Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава Семьсот Тридцать Вторая: «Она слишком прекрасна»

Семьсот тридцать вторая глава.

Чу Муянь был мертв!

Он умер ужасной смертью, его Линь Юнь убил одним ударом ладони, и даже его прах был развеян. Не осталось и костей.

Если бы он мог думать, он бы, несомненно, очень пожалел о своем хвастовстве.

Если бы он не хвастался, что растоптал останки Кровавого Драконьего Коня, Линь Юнь, возможно, позволил бы ему умереть более легкой смертью.

В конце концов, такой смертельный прием, как Сила Крылатого Тигра, сжигал жизненную силу и истощал истинную эссенцию. Негативные последствия были гораздо серьезнее, чем при использовании Ока Дракона Свечи. Линь Юнь никогда бы не применил его, если бы не было крайней необходимости.

Но раз уж он это сказал, Линь Юнь исполнил его желание.

Ты сказал, что я не смогу убить тебя одним ударом? Я намеренно убью тебя одним ударом, око за око, зуб за зуб.

На этом Семь Новичков Тяньлина были уничтожены, все до единого пали от руки Линь Юня. По мнению многих, открытие арен тремя великими сектами для набора учеников было задумано как сцена для Семи Новичков Тяньлина, чтобы они могли проявить себя и показать свое мастерство.

Но никто не ожидал, что эта сцена действительно будет их, но главными героями будут не они.

Появление Линь Юня в очередной раз стало для них кошмаром. Его гнев и убийственный умысел излились на гору Лошуй. Эта острота позволила людям по-настоящему ощутить благородство мечника: пока ненависть не утихнет, убийства не прекратятся.

Сердце, обращенное к мечу, бесстрашно перед лицом смерти.

Сердце, обращенное к мечу, устремлено вперед!

— Ты…

Люди секты Сяоюнь, которые еще секунду назад мчались вперед с убийственным умыслом, внезапно остановились. Они подняли головы и посмотрели на Линь Юня, их глаза были полны шока. Насколько же удивительной была его сила?

Почему этот юноша на стадии Малого Успеха Инь-Ян был так невероятно силен?

Одним ударом ладони он убил Чу Муяня, лидера молодого поколения Тяньлина. Тот не смог выдержать даже одного удара Линь Юня.

Это было слишком дико, слишком жестоко, просто беззаконно.

Чу Муянь уже спрыгнул с арены, отказавшись от возможности присоединиться к Обители Пурпурной Луны, но Линь Юнь все равно превратил его в мясной фарш на глазах у всех великих сил.

На местах Обители Пурпурной Луны, Горной Обители Северных Снегов и Павильона Небесных Демонов многие старейшины выглядели озадаченными. Они пристально смотрели на Линь Юня, их выражения постоянно менялись. Их не волновала смерть Чу Муяня.

Им было все равно, даже если все Семь Новичков Тяньлина были убиты. Их беспокоил этот юноша. Потенциал, который продемонстрировал этот мечник в белом, значительно превзошел их ожидания.

Бум!

Линь Юнь внезапно споткнулся несколько раз. Безграничная усталость нахлынула со всех уголков его тела. У него кружилась голова, и он был крайне измотан.

Свист! Свист! Свист!

Он не мог контролировать себя. Покачнувшись, он отступил на несколько шагов, прежде чем едва смог устоять на ногах. Линь Юнь боролся, не позволяя себе упасть. Его тело было чрезвычайно сильным. Если он продержится этот один вдох, его жизненная сила восстановится с невероятной скоростью.

Линь Юнь сильно хлопнул по своей сумке-хранилищу, достал более десяти пилюль и все их разом засунул в рот.

Тук! Тук!

В тот момент, когда пилюли попали в рот, сердце Линь Юня забилось. Его тело, сравнимое с телом дикого зверя, мгновенно поглотило все эти более десяти пилюль. Затем его сердце начало бешено колотиться, и яростная лекарственная сила мгновенно превратилась в бурлящую жизненную силу.

Его бледное лицо в этот момент порозовело, и мощная аура снова начала подниматься от Линь Юня.

— Он хочет сбежать!

— Окружите его! Мы не можем отпустить этого меченосца-раба сегодня! Я хочу, чтобы он испытал нечто худшее, чем смерть!

Увидев, что Линь Юнь отступает, эксперты четырех великих кланов Тяньлина и секты Сяоюнь тут же очнулись и пришли в ярость.

От них исходил ужасающий убийственный умысел. Лица всех экспертов были мрачными и невероятно уродливыми. Их дикие взгляды, сравнимые со взглядами диких зверей, показывали, что они готовы сожрать Линь Юня живьем.

Семь Великих Новичков были гордостью Тяньлина, особенно Чу Муянь и Чэнь Цзыюй, которые даже пробудили боевую волю.

Но ни один из них не остался в живых. Все они были убиты Линь Юнем. Это был несмываемый позор.

— Господа, вы действительно слишком высокого мнения обо мне.

На губах Линь Юня появилась насмешливая улыбка. Великие силы Тяньлина, как и ожидалось, были такими же бесстыдными, как и всегда.

Он обвел взглядом лица экспертов из различных кланов и внезапно крикнул:

— Линь Юнь пришел сюда, чтобы убивать. Но я убивал честно и открыто. В моей душе нет ни малейшей скверны. На арене не спрашивают о жизни и смерти. Я хочу спросить вас, откуда у вас хватило наглости собраться вместе, чтобы окружить и убить такого юношу, как я?

Бум!

Этот его крик содержал в себе острое намерение меча и был оглушительным, как раскат грома. На огромной площади не только эксперты из различных сил, но и бесчисленная толпа людей снаружи услышали его слова.

«Маленький ублюдок!»

Старейшины четырех великих кланов и секты Сяоюнь в душе выругались. Этот сопляк называл их бесстыдными.

Многие сторонние бойцы, услышав крик Линь Юня, покачали головами, и в их словах читалось презрение.

Даже гении из самого Тяньлина выглядели пристыженными и неловкими. Смерть всех Семи Новичков Тяньлина от рук Линь Юня уже была достаточно позорной. Если бы великие силы набросились на Линь Юня толпой, это было бы не просто позором.

Это было бы полным бесстыдством!

В мире боевого пути сильный всегда прав. Как он сказал, Линь Юнь убивал честно и открыто. Более того, он сражался один против семерых, что само по себе было несправедливо. Его сила вызывала уважение.

Некоторые бесстыдные поступки можно было совершать тайно, но делать это открыто означало полностью нарушить правила.

Однако никто не хотел отпускать Линь Юня.

— Хорошо! По твоим словам, ты убил остальных шестерых, ну и пусть. Но Чу Муянь уже спрыгнул с арены. Какое ты имел право убивать его? Ты убил Чу Муяня и теперь хочешь сбежать?

Но в этот момент в толпе, окружившей Линь Юня, раздался ледяной голос. Человек с мрачным лицом холодно смотрел на Линь Юня, и его взгляд был подобен ядовитой змее, вызывая опасения.

Это был Чэнь Ванъе, этот старый демон!

— Верно! Ты средь бела дня убил гордость Тяньлина. Как мы можем позволить тебе сбежать?

— Убийца должен заплатить жизнью! Твоя жалкая жизнь должна быть оставлена здесь сегодня.

— Маленький меченосец-раб, немедленно встань на колени и проси пощады!

Как только Чэнь Ванъе закончил говорить, все тут же опомнились и начали ругаться. Для них Линь Юнь должен был умереть. Даже если бы не было повода, они бы все равно разорвали его на куски и повесили его голову на городских воротах.

А раз есть повод, то это еще лучше!

На губах Линь Юня появилась холодная, насмешливая улыбка:

— Если кто-то хочет меня убить, я должен убить его в ответ. Более того, разве вы не слышали, как он умолял меня убить его одним ударом ладони? Я просто исполнил его желание. К тому же… когда это я говорил, что собираюсь сбежать?

Когда он пришел сюда с мечом, он уже знал, какой будет его конец. С их бесстыдством было бы просто фантастикой, если бы они позволили ему уйти.

Ему просто нужно было потянуть время, потому что Сила Крылатого Тигра слишком сильно истощала его.

Сбежать?

Исключено!

Он еще не натешился убийствами, зачем ему уходить?

В тот момент, когда его слова прозвучали, в глазах Линь Юня внезапно вспыхнул безграничный убийственный умысел. Лазурный Дракон в его теле взревел, и его океанская жизненная сила снова забурлила. Его взгляд, подобный невероятно острому мечу, пронзил пустоту и упал на Чэнь Ванъе в толпе.

Этот парень ищет смерти?

Увидев это, все были потрясены. В такой безвыходной ситуации убийственный умысел этого парня снова вырвался наружу.

И он нацелился на Чэнь Ванъе, ужасающего эксперта полушага к Небесной Душе, чей уровень культивации был неизмеримо выше его.

Независимо от того, насколько он был великолепен в убийстве Семи Новичков Тяньлина, сколько бы методов у него ни было и насколько ужасающей ни была его острота. Перед лицом полушага к Небесной Душе разрыв в уровнях был непреодолимой пропастью.

Чэнь Ванъе мог легко убить его, просто используя свою грубую силу.

Он искал смерти!

— Ты хочешь убить меня? Ищешь смерти.

На губах Чэнь Ванъе появилась свирепая ухмылка. Он был более чем рад, что Линь Юнь решил напасть на него.

Бум!

Он сделал шаг вперед, и его тело вспыхнуло ослепительным сиянием. В следующее мгновение над его головой медленно поднялся колокол Сокровенного Звука. Это была копия, но даже копия под управлением Чэнь Ванъе выглядела чрезвычайно устрашающей.

Колокол Сокровенного Звука излучал ужасающее сияние, которое было настолько ослепительным, что люди не осмеливались смотреть на него. Их глазам было больно.

На старом лице Чэнь Ванъе появилась ледяная улыбка, и он холодно сказал:

— Ты, должно быть, помнишь этот колокол? Пять дней назад я издевался над тобой с его помощью, как над собакой, и ты хотел умереть, но я не убил тебя. На этот раз я позволю тебе умереть достойной смертью!

Так это действительно был он!

Многие люди были шокированы, их взгляды с удивлением упали на Чэнь Ванъе. Ходили слухи, что именно этот человек пять дней назад предпринял попытку подавления, из-за чего Линь Юнь был унижен перед Семью Новичками Тяньлина.

Но слухи оставались слухами, их нельзя было подтвердить. Теперь же он сам признался в этом.

Неудивительно, что у Линь Юня был такой сильный убийственный умысел. Любой, кто подвергся такому унижению, не смог бы этого вынести. Семь Новичков Тяньлина действительно заслужили свою смерть, ни один из них не был невиновен.

— Убить меня? Ты, наверное, размечтался!

Пока его жизненная сила бурлила, Линь Юнь сильно хлопнул по сумке-хранилищу, и тут же вспыхнул кровавый свет. Затем раздался звук ломающегося льда, и в его руке появился кнут.

Это был кнут, сияющий ослепительными молниями. В тот момент, когда он схватил этот кнут, вокруг Линь Юня поднялась царственная аура Владычества над Миром. Его тело было окутано молниями, а пурпурное пламя вздымалось до Небес. Это была Плеть Пурпурного Пламени Громового Императора!

Самое мощное ультра-сокровище Лэйюнь-цзы, когда он странствовал по Южным Землям. Единственный артефакт в Древних Южных Землях, который превосходил по рангу сокровище.

Прежде чем он пришел сюда, печать этого кнута была снята, и он был повышен с высшего сокровища до ультра-сокровища. Это была самая большая опора Линь Юня в этой поездке.

Ни один из Семи Новичков Тяньлина не должен был выжить, но и этот коварный и бесстыдный старый демон Чэнь Ванъе также должен был умереть.

— Убить!

Линь Юнь громко крикнул, его сила забурлила, и Плеть Пурпурного Пламени Громового Императора в его руке мгновенно ожила. Она непрерывно увеличивалась в размерах и в мгновение ока превратилась в ревущего цзяо-луна. Безграничная свирепая мощь нахлынула во все стороны.

Лица толпы резко изменились, и в их глазах появился ужас. Они поспешно отступили.

Свет молнии вспыхнул, освещая Небеса. Перепуганные лица толпы, каждая пора, были четко освещены этим светом. Испуганные выражения людей, казалось, застыли в этом ослепительном свете.

Бах!

Свет молнии погас, цзяо-лун взревел, и раздался звук разбивающегося металла, подобный сходу снежной лавины.

Грохот!

Ослепительный колокол Сокровенного Звука был мгновенно разбит одним ударом кнута. Лицо Чэнь Ванъе резко изменилось, и он непрерывно складывал печати, пытаясь блокировать этот ужасающий удар.

Но цзяо-лун, порожденный Плетью Пурпурного Пламени Громового Императора, был слишком ужасающим. Он в одно мгновение разорвал все его методы и со всей силы обрушился на Чэнь Ванъе.

