Айзек, глядя на свою невестку, начал подрагивать.
«Нет, если подумать, он уже в том возрасте, когда пора жениться».
Поскольку Гленн теперь был его ближайшим родственником, который к тому же унаследовал титул, было вполне правильно, что он представил жену, которая подарит семье наследника.
Наконец придя в себя, он спросил Надю:
— Что ж, да, это приятная новость. Из какой вы семьи?
Айзеку было действительно любопытно, хотя он понимал, что это не самое обычное приветствие. Он не помнил, чтобы видел такое лицо среди женщин в главном доме или среди соседних лордов.
Шатенка, подойдя к кровати, вежливо ответила:
— Я Надя, старшая дочь герцога Балазита.
— Что?
Айзек хотел перестать удивляться, но не мог. Его рот снова широко открылся.
— Ба… Балазита?
— Да, герцог Балазит — мой отец.
— …….
Кто, во имя всего святого, позволил состояться браку между Винтерфеллом и Балазитом?
«Объясни мне эту ситуацию, сын».
Айзек посмотрел на сына так, словно требовал объяснений, но Гленн просто уклонился от взгляда. Затем он пробормотал:
— Это тоже долго объяснять. Как только вам станет лучше, я постепенно всё расскажу.
— Нет, что за чертовщина…
Как бы быстро ни менялись события, не слишком ли это быстро для такого события, как объединение двух враждующих семей?
Затем Гленн протянул лекарство озадаченному Айзеку и сказал:
— Пожалуйста, хорошенько отдохните. Похоже, мы не учли ваше состояние и обрушили на вас слишком много новостей.
— ……У меня снова разболелась голова. Пожалуй, мне и вправду стоит немного отдохнуть, как ты и говоришь.
Гленн вышел из комнаты только после того, как убедился, что отец принял лекарство. Врачи сказали, что прежнему маркизу всё еще требуется много покоя, и настояли, чтобы Гленн оставил отца отдыхать, поэтому остальным пришлось последовать за Гленном.
Он посмотрел на закрытую дверь больничной палаты и пробормотал:
— …Тебе придется многое объяснить отцу.
— Но ведь плохих новостей нет, не так ли? Если я буду объяснять медленно, он поймет.
— Полагаю, что так…
Она надеялась, что новых проблем не возникнет.
Кто-то нерешительно обратился к нему. Это был рыцарь, который всё это время держал огромное яйцо.
— Милорд, что мне делать с этим яйцом?
— Ох.
Лицо рыцаря побледнело, потому что он продолжал держать вещь, которая весила довольно прилично. Гленн велел остальным помочь ему, а затем продолжил:
— Не мне это решать, ведь я собираюсь отдать его Наде. Что ты хочешь с ним сделать?
— О, я должна решить? — Надя, которой внезапно пришлось делать выбор, заморгала.
«И что, черт возьми, мне с ним делать?»
Надя посмотрела на обсуждаемое яйцо и снова повернулась к Гленну. Поколебавшись, она наконец решила:
— Вероятность мала, но я думаю, лучше держать его в тепле — на случай, если оно вдруг решит пробудиться. Оставьте его у окна в главном доме. Там хорошо светит солнце, должно быть тепло.
Невозможно было знать, вылупится ли драконье яйцо только от тепла, как обычное куриное, но другого способа у нее не было. Никто не знал наверняка, проклюнется ли когда-нибудь из скорлупы детеныш, поэтому Надя решила не надеяться на слишком многое.
Один из рыцарей шутливо добавил:
— А что, если яйцо действительно вылупится? Мы будем выращивать дракона?
— Может быть, нам удастся его приручить.
— Тогда ты станешь Наездником на драконе? Или Укротителем драконов? Ха-ха-ха!
— Ого, каково это — скакать на такой штуковине…
— Не обольщайтесь, ребята. Откуда нам знать, вдруг это вообще яйцо виверны?
— Но оно хранилось слишком аккуратно. Как только я его увидел, сразу подумал: «О, это яйцо дракона».
— Я слышал, что логово было заброшено долгое время после смерти дракона. Даже если это настоящее драконье яйцо, оно уже вряд ли живое.
— Ну, это просто мечты. Разве это не было бы удивительно?
В этот момент сквозь шум толпы прозвучал голос дворецкого. Это был очень странный тон.
— Какое совпадение.
— Хм?
Гленн обернулся. Там стоял Гордон, который, казалось, не знал, какое выражение лица ему принять.
— О чем ты?
— Я только что получил новости из столицы, но опоздал с докладом из-за того, что маркиз очнулся. Сообщается, что Гадавира, ядовитый дракон на юге, повержен.
— Рад за них. Разве он не был обузой для жителей Юга?
— Да, но… — дворецкий на мгновение замялся, не договаривая.
Но Надя знала, какое следующее слово вылетит из уст Гордона.
— Сэр Ли Джихо, подчиненный герцога Балазита, стал Убийцей Драконов.
— Он?
В конце концов, похоже, случилось то, что и должно было случиться. Надя опустила глаза и вспомнила прошлое. Хотя Ли Джихо и приобрел некоторую репутацию во время экспедиции, по-настоящему знаменитым он стал именно после того, как победил Гадавиру, ядовитого дракона.
«А затем он станет героем войны против демонов».
Для настоящего момента это было будущим. В её голове звучал голос, перебирающий грядущие события одно за другим.
— …Должно быть, сейчас его превозносят как бога.
— Иными словами, родился соперник, способный противостоять вашей репутации. Герцог собирается любыми способами выставить его героем.
— Это очевидно.
На самом деле герцог Балазит делал всё возможное, чтобы раздуть героические достижения своих людей. Прямого вреда Винтерфеллу это не наносило, но они никак не могли поздравить своего политического оппонента с такими хорошими новостями.
Но это не значило, что Гленн мог помешать герцогу поднимать свой авторитет в столице. Всё, что они могли делать, — это наращивать мощь собственной территории.
— Что бы они там ни делали, мы просто должны делать то, что должны. Оставаться верными своему долгу, — продолжил Гленн, цокнув языком.
— Да!
Но он также смутно чувствовал, что всё будет не так просто.
http://tl.rulate.ru/book/61344/16046323
Готово:
