- Думаю, у них тоже есть свои заботы, - резко сказал Халик. - Людей больше, чем королей и королев. Надо ублажать дворян, генералов, армии, торговцев, простолюдинов. У всех есть рты, которые нужно кормить, дети, которых нужно растить, и казна, которую нужно наполнять. А когда приходит засуха, или наводнения смывают дома, или саранча пожирает урожай - кого винят? Кому тогда стоит бояться?
- Я, э… - пробормотал Алекс. - Это была просто шутка. Есть такая старая сказка про королеву, что спрашивала у зеркала, есть ли кто красивее нее, а потом отрубила голову своей племяннице, которая оказалась красивее… ну, это детская история, где королева должна быть злой.
Халик покачал головой.
- Шутовская байка. Королева отрубает голову племяннице? Ну же! А что с родителями девочки? С ее отцом и матерью? С дворянским или военным домом, откуда она? А если племянница из династии волшебников?
- Ну, э… - Алекс замялся. - Это просто старая история, дружище.
- Нелепая, - нахмурился Халик еще сильнее. - Семья девочки пришла бы в ярость. Братья и сестры поклялись бы отомстить. Стража дома и солдаты собрались бы. Гражданские войны начинались и за меньшее, Алекс.
В голосе Халика появился гнев.
- Так везде в этих глупых историях. Злые короли и королевы, что ухмыляются и режут направо и налево. Любой король, что разъезжал бы, убивая своих подданных по прихоти и отбирая их добро, как обычный разбойник, скорее всего, получил бы кинжал в сердце и голову отдельно от шеи.
Алекс нервно хохотнул.
- Да ладно, Халик, возьми того Дерека. Он дворянин. Совершенно безответственный, и ему это сходит с рук. Некоторые из них такое вытворяют.
Халик поднял бровь.
- И как долго это продлится, Алекс? Его махинации уже навлекли на него неприятности. А Изольда тоже дворянка, но она ответственна.
- Э, да, наверное, но… - он небрежно махнул в сторону барда, что перешел к другой песне. - Подумай о волшебниках, что гнули спины под пятой правителей той древней империи. Им это сходило с рук.
- Пока не перестало, - мрачно сказал Халик. - В песне даже не упоминают название той империи. Вот как она умерла. А когда те, у кого была мана, набрались сил, чтобы разорвать цепи, как думаешь, что стало с их бывшими хозяевами? Ты видел, на что способны даже мы с магией, а мы только в начале обучения.
В голове Алекса замелькали образы огромных огненных шаров, потрескивающих молний, льда, призванных демонов и элементалей, что разрывают на куски украшенные драгоценностями города.
- Да, наверное… правителям тогда не поздоровилось.
- Именно. Тираны есть во многих землях, но у них есть поддержка воинов, волшебников и жрецов. Часть народа их любит, часть ненавидит. Большинство даже не замечает, что живет под тираном, пока налоги не ломают хребет, а урожай обилен. У правителя есть власть, но ее можно потерять вот так.
Халик щелкнул пальцами.
- Никогда не думал об этом так, - признался Алекс. - Да и вообще не особо задумывался, если честно. В Тамеланде есть король, но кроме уплаты налогов местному правителю, который потом платит королю, дела властителей в моей жизни особо не значили. Думаю, этот шоггот и дьявол немного свели меня с ума на время.
- Вот как оно в реальной жизни, - сказал Халик. - Великого правителя воспевают, ужасного проклинают. Хороший почти не упоминается, пока не грянет землетрясение или засуха.
Алекс долго и внимательно смотрел на друга. Чем дальше шел разговор, тем сильнее росло подозрение, что зрело у него давно.
- Халик, можно тебя кое о чем спросить?
- Можно, - кивнул Халик, будто генерал, дающий разрешение говорить. - Ответить или нет - другой вопрос.
Алекс стал серьезным.
- Кто ты на самом деле?
Молодой бородатый мужчина не ответил сразу, всматриваясь в глаза Алекса.
- Что ты имеешь в виду?
- Ну, типа… - Алекс почесал затылок, оглядел винный бар и наклонился через стол. Он понизил голос. - Ты какой-то дворянин? У тебя целая комната в инсуле, ты сказал, что ехал в Генераси с другими людьми. У тебя явно куча денег, и это круто, а потом ты сказал Селине, что дома у тебя есть люди, которые готовят. Ты рассмеялся, когда подумал, что твои родители готовят, а потом сменил тему. Я думал, может, ты просто богатый, но как ты разозлился из-за шутки про королей и королев… заставляет задуматься.
Халик нахмурился.
- Эм… ну и наблюдательный же ты.
- Не хочешь - не отвечай. Просто признаю, мне любопытно. И не переживай, я не буду клянчить у тебя деньги или что-то такое, если ты об этом подумал. У меня есть гордость.
