Глава 182. Через несколько часов после того, как мы разделились с Хуу, мои разведчики наткнулись на следы, ведущие к месту назначения. Найти их было несложно, учитывая, что кто бы это ни был, он уничтожил всё на своём пути. Но я всё равно не понимал, как они могут определить следы группы численностью около ста человек. Когда я спросил об этом, мои люди только неловко пожимали плечами и указывали на беспорядочные следы, словно это было что-то очевидное, но я, видимо, слишком глуп, чтобы это понять. Мила быстро схватывала информацию, но замешательство Растрама, которое он плохо скрывал, немного успокаивало меня. По крайней мере, я не одинок в своём невежестве. Правда, это плохо для остальной моей свиты, ведь их ведут не самые компетентные лидеры. Мила лёгким ударом локтя вернула меня к реальности, и я заметил, что слишком часто моргаю, глядя на ожидающую меня свиту. Что происходит? Ах да, я лидер, я должен вести. Но всё, чего мне сейчас хочется, — это вздремнуть. Хотя с таким же успехом я мог бы пожелать себе космический корабль.
– Как далеко они от нас? – спросил я.
После короткого обсуждения моя свита скользнула в лес и двинулась параллельно тропе, держась вне поля зрения, пока мы преследовали свою цель. Хотя большую часть работы выполняли квины, бывшие солдаты Шэнь Хо двигались почти так же быстро и бесшумно, как и я. Однако несколько горных воинов под моим командованием были на другом уровне. Их камуфляжные плащи превращали их в настоящих призраков, растворяющихся в лесу. После стольких лет с Народом я всё больше убеждался, что меня усыновили горные ниндзя. Это было удивительно, пока я не понял, что в лучшем случае я — ниндзя-пехотинец. Знаете, те, которые появляются толпами и умирают, чтобы главный герой мог показать, насколько он крут и силён. Не очень-то внушает доверия, но, по крайней мере, я командир пехоты. Это... что-то значит, наверное.
Устойчивая походка Мафу съедала километры, и через час мои разведчики сообщили, что мы почти догнали нашу цель. Приказав остановиться, чтобы дать инструкции, я отпустил Милу и Растрама, а Лин отошла со своими охранниками. Я должен был отправить лидера её охраны в одиночку — она, вероятно, могла бы убить тысячи, прежде чем устать. Оглядываясь на семнадцать знакомых лиц моего отряда, я заметил, как их нервы начали сдавать. Решив, что ободряