Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2066: «Свет Очищающего Уничтожения»

Схватка Гу Сияня и Тяньгу, начавшаяся ради защиты чести лидеров Небесного Пути, приковала к себе тысячи взглядов.

— Гу Сиянь мог бы и не выходить сейчас. Вполне мог дождаться, пока Е Цинтянь закончит свой бой.

— Тяньгу куда опаснее Гу Юйсиня. Боюсь, Гу Сияню придется несладко.

— Гу Юйсинь был слишком самонадеян. Зная, что у противника есть намерение меча Звездной Реки, он посмел уступить три меча… В итоге даже пламя кармического лотоса выпустить не успел.

— Он, верно, решил, что с этим пламенем он непобедим. Тяньгу же, хоть и выглядит заносчивым, на деле всегда остается настороже.

Пока битва только разгоралась, практики на Драконьей горе вовсю обсуждали шансы сторон.

Позорное поражение Гу Юйсиня заставило Тяньгу стать куда осторожнее – от его прежней спеси не осталось и следа.

— Е Цинтянь, как думаешь, у кого больше шансов на победу? — Спросила Цзи Цзыси, глядя на Линь Юня.

Линь Юнь лишь покачал головой – он и сам не мог сказать наверняка.

И у Гу Сияня, и у Тяньгу в запасе оставалось немало козырей, и ни один еще не явил свою истинную мощь в полной мере.

Тяньгу казался человеком решительным. В схватке со святым сыном Цзянань он мог бы и не использовать Демоническое Око Серебряного Взора – это был слишком весомый козырь.

Но он действовал молниеносно: едва поняв, что вражеская атака может нанести ему серьезный вред, он без колебаний применил свой секрет и закончил бой.

С таким противником сладить куда труднее, чем с Гу Юйсинем.

— Ты один из тех, кто пробился из нижних миров? — Голос Тяньгу, окутанного серебристым сиянием, обладал странной пронзительностью.

— Да. Прошел долгий путь сражений и по чистой случайности снискал малую славу, — спокойно ответил Гу Сиянь.

— В том, чтобы выжить на Небесном Пути, нет места случайностям… Раз уж ты так жаждешь заменить Е Цинтяня в этом бою, покажи мне, на что ты способен!

Тяньгу взмыл в воздух, разведя руки. На его ладонях проступили кровавые печати.

В следующее мгновение эти печати начали вращаться, источая мириады плотно сплетенных священных писаний.

— Ладонь Метеора, Разрушающая Мир!

Он не стал недооценивать Гу Сияня и в момент атаки рывком распахнул вертикальный глаз на лбу.

К мощи самой «Ладони Метеора» он добавил сокрушительную силу своего демонического ока.

Грохот!

Огромная кровавая печать ладони рухнула с небес, стремясь раздавить Гу Сияня. Одновременно с этим из серебряного взора вырвалось пугающее давление, призванное сковать волю противника.

— Рука Десяти Тысяч Огней, Сжигающая Небеса!

Гу Сиянь не выказал и тени страха. В его теле пробудилась мощная сила грома, всё существо окуталось ослепительными электрическими разрядами.

На ладони же вспыхнуло пламя. Мгновение – и гром слился с огнем, а за его спиной возник образ древнего диковинного зверя.

Это был пурпурный Громовой Единорог, купающийся в сполохах молний!

— Наследие Единорога… — зрачки Линь Юня сузились. Он не припоминал, чтобы кто-то упоминал о подобном наследии.

Должно быть, это одна из ветвей – Громовой Единорог!

Единороги окутаны тайной, и их сила ничуть не уступает мощи Лазурного Дракона, Алой Птицы, Черной Черепахи или Белого Тигра, а в чем-то, возможно, и превосходит их.

Те, кто способен овладеть таким наследием, воистину любимцы судьбы.

Бум!

Две колоссальные ладони столкнулись, огласив окрестности оглушительным грохотом. Их удар был преисполнен яростной мощи, а разошедшаяся волна энергии оказалась поистине пугающей.