- Я и не думал, что ты будешь, Алекс, и верю, что у тебя куда больше, чем просто немного гордости, - Халик внимательно смотрел на него. Он вздохнул. - Обещай, что не будешь… странно себя вести из-за этого?
- Я не буду страннее, чем уже есть.
- О, ну это успокаивает, - хмыкнул Халик. Веселье ушло, и он выпрямился в кресле. - Ладно. Поклянись, что не расскажешь никому, что я сейчас скажу, без моего разрешения.
Воздух вокруг Халика мгновенно изменился. Из дружелюбного, открытого парня он стал человеком, привыкшим отдавать приказы.
- Никому не скажу, - сказал Алекс. - Поверь, я умею хранить секреты.
Халик долго смотрел на него.
- Хорошо, - он глубоко вдохнул. - Я седьмой сын Алого Богомола, короля убийц и величайшего наемного убийцы во всех землях южнее пустыни Удан.
Алекс ахнул.
- Что… что за… святое дерь…
Лицо Халика дернулось, будто он сдерживал смех.
- Да ты просто трепло, Халик.
Халик разразился хохотом, хлопая в ладоши и сгибаясь над столом.
- Клянусь сияющими лучами Аш-Бадара, да! Но ты бы видел свое лицо! - он захлебывался смехом так, что другие в баре оборачивались и смотрели на них. - Вот бы тут был художник, чтобы запечатлеть это. Или даже скульптор!
- Я тебе сейчас бороду отскульптурирую с лица! - огрызнулся Алекс. - Ты чуть не довел меня до сердечного приступа, гад. Малые шогготы, регистратор-дьявол, а теперь мой первый здешний друг - сын какого-то супер-опасного убийцы? Я бы, наверное, пошел прямо в комнату, собрал шмотки и свалил в горы куда-нибудь.
- Нет, нет, шучу, конечно, - Халик махнул рукой, пытаясь унять смех. - Ладно, ладно. Хватит дурить. Теперь скажу правду.
Когда последние отголоски смеха утихли, он подождал, пока все в зале отвернутся, затем наклонился к собеседнику и заговорил так тихо, что Алекс едва слышал. Песня барда и шум бара заглушали его слова.
- Мое полное имя - принц Халик Бер-Медр, Хищник Текезыша, Лорд Сапфирового моря и второй сын короля Аксума Бер-Медр и королевы Иштар Бер-Медр.
- Ох, борода Ульдара. Ты принц? - шепотом спросил Алекс.
- Случай рождения, уверяю тебя. Но счастливый, - сказал Халик. - Пожалуйста, не распространяйся… Другие случайности позволили мне приехать сюда в относительной неизвестности… и, э, я обнаружил, что мне нравится эта анонимность. Хочу наслаждаться ею хотя бы немного дольше.
- Блин, да, конечно. Я сохраню твой секрет. Не хочу, чтобы ты приказал отрубить мне голову или что-то такое.
Халик выглядел уязвленным.
- Алекс, о чем мы только что говорили…
- О, знаю, - Алекс откинулся назад, скрестив руки. - Но это тебе месть за "я сын Алого Богомола, супер-убийцы всего убийственного мира".
- Справедливо, наверное, заслужил, - хмыкнул Халик, продолжая говорить тихо. - Он реален, кстати, знаешь? Алый Богомол? Он убил нескольких генералов и лордов в землях рядом с моими. Вот таких людей надо бояться, когда обстоятельства окружают твое имя титулами и решают, что твоя кровь "королевская".
- Да, наверное, - сказал Алекс. - Хм. Неудивительно, что ты разозлился, когда я шутил про королей. Э, прости за это, дружище.
- Спасибо, - сказал Халик. - Это в прошлом. Не думай больше об этом.
- И, э, спасибо, что доверился мне настолько, чтобы рассказать, - добавил Алекс. - Это ведь серьезно, а ты мне сказал.
Халик пожал плечами.
- Показалось, что время подходящее, и я поверил твоим словам, что ты не разболтаешь другим.
Алекс откинулся назад. "Показалось, что время подходящее".
На миг его охватило сильное желание рассказать, почему он сбежал из Тамеланда и что носит Метку шута. Когда друзья делятся тайнами, казалось правильным открыть одну из своих. Но как отреагирует Халик?
Этот человек продолжил путь на север в Генераси, когда те, с кем он ехал, повернули назад. Он с гордостью говорил о смелости. Не сочтет ли он Алекса трусом? И даже если нет, можно ли ему доверять с таким секретом?
Может быть. Скорее всего, да, если честно. Халик был из места так далеко от Тамеланда, что Пожиратель был бы мелочью по сравнению с драконами, что плавят песок в стекло одним дыханием, или убийцами, что могут прикончить близких за нужную сумму. Алекс сомневался, что у Халика был бы повод бежать к жрецам Ульдара и докладывать о его дезертирстве.
"Не сейчас", - решил Алекс наконец. - "Нельзя рисковать… Позже? Может быть. Может быть".
