это была заброшенная долина, куда редко заглядывали ученики, а охрана, выставленная по периметру, исключала любое случайное вмешательство. Самое главное – долина находилась за пиком дворца Небесного Инь, так что чужакам сюда было не пробраться. Если бы Линь Юнь увидел это, он бы лишь подтвердил свои догадки: секта Небесного Дао, в которую он просочился благодаря брату, давно была дырявой как решето. Когда взошла луна, в ее свете пламя формации стало выглядеть еще более зловещим – кроваво-красным и словно живым.

… Гора Плывущих Облаков. Высоко в небесах, в павильоне среди облаков, благородный Тяньсин играл на цине. Фея-Журавль почтительно стояла за его спиной, с восхищением вертя в руках драгоценный меч. Это был меч Тяньган. После того как его доставили из поместья Цзанцзянь, глава пика Пурпурного Грома, следуя указанию Линь Юня, передал его сюда.

— Господин, посмотрите, какой чудесный меч, — с улыбкой сказала Фея-Журавль, когда музыка стихла. Она была воплощением чистоты и живости.

— Действительно, прекрасный клинок. Поместье Цзанцзянь по праву считается лучшей кузницей в подлунном мире, — вздохнул Тяньсин и, вспомнив о чем-то, с горечью добавил:

— Три тысячи лет назад у меня не было Меча Императора Людей, а сегодня у Е Тяньюя нет меча, способного противостоять Алому Небу. Нашей секте вечно не хватает того самого единственного меча.

Он взял из рук Феи меч Тяньган и посмотрел вниз на секту Небесного Дао. Казалось, ничто не могло укрыться от его взора. Ночь девятого числа обещала быть очень долгой.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759819