Гром, пламя, кровавый свет и серебристое сияние, перемешанные с осколками правил Святого Пути, разлетелись во все стороны.

Свист!

Тяньгу отступил на несколько шагов, прежде чем сумел восстановить равновесие. Его лицо стало еще более хмурым.

Гу Сиянь же выглядел куда более спокойным – ему хватило одного глубокого вдоха, чтобы усмирить дрожь в теле.

Тяньгу был поражен. Он уже задействовал силу крови, открыл третий глаз, и его мощь полусвятого могла тягаться с силой мастеров стадии Небесного Истока.

И всё же он не смог подавить противника!

— Не верю, что твое наследие Единорога настолько сильно! — Прорычал Тяньгу, скрепя зубами.

Существует множество видов единорогов, и Громовой – лишь один из них, причем его кровь не считается самой чистой.

Тяньгу хорошо разбирался в подобных вещах. Отбросив сомнения, он до предела пробудил мощь своего демонического ока.

Грохот!

Зрачок в вертикальном глазу стал подобен серебряной планете, источая бескрайнюю демоническую мощь, способную противостоять полусвятому стадии Небесного Истока.

В мгновение ока они обменялись десятками ударов, но Гу Сиянь по-прежнему не уступал.

Он одновременно владел двумя правилами Великого Дао, и, что самое страшное, они казались полностью слитыми воедино.

Спустя сотню ударов Тяньгу почувствовал, как давление на него растет с каждой секундой.

Почтенные Драконы, наблюдавшие за этим, были не на шутку встревожены.

Е Линхао, почтенный Белый Дракон и лидер второго Небесного Пути, глухо произнес:

— Силен же этот Гу Сиянь. У него определенно есть мощь, чтобы тягаться с полусвятым стадии Небесного Истока.

Мастер стадии Небесного Истока владеет священным огнем Небесной Судьбы. Ему не нужно ничего делать – один лишь этот огонь способен испепелить большинство полусвятых стадии Пурпурного Истока, и никакие правила Святого Пути не спасут.

Но сейчас было очевидно: и у Тяньгу, и у Гу Сияня есть козыри против такой мощи.

И судя по всему, позиции Гу Сияня были куда прочнее.

— Это Святое тело Единорога внушает ужас. Оно ничуть не слабее моего тела Тяньган, — заметил святой сын Даоян.

Его считали первым по силе тела на нынешнем пиршестве, и раз уж он признал это, можно было лишь гадать, насколько прочен Гу Сиянь.

— Лидеров Небесного Пути нельзя недооценивать, — произнес почтенный Красный Дракон.

Он был Святым Сыном Текучего Света из северных земель, и, видя череду поражений выходцев с Небесного Пути, уже начал было относиться к ним с пренебрежением. Теперь же спесь поубавилась.

Бум!

В этот момент раздался очередной мощный взрыв. Гром расколол небо, пламя взметнулось вверх – Гу Сиянь нанес удар ладонью.

В мире раздался яростный рев единорога, правая рука юноши преобразилась в призрачный образ священного зверя, сокрушая тридцать шесть слоев небес.

Молнии прошили пустоту, оставляя в ней зияющие трещины. Тяньгу отлетел прочь, сплевывая кровь.

— Р-р-а-а!

Он в ярости вскочил с земли, издав дикий рев. Его демоническое око вспыхнуло, обрушивая на Гу Сияня мощнейший ментальный удар, стремясь сокрушить саму его душу.

— Дешевые трюки! — Гу Сиянь замер в воздухе, величественный, словно бог грома. Всё его существо источало мощную энергию Ян.

Призрак единорога вновь взревел, и одного лишь этого звука хватило, чтобы развеять все наваждения и мороки, посягнувшие на его разум.

— Мириады Огней, Сжигающие Небеса!

Он вновь выкрикнул название техники, но на сей раз образ был иным.

Гром и пламя слились, превратившись в колоссальный меч длиной в тысячу чжанов. Зависнув в пустоте, Гу Сиянь щелкнул пальцами.

Бум!

Огромный меч из грома и пламени обрушился с небес, отбрасывая Тяньгу. Но на этом всё не закончилось!