* * *
Открытие происхождения Халика не сильно изменило жизнь Алекса.
Для всех в их ближнем круге секретный принц вел себя как обычно. Шутил и смеялся с Алексом и Тундаром, помогал друг другу на групповых занятиях. Оставался дружелюбным с Изольдой при встречах и так же открыто относился к Терезе и Селине.
Алекс же, дав клятву молчать, не мог ни с кем об этом говорить, хотя ему отчаянно хотелось рассказать Терезе.
Так правда о Халике стала фоновым фактом в его сознании - не забывалась, но и не занимала передний план мыслей надолго. Зато слова Халика об опасностях космоса и жизни с этим знанием, зная, что он лучше вооружен против многих угроз, чем большинство, остались с ним.
Эта мысль заставила его удвоить усилия в практике и тренировках.
Хотя с "рукой волшебника" прогресс шел до обидного медленно. Сравнивая скорость освоения "силового шара" и "силового диска", казалось, что он перешел от спринта с "силовым шаром" к быстрому бегу с "силовым диском", а с "рукой волшебника" - к спотыкающейся ходьбе с камнями на ногах.
Каждый шаг вперед с этим заклинанием был борьбой против Метки. Он снова задумался, насколько дальше позади он бы оказался, не выучи медитационные техники у Терезы. Единственным утешением было то, что, освоив "руку волшебника", он овладеет одним из самых сложных массивов заклинаний первого уровня в школе силовой магии.
Он надеялся, что "силовой щит" будет проще, хотя боялся момента, когда придется учить "силовую стрелу". Он точно знал, что боевые заклинания заставят Метку бесноваться. Ему это совсем не нравилось.
К счастью, в других областях его навыки росли быстрее.
С накоплением опыта и увеличением числа триумфов, из которых Метка могла черпать, она все лучше направляла его к успехам. Это было похоже на то, как студенты получают внимание профессоров: чем лучше он становился, тем больше Метка ему помогала.
В немногих шагах "танца копья и весла", что он знал, Метка почти исчерпала способы улучшений. Теперь, исполняя их, его движения ощущались так же естественно, как дыхание, и во время танца ему больше не приходилось останавливаться и думать, как сменить позицию или удержать равновесие.
Чтобы продвинуться дальше, ему нужно было бы попросить капитана Фан-Дора научить остальным шагам, но он пока не был готов сосредоточиться на этом.
Кроме "руки волшебника", большую часть времени тренировок занимала подготовка к заявке в мастерскую големов. Когда он не повторял записи об ингредиентах и шагах, применимых к созданию големов, он оттачивал манипуляцию маной.
Хотя работать с двумя коробками глифов одновременно было сложнее, постоянная практика позволила ему зажигать все глифы на обеих коробках разом. Это достижение заставило его прыгать от восторга.
В зельях он всегда заканчивал лабораторные первым, и при этом редко ошибался. Профессор Джулс начала проверять его готовые зелья с невероятной тщательностью, выискивая хоть малейший изъян. В итоге она оставалась довольна и подписывала каждую работу. Сами зелья были интересными и практичными: они обостряли чувства, увеличивали силу или выносливость, даже защищали от солнца и жары - Алекс пообещал себе сварить побольше такого для Пустошей, как только получит доступ к лаборатории и ингредиентам - и многое другое.
Это быстро стало одним из его любимых предметов. Он был в этом хорош, это было весело, как выпечка, и ему нравилась преподавательница. Правда, он бы обошелся без Кэри Лондон, но с Кибасом они начали больше болтать на занятиях. Полусумасшедший гоблин иногда напрягал, но постепенно становился ближе.
Самыми интересными днями были те, когда он помогал с проектом мутагенов профессора Джулс. За десять минут он узнавал больше о глубинах алхимии, создании големов и призыве, чем за полчаса на POTI-1000. Ему хотелось намекнуть профессору Джулс, что он мог бы сдать ее курс экстерном, но он сомневался - особенно с ее упором на осторожность и процедуры, - что она разрешит.
Пока, по крайней мере.
Его навыки в лепке тоже росли, и Метка помогала догнать больший опыт и природный талант сестры. Ему неохотно пришлось признать ее дар. Несмотря на то, что он взрослый мужчина с божественным преимуществом, догнать ее все еще требовало времени. Но он сокращал разрыв.
К его досаде, она это заметила и, похоже, начала стараться еще сильнее. Видя, как растет ее мастерство, он подстегивал себя работать усерднее.
Тереза спросила, здорово ли так одержимо соревноваться с десятилеткой. Но такие слова, как "здоровье" и "мелочность", больше не значили ничего.
В любви, войне и попытках переплюнуть брата или сестру все средства хороши.
Но при всем прогрессе в танце, зельях, манипуляции маной и освоении навыков для создания тела голема, самое удивительное изменение недавно произошло не в этих областях.
И даже не в магии.
Оно было физическим.
http://tl.rulate.ru/book/65832/5928447
Готово:
