Готовый перевод Top Management / Топ менеджмент: Глава 37

Погода была странная. Сколько раз за поездку я ни смотрел на небо – всё было одинаково: с самого утра ни лучика солнца, только мрачные, свинцовые тучи, окутавшие всё вокруг.

– Как думаешь, сегодня будет дождь?

В любой другой день меня бы это не волновало, но сегодня у нас выступление на улице.

Предатель, сидящий за рулем, пожал плечами:

– Не знаю. Утром ничего про дождь не говорили. Глянь ещё раз.

Я снова открыл приложение с погодом. Иконка – «пасмурно». Вероятность осадков тоже низкая, и обещали, что через час тучи разойдутся и выглянет солнце. Может, я напрасно волнуюсь?

Телефон завибрировал как раз, когда я собирался его убрать.

– Алло?

– Это помощник сценариста с «Домашней кампании». Вы когда приедете?

– Мы уже паркуемся.

Девушка сказала, что сейчас нас встретит, и положила трубку. По плану у нас был прямой эфир для компании, где обмениваются товарами. Они попросили группу Нептун спеть. Было сложно согласиться, ведь это накладывалось на расписание «Следующей К-Стар». Но мы всё же дали согласие, потому что шансы на то, что девушек покажут по телевизору, были невелики.

– Девочки, мы на ме…

Я замолчал, оглянувшись назад. На трассе они сонно клевали носом, а теперь все мирно спали, склонив головы друг другу на плечо и укутавшись в пледы. Поскольку стилисты и визажисты тоже дремали, первыми выбрались только мы с предателем.

Как только я вышел, холодный воздух кольнул шею. Бр-р-р, холодно.

Вскоре к нам подбежала женщина. По беспроводной гарнитуре в ухе я понял, что это та самая помощник сценариста, которая недавно звонила.

– Здравствуйте! Вы Нептун?

– Да, всё верно. Здравствуйте.

– Через полчаса начнется репетиция на сцене. Нептун выступают вторыми.

В разговор вмешался предатель:

– После обеда у нас запись «Следующей К-Стар», поэтому нам нужно уезжать сразу. Задержек не будет, да?

– Конечно, что вы! Это же прямой эфир. Закончится ровно через час.

– Отлично.

– Тогда я провожу вас в гримерку. Участников…

На улице было слишком холодно. Если мне в куртке было зябко, то девушкам в сценических костюмах, открывающих руки и ноги, будет просто ледяно. Как будто прочитав мои мысли, предатель приветливо улыбнулся и сказал:

– Сейчас они спят. Ничего, если они пока подождут в машине?

– Ох, конечно! Можно и так.

Сценаристка радостно закивала.

Внезапно меня осенила мысль, и я спросил:

– Мисс сценаристка, погода какая-то не очень. Всё будет в порядке? Выступление же на улице.

– Погода обещала быть хорошей сегодня, а тут такое. Мы связались с метеослужбой, сказали, что проблем не будет. Не волнуйтесь.

Ну ладно, доверимся метеоцентру. После того, как мы решили разбудить девочек через 10 минут и я уже набирал Хёнджу сообщение, что мы на месте, предатель вдруг спросил:

– Почему ты отказался? Ты же говорил в первый день работы, что тебе неинтересно работать с айдол-группами, что хочешь быть менеджером актеров. И что сразу перейдешь, если появится возможность.

Я говорил это.

– Но почему ты не перешел? Это же не какой-то там неизвестный актер, а Сон Довон.

Предатель снова спросил. Я подбирал слова. Возможно, из-за того, что я старался держать дистанцию с ним, мои мысли путались, когда он что-то спрашивал. О чем он сейчас думает, зачем он спрашивает это, не пытается ли что-то затеять… Такие мысли заполнили мою голову.

– Я думал о Нептун, когда мне предложили перейти. Как ты тогда сказал, я сейчас сам понял, что работать с певцами не так уж плохо. И у меня были свои личные причины.

– Причины? Какие, плохое предчувствие?

– Что?

Я посмотрел в сторону. Предатель смотрел прямо на меня.

– Ты же знаешь.

Он открыл рот, выражение лица было непонятным.

– Я хотел вот что тебя спросить…

И тут… Он остановился и посмотрел на небо. Я тоже поспешно поднял голову. Небо было темнее, чем до этого. Его почти полностью затянули черные тучи. Казалось, вот-вот хлынет дождь.

Холодная капля упала мне на лоб. Блин, началось! Под холодным дождем я побежал искать помощника сценариста. Она не отвечала на звонки, поэтому мне пришлось долго бродить, пока я не нашел ее за сценой. Присмотревшись, я увидел, что она разговаривает с мужчиной в дождевике.

– Продюсер, нам продолжать?

– Вы не слышали, что сказал начальник отдела? У нас осталось мало времени до эфира, чтобы менять раскладку на сцене, поэтому он сказал продолжать по плану.

– Что делать, если дождь пойдет во время эфира? А с выступлениями певцов?

– В студии связались с метеоцентром, они сказали, что скоро всё закончится!

Вот же ж, чёртов метеоцентр! Разве не они только что говорили, что проблем не будет?

Я окликнул помощника сценариста, которая собиралась куда-то убежать.

– Мисс сценаристка!

– Ах, мистер менеджер. Я как раз хотела вам звонить. Репетиция, возможно, немного сдвинется.

– Если дождь не прекратится, какие есть ещё варианты…

При моих словах на её лице появилось смущение.

– Если бы это была запись, мы могли бы подождать. Но поскольку это прямой эфир, думаю, будем продолжать как есть.

– А нельзя сцену брезентом накрыть?

– Ох, подождите, пожалуйста. Я спрошу продюсера!

Девушка подбежала к мужчине-продюсеру, с которым разговаривала, и спросила. Вскоре продюсер вздохнул и направился ко мне.

– Вы начальник… Кто отвечает за Нептун?

– Я их менеджер.

– А… Если мы накроем сцену, то на камеру-кран получится некрасивая картинка. Начальник отдела очень переживает за визуал, поэтому об этом придется думать в крайнем случае. Потому что сейчас пока не так уж плохо.

Сейчас не так уж плохо?

– Как бы то ни было, в студии скажут, что Нептун страстно выступили даже под дождем. Если мы это покажем в эфире, это станет горячей темой, так что потерпите, пожалуйста.

Продюсер быстро ушёл, не дождавшись моего ответа. Я вздохнул, не давая вырваться всему, что накопилось внутри. Сценаристка, кажется, почувствовала моё настроение и осторожно сказала:

– Сначала давайте найдём зонты и дождевики, и я постараюсь достать полотенец. И давайте не будем слишком энергично танцевать…

В итоге у меня оказалось четыре прозрачных зонта и несколько дождевиков.

Когда я вернулся на парковку с четырьмя зонтами и сел в машину, Предатель и девочки, шумно болтавшие до этого, враз смолкли и посмотрели на меня. У Союн глаза округлились.

– Оппа! Ты промок, хотя у тебя в руках было четыре зонта?!

– Я уже до этого промок, так что это не важно.

– Ах, у нас нет полотенец… Возьми это, чтобы вытереться.

Союн протянула одеяло, которым укрывалась.

– Спасибо.

Пока я вытирал волосы, с которых стекала вода, спросил у Предателя:

– Они сказали, что будут продолжать даже под дождем. Ты связался с шефом?

– Он сказал, что мы ничего не можем поделать, потому что это прямой эфир. И что нельзя допустить, чтобы с девушками что-то случилось – танцев должно быть по минимуму. Один в один мои слова.

Я с тревогой посмотрел на девочек, но они выглядели абсолютно спокойными.

– Конечно, нужно так поступить, ведь мы на улице. Это не какой-то ураган.

– Нам просто нужно быть осторожными, чтобы не упасть.

– Оппа, мы много раз выступали под дождем.

Они дружно кивали, будто ничего страшного не происходило. Я постарался скрыть свои опасения и выглянул в окно. По стеклу барабанили крупные капли дождя. Начало репетиции сильно задержалось – мы ждали под навесом у сцены, пока репетировал сольный исполнитель. Он был в дождевике и под зонтом, неторопливо прогонял своё выступление. Его менеджер спокойно наблюдал. Ну, у него и движений никаких не было, просто стоял и пел.

– Он сказал, что будет использовать зонт, как и мы.