Гу Сиянь, словно управляя клинком на расстоянии, не дал ему исчезнуть. Меч продолжал свою яростную атаку.

Бум! Бум! Бум!

Тяньгу лихорадочно отбивался, выбрасывая одну печать ладони за другой, пытаясь сдержать натиск грома и пламени.

Но с каждым отраженным ударом он отступал на несколько шагов. Тот, кто еще недавно был готов взойти на Главу Дракона, теперь пятился всё дальше.

Сначала он отступил к местам Тела Дракона, а вскоре оказался уже на середине склона. Гу Сиянь же, паря в небе и позволяя ветру трепать свои волосы, не сдвинулся ни на дюйм.

— В трех тысячах путей лишь Я – Единственный Властелин! — Прорычал Гу Сиянь. Цветы Великого Дао грома и пламени за его спиной окончательно слились, и он сжал пальцы в кулак.

Грохот!

Гигантский меч в воздухе начал стремительно меняться, превращаясь в колоссальный кулак. Тот взмыл вверх и с молниеносной быстротой обрушился вниз.

Бум!

Удар кулака оставил на Драконьей горе глубокий кратер. Тяньгу изо всех сил пытался уклониться, но его всё равно задело взрывной волной.

Свист! Свист! Свист!

Он отчаянно пытался восстановить контроль над телом, надеясь применить свои пространственные секреты. Но пространство вокруг было испещрено трещинами, в которых бушевало давление Великого Дао – его хваленые техники перемещения просто перестали работать.

Брызнула кровь.

После четырех или пяти таких попыток он не смог уйти от очередного сокрушительного удара. Его плоть начала рваться, и он кубарем покатился к подножию горы.

Свист!

В пустоте расцвели лотосы, сотканные из грома и пламени. Гу Сиянь шел по ним, словно по ступеням, и в мгновение ока настиг тяжело раненного Тяньгу у самого подножия.

Он знал: кровь этого демона особенная. Если не поразить жизненно важные точки, тот быстро восстановится.

Святой сын Цзянань уже поплатился за свою оплошность, и Гу Сиянь не собирался повторять его ошибок.

— Перст Единорога!

Тяньгу едва успел подняться, как луч света, несущий в себе погибель, прошил пустоту и устремился прямо в его вертикальный глаз.

В глазах демона отразился первобытный ужас. Око начало стремительно закрываться, но… Бум!

Удар пальца пришелся точно в межбровье, пробивая голову насквозь!

Вокруг воцарилась гробовая тишина. Все были потрясены увиденным.

Какая мощь!

Неужели такова истинная сила Гу Сияня?

Святое тело Единорога в союзе с путями грома и огня – это было за гранью воображения. И то, и другое по отдельности внушало трепет, но их слияние было поистине пугающим.

И всё же этот смертельный удар не убил Тяньгу на месте.

Но тот окончательно пал духом. От амбиций занять место почтенного Небесного Дракона не осталось и следа – объятый ужасом, он бросился бежать. Его тело превратилось в черное демоническое пламя, стремясь слиться с пространством и исчезнуть.

— Мириады Огней, Свет Очищающего Уничтожения!

Гу Сиянь оставался невозмутим. Он резко сложил ладони, и цветы Великого Дао за его спиной раскрылись в полную силу.

Гром и пламя на его теле начали сливаться, порождая мириады вспышек пурпурно-золотого света, которые мгновенно заполнили всё пространство вокруг.

Трес-сь!

Зрелище было настолько ошеломляющим, что многие не успели зажмуриться – свет буквально обжигал глаза, у людей по лицу потекла кровь.

Когда же сияние померкло, фигура исчезающего Тяньгу проявилась вновь. Всё его тело было испещрено крохотными отверстиями, словно его прошили тысячи стальных игл.

Хруст!

Едва он коснулся земли, его тело рассыпалось, словно карточный домик, превратившись в сотни кусков пепла.

Среди праха уцелело лишь серебряное демоническое око. Оно попыталось взлететь, но Гу Сиянь просто раздавил его ногой.