Пф-ф-ф!

После одного удара все тело Чэнь Ванъе было покрыто кровью, а на его лице появился ужасающий след от кнута.

— Старый демон, встань на колени!

Линь Юнь выглядел свирепым, и в его глазах вспыхнул ледяной холод. В некотором смысле, его ненависть к этому человеку была глубже, чем к Семерым Новичкам Тяньлина.

Он резко дернул запястьем. Цзяо-лун, порожденный длинным кнутом, мгновенно опутал убегающего Чэнь Ванъе, и ужасающая молния тут же разорвала его кожу и плоть.

— Нет, нет, не убивай меня.

Чэнь Ванъе запаниковал, но как бы он ни сопротивлялся, он не мог вырваться. Кнут, обвившийся вокруг него, становился все туже, даже врезался в его плоть и кровь, раздавливая его кости.

— Умри!

Линь Юнь вытянул руку и оттянул Чэнь Ванъе назад в вспышке молнии. Когда тот упал перед ним, Линь Юнь выставил ногу и без колебаний наступил ему на голову.

Бах!

Брызнула кровь, и голова Чэнь Ванъе разлетелась, как арбузный сок.

Под шокированными взглядами толпы этот эксперт полушага к Небесной Душе вот так умер, растоптанный ногой Линь Юня.

— Достаточно.

Но в этот момент раздался ледяной окрик. В тот момент, когда слова прозвучали, Линь Юнь почувствовал удар в спину и был с силой отброшен назад. Он обернулся.

Цин Жоюэ на месте Обители Пурпурной Луны встала неизвестно когда. Ее прекрасное лицо было окутано мраком, и от нее исходил невероятно холодный умысел.

Аура полушага к Небесной Душе внезапно поднялась от Цин Жоюэ. Именно она нанесла этот удар ладонью.

Но даже сейчас ее взгляд оставался высокомерным. Она не посмотрела на Линь Юня прямо. Она лишь равнодушно взглянула на него, в ее глазах читалось отвращение, и холодно сказала:

— Я говорила, ты не достоин того, чтобы я вступала в бой. Но ты действительно раздражаешь, летаешь туда-сюда, как муха. Я презираю нападать на мух, но ты действительно очень раздражаешь!

Бах!

Когда ее слова прозвучали, от нее вспыхнула ужасающая фиолетовая лунная эссенция, и она нанесла еще один удар ладонью по груди Линь Юня с расстояния.

Пф-ф-ф!

Линь Юнь выплюнул кровь, и на его лице появилась свирепая улыбка. Он ничуть не испугался, холодно глядя на нее, и выплюнул два слова:

— Сучка!

Как только эти два слова прозвучали, окружающий холод явно усилился на несколько пунктов. На лицах всех присутствующих появился страх, и они были встревожены и напуганы.

В том числе и эксперты из великих кланов Тяньлина. Они были невероятно напуганы, боясь, что Цин Жоюэ выместит свой гнев на них.

Цэн! Цэн! Цэн!

Старейшины и ученики, стоявшие позади Цин Жоюэ, все встали. Их ледяные взгляды упали на Линь Юня, и убийственный умысел вырвался наружу.

Принцесса Обители Пурпурной Луны не может быть оскорблена! Тот, кто ее оскорбит, должен умереть!

Цин Жоюэ была невозмутима. Она подняла руку, чтобы остановить этих людей, и равнодушно сказала:

— Позвольте ему ругаться. Раз уж я вмешалась, я не собираюсь позволять другим действовать. Я сама раздавлю эту муху. Я редко убиваю людей. Ты должен быть благодарен, что умрешь от моей руки, Цин Жоюэ!

Сказав это, она подняла ногу и приготовилась спуститься.

Но в этот момент произошла внезапная перемена. Невиданный ранее холод нахлынул с вершины горы. В этом безграничном и ужасающем холоде раздался невероятно мелодичный голос, но он был во много раз холоднее, чем иней в Небесах.

— Маленькая сучка, если ты осмелишься сделать еще один шаг, посмотри, кто сможет тебя спасти!

Кто это говорит?

Все были потрясены и поспешно посмотрели в ту сторону, откуда доносился голос. Но в тот момент, когда они повернули головы, они закрыли лица руками. Слишком ослепительно, но не от света.

Это была та, что говорила! Она была слишком прекрасна.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20758184