Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1972: «Личный ученик Святого»

Даже если бы она победила, это была бы, скорее всего, пиррова победа, лишенная всякого смысла.

Чжао Цюань издевательски хмыкнул:

— Слабые должны знать свое место. Есть вещи, в которые не стоит соваться, даже если очень хочется выслужиться.

Ученики секты Меча кипели от негодования, даже Гунсунь Янь был вне себя от ярости.

Они были искренне привязаны к Линь Юню, и слышать, как кто-то поносит его, было для них невыносимо. Однако им приходилось сдерживаться, и лица их исказила гримаса боли и бессилия.

— Проклятые ублюдки, был бы здесь брат Юнь, они бы и пикнуть не посмели, — негодовал Гунсунь Янь.

Линь Юнь посмотрел на Чжао Цюаня и Белого Волка. Пальцы его слегка дрогнули – он всерьез подумывал о том, чтобы преподать им урок.

— Неужели в Восточных Пустошах совсем не осталось мужиков? Сколько можно прикрываться именем этого Цзанхуа? Он вам что, отец родной? — Чжао Цюань не унимался, продолжая осыпать всех оскорблениями.

Его слова были полны яда и унижения. Мастера Восточных Пустошей были в ярости; несколько человек уже готовы были броситься в бой, но их удержали товарищи.

— Бродячий пес раскраснелся от лая. Неужто ты и впрямь решил, что в наших краях не найдется того, кто заткнет тебе пасть?

В этот момент над ристалищем прогрохотал властный голос.

Он не был громким, но в нем чувствовалась такая мощь, что у людей заложило уши, словно от удара грома.

Вперед вышел Чжун И. Стройный и прямой, как обнаженный клинок, он с холодным и гордым видом покинул толпу.

Он был личным учеником Святого Меча Фую, и его совершенствование уже достигло пика девятикратной нирваны.

Он стоял, заложив руки за спину, и от всей его величественной фигуры исходила аура Владычества над Миром.

При виде Чжун И мастера Восточных Пустошей воспряли духом и заволновались.

Раз он здесь, этим наглецам точно придет конец.

Он – личный ученик Святого Меча, их гордость и знамя всего молодого поколения мечников региона.

— Сразу видно – ученик Святого. Чжун И и впрямь невероятно харизматичен.

— Он просто всегда был скромен. С его врожденным Телом Святого он по задаткам превосходит даже погребающего цветы. Они наверняка уже на совершенно разных уровнях.

— Чжун И – истинный представитель Восточных Пустошей!

… …

Чжао Цюань окинул его взглядом и усмехнулся:

— Наконец-то показался кто-то стоящий. Святой Меча Фую овеян великой славой, и его личный ученик наверняка кое-что умеет.

На самом деле они сегодня и пришли-то ради Чжун И. Пользуясь случаем, они хотели прощупать почву и проверить силы этого человека для своего господина.

— Позволь мне, — Белый Волк шагнул вперед, обращаясь к Чжао Цюаню.

Тот внешне остался бесстрастным, но в душе испытал облегчение.

По правде говоря, он опасался Чжун И: этот противник был на голову выше Ань Цзыюня, и не факт, что его способности сработали бы против него.

— Брат Пес, отдохни. С таким мусором я, твой четвертый брат, и сам справлюсь, — хохотнул Белый Волк.

— Ха-ха-ха, ладно! Отдаю его тебе, четвертый брат! — Чжао Цюань громко рассмеялся и отступил.

Мастера Восточных Пустошей возмутились.

Противником Чжун И должен был стать сам Чжао Уцзи или, на худой конец, старший из слуг, Чжао Ху. А тут против него выставили самого младшего.

Что за издевательство?

Чжун И нахмурился и холодно бросил:

— Чжао Уцзи, неужели ты не боишься, что я переборщу и прикончу твоего слугу одним ударом?

Чжао Уцзи лишь с улыбкой прихлебывал вино, по-прежнему не обращая на него внимания.

Белый Волк расхохотался:

— Если у тебя и впрямь хватит сил убить меня одним ударом, я признаю свое поражение. Но боюсь, что и ты – всего лишь дутая фигура. Подумаешь, ученик Святого! Ни Яогуан, ни Фую не представляют собой ничего особенного!

— Ты смеешь оскорблять моего наставника? — Глаза Чжун И опасно сузились.

— Ха-ха-ха! Оскорбил – и что с того? Я сегодня пришел как раз для того, чтобы побить ученика Святого. Будь здесь этот ваш Цзанхуа, он бы тоже на колени встал!

С этим диким хохотом Белый Волк бросился в атаку.

Бум!

Он нанес удар ладонью прямо по воздуху. Над головой Чжун И мгновенно возникла исполинская рука, испещренная Священными печатями.

Она сияла ярче солнца, неся в себе божественную и сокрушительную мощь, способную испепелить всё живое.

Бум-бум-бум!

Еще до того, как ладонь опустилась, пространство начало взрываться, словно в центре этой руки и впрямь родилось новое светило.

— Рука Солнца, Покоряющая Небеса!

— Это священная печать Солнца? Неужели он и впрямь всего лишь слуга меча?!

Стоило ему ударить, как лица мастеров Восточных Пустошей переменились.

Эта техника Призрачного ранга была невероятно опасной, а печати на ладони явно были развиты до пугающего уровня – их свет был настолько слепящим, что на них невозможно было смотреть.

Уверенность в победе Чжун И у многих мгновенно поубавилась.

— Чжун И, на колени! Моли о пощаде! — Взревел Белый Волк.

Печать на его ладони вспыхнула с новой силой, словно солнце и впрямь сошло на землю.

Гигантская рука, несущая Покорение Небес, обрушилась вниз.

Как же он силен!

Чжун И помрачнел. Даже с его уровнем совершенствования он почувствовал нешуточное давление и не мог до конца разгадать истинную суть противника.

Он стал предельно серьезен, понимая, что недооценивать этого человека нельзя.

— Священный свет Небесной Тени!

С этим криком Чжун И пробудил свое врожденное Тело Святого и одновременно выпустил намерение меча в полушаге к Звездной Реке.

Его тело озарилось ослепительным сиянием врожденной мощи, которое не давало гигантской руке опуститься до конца.

Бум!

В то же время его правая рука легла на эфес, дюйм за дюймом обнажая клинок.

По мере того как его намерение меча разгоралось всё ярче, на исполинской руке, подпиравшей небо, начали появляться трещины.

— Надо же, Тело Святого, — Белый Волк ничуть не смутился, видя, что его техника вот-вот будет разрушена. Он оставался совершенно спокоен.

Хлысь!

В тот самый миг, когда мощь меча Чжун И достигла предела, сердце его бешено забилось, а кровь закипела, словно гул древнего горна разнесся над ристалищем.

— Врожденное Сердце Меча! — Люди вскрикнули от ужаса, уставившись на Белого Волка с нескрываемым страхом.

— Всё равно падешь ниц! — Злорадно выкрикнул тот.

Мощь гигантской руки, которая, казалось, уже начала рассыпаться, внезапно возросла в несколько раз.

Грох!

Чжун И, успевший обнажить меч лишь наполовину, с глухим стоном рухнул на одно колено. На его лице отразилось нечеловеческое напряжение.

Грохот нарастал, и огромная ладонь окончательно обрушилась, породив мощную взрывную волну, которая эхом разнеслась по всему ристалищу.

Присутствующие поспешно защищались: кто обнажал святой меч, кто применял боевые искусства, чтобы сдержать этот натиск.

И всё же многих отбросило назад, и они, сплевывая кровь, лишались чувств прямо на месте.

Плеск!

Среди всполохов света Чжун И всё же сумел подняться. Он сплюнул кровь и с крайним изумлением посмотрел на противника:

— Кто ты такой? С таким талантом ты просто не можешь быть безвестным бродягой!

Белый Волк равнодушно бросил:

— Возможно, когда-то мое имя и гремело, но сейчас… я лишь слуга меча в свите господина. Я – Белый Волк!

Он решительно шагнул вперед, обнажил меч и бросился на Чжун И.

Дзынь! Дзынь! Дзынь!

Спустя десять ударов мощнейшая аура меча, исходящая от Белого Волка, просто смела Чжун И, отбросив его назад.

Тот врезался в каменную колонну, и в его глазах читалось лишь ярое нежелание признавать поражение.

— Проклятье… — Чжун И чувствовал невыносимую горечь: он, личный ученик Святого Меча, не мог одолеть даже чужого раба.

— Не верю!

Он из последних сил собрался с духом, вновь подчиняя себе Тело Святого Небесной Тени и понемногу исцеляя раны.

Он хотел перехватить инициативу, подавив врага мощью своего Тела Святого.

— Вот это по-нашему! — Расхохотался Белый Волк, не зная страха.

Внезапно из его груди вырвался звон меча, а само тело озарилось божественным нефритовым светом, настолько ярким, что люди невольно зажмурились.

Потоки мощи меча хлынули наружу, и вместо того чтобы подавить противника, Чжун И сам оказался под гнетом Тела Святого Белого Волка.

В этом сиянии сам Белый Волк походил на бесценный клинок – гордый, неистовый и сокрушительный.

Ву-ум!

Мелодия клинка в его теле становилась всё громче, сияние меча неистовствовало, пока наконец не слилось в единый луч, устремившийся в небеса.

Х-хо!

Свет Тела Святого Чжун И погас в один миг, словно пламя свечи на ветру.

— Как такое возможно?!

Все были потрясены до глубины души и повскакивали со своих мест в неописуемом ужасе.

Белый Волк не переставал смеяться. В лучах этого сияния он сложил пальцы в печати, и черные ленты за его спиной раскрылись, подобно крыльям.

Хлысь!

Черные крылья, оттеняемые нефритовым светом его тела, вознесли мощь его меча на немыслимую высоту.

Хотя он еще не вступил в царство Звездной Реки, по ощущениям его сила ничуть не уступала соответствующему намерению меча. Она была пугающе, запредельно велика.

— Это врожденное Тело Меча! — Кто-то наконец узнал его сущность, и по толпе пронесся вздох ужаса.

В сочетании с Писанием Меча Черных Перьев это делало его практически непобедимым. Чжун И продержался совсем недолго и рухнул на колени.

— Ха-ха-ха! И что с того, что ты ученик Святого? Всё равно ты стоишь на коленях передо мной! — Белый Волк заливался безудержным смехом. В его ликовании сквозила какая-то нездоровая, вызывающая радость.

«Так это он… Неудивительно, что он так ненавидит секту Меча», – пробормотал про себя Линь Юнь. Мир и впрямь оказался тесен: он наконец вспомнил, кто скрывается под этой маской.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759681