— Мертв?

Толпа замерла в оцепенении. Какая жестокость!

Гу Сиянь, уже нанеся врагу тяжелые раны, всё равно не оставил ему ни единого шанса на жизнь. Люди смотрели на него, не в силах вымолвить и слова.

— Святой старейшина, он не признал поражения, так что моя расправа не нарушила правил, верно? — Гу Сиянь сохранял полное спокойствие. Он поднял голову, глядя на Му Сюэлин в небесах.

Му Сюэлин была поражена. Перед ней стоял поистине суровый человек. Помедлив, она ответила:

— Правила не нарушены.

Гу Сиянь кивнул и, оторвавшись от земли, молнией вернулся на свой трон Лазурного Дракона.

Повсюду слышались изумленные возгласы – этот бой уже стал легендой.

Решительность и беспощадность Гу Сияня не оставляли сомнений: он с самого начала шел убивать.

Многие из тех, кто сражался с ним прежде, почувствовали, как по спине пробежал холодок. Им стало по-настоящему страшно.

Было ясно: Гу Сиянь не из тех, кто жаждет крови без причины, иначе они бы сейчас не стояли здесь живыми или, по крайней мере, целыми.

— Никогда не пытайся состязаться в жестокости с теми, кто прошел через Небесный Путь. Эти люди – истинные чудовища!

— Ходили слухи, что Рейтинг Гениев Божественного Дракона хотел поставить его на первое место, но он сам отказался.

— Как жаль, что молодого господина Цзанхуа здесь нет! Как бы хотелось увидеть их схватку!

Величие Гу Сияня потрясло всех. Люди уже начали опасаться, что демонические выскочки испортят праздник, но теперь один был повержен Е Цинтянем, а другой уничтожен Гу Сиянем – исход, который устраивал всех.

Кровавая Луна оказалась в дураках: они лишь зря отдали кровь Небесного Дракона.

Здесь собралось множество Святых Земель, а Му Сюэлин с Каноном Лазурного Дракона в руках надежно охраняла порядок, так что никто не боялся, что демоны посмеют открыто взбунтоваться.

В общем гуле голосов постоянно слышались вздохи сожаления об отсутствии молодого господина Цзанхуа.

Будь он здесь, титул Небесного Дракона наверняка достался бы либо ему, либо Гу Сияню.

И тогда разрешился бы спор, длившийся многие годы: кто же на самом деле является величайшим гением, затмившим всех на девяти Небесных Путях!

— Ну и ну, — Цзи Цзыси посмотрела на вернувшегося Гу Сияня и не удержалась от восклицания.

— Е Цинтянь, кажется, этот Гу Сиянь выглядит чуточку круче тебя, — она обернулась к Линь Юню, и на ее личике заиграла улыбка.

Линь Юнь тоже был под впечатлением – увиденное сильно на него повлияло.

Это было невероятно мощно.

Гу Сиянь казался ему воплощением сокрушительной, первобытной силы. В его действиях не было лишних изысков – лишь мириады огней, стирающие всё на своем пути.

Поистине страшно!

— Ты всё еще собираешься бороться за место Небесного Дракона? — Цзи Цзыси лукаво прищурилась, явно ожидая ответа.

Многие вокруг тоже навострили уши, желая услышать, что скажет Е Цинтянь.

Линь Юнь лишь усмехнулся. Он не сказал ни «да», ни «нет».

Он лишь невозмутимо произнес:

— С самого начала я использовал едва ли половину своей силы. Так как ты думаешь, буду я бороться или нет?

Цзи Цзыси застыла, а затем, придя в себя, пробормотала:

— Теперь я верю: никто не умеет напускать на себя важность лучше тебя. Даже Гу Юйсинь по сравнению с тобой – образец скромности.

Она, конечно же, не поверила ни единому его слову.

Другие гении, подслушивавшие разговор, тоже лишь презрительно кривились и ворчали: мол, этот Е Цинтянь совсем заврался.

Линь Юнь лишь горько усмехнулся про себя. Как же трудно порой говорить правду.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759786