Я спросил, не лучше ли и нам взять зонты, если не дождевики. Но Тэхи решительно покачала головой.

– Будет ещё опаснее, если в одной руке зонт, а в другой микрофон. Зонты занимают много места, наши движения запутаются, и если ошибёмся, начнётся кавардак. Неважно, какие условия, нас смотрят по телевизору, это будет выглядеть непрофессионально.

– Оппа, мы будем осторожны, не волнуйтесь!

– Кажется, дождь начинает стихать.

Я ничего не мог ответить, потому что остальные девочки тоже были настроены решительно. Вскоре соло-исполнитель закончил, и подошла младшая сценаристка.

– «Нептун», выходите, пожалуйста, скорее!

– Да!

Девочки вышли под дождь. Когда они заняли свои места, зазвучала музыка. У меня пересохло в горле, я сглотнул, наблюдая за ними. Хотя дождь немного утих, к середине песни они промокли насквозь. Девочки танцевали на высоких каблуках, энергично двигаясь на мокрой сцене. И всё равно почти никто не обращал на них внимания, потому что гуляющие люди попрятались от дождя. Только камеры перед сценой усердно работали.

Песня почти подошла к концу. Я расслабился, думая, что репетиция пройдет без происшествий. Но дождь начал усиливаться. Неужели это не опасно? Дело не в том, что они промокли, а в том, что видимость могла ухудшиться. Если дождь попадал в глаза, девочкам было трудно видеть. Я просто поражался... как они умудрялись танцевать в таких условиях.

…!

Сонха, которая кружилась на сцене, вдруг пошатнулась и упала. Сердце у меня ухнуло. Я уже собирался бежать к ней, но Сонха сама поднялась, как неваляшка. И сразу же продолжила танцевать. С ней всё в порядке? Точно всё в порядке? Я нервничал, но, к счастью, песня закончилась без других неприятностей.

Я накрыл девочек, спускавшихся со сцены, одеялами и повёл под навес. Когда мы вернулись, они сразу же окружили Сонху.

– Сонха, ты в порядке? Ничего не повредила?

– Угу.

– Ты вроде неплохо так упала.

– Может, тебя в больницу отвезти?

Сонха энергично подвигал ногами и покачал головой.

– Всё в порядке. Нормально всё. Справлюсь.

Я подумал, что она будет возражать, если я не пущу её на сцену.

– Может, ты просто сейчас в таком состоянии, что не чувствуешь боли. Сядь, посмотрим.

Я усадил её на стул и осторожно ощупал лодыжку. Хотя я не был врачом, снаружи, к счастью, всё выглядело нормально. Когда я надавил сильнее, ей не было больно, и царапин тоже не было.

– Кажется, всё в порядке…

Сонха сидела, завернувшись в одеяло, и виновато смотрела.

– Дождь попал в глаза, и я потеряла равновесие.

– Если заболит, сразу скажи.

– Да.

Репетиция началась позже, чем планировалось, поэтому до прямого эфира оставалось совсем немного времени. Пока мы сидели в машине и приводили в порядок макияж и прически девочек, пострадавших от дождя, Предатель вернулся, выяснив обстановку.

– Дождь почти прекратился, только редкие капли падают.

– А… слава богу. Значит, метеоцентр не совсем ошибся. Дождь действительно закончился.

Когда я выглянул, дождя почти не было. На сцене без зонта выступал балладный певец. Мы с девочками вернулись под навес, чтобы ждать. Заглянула младшая сценаристка.

– Кхм…

– А, сценаристка. К счастью, дождь закончился.

Она неловко улыбнулась и сказала:

– Эм, господин менеджер. Нам позвонили из контрольной…

– Да.

– Мне очень жаль, но, кажется, «Нептун» не смогут выступать.

– Что, простите?

– Видимо, они поспешно решили так, когда увидели, как упала участница. Сказали, могут возникнуть проблемы с безопасностью… Мне очень жаль. Мы заплатим больше, чем договаривались.

Я стоял, остолбенев, пытаясь осмыслить услышанное. Потом резко обернулся. Посмотрел на людей, которые смотрели в нашу сторону. И первым я увидел Сонху, которая стояла с широко раскрытыми глазами.

http://tl.rulate.ru/book/656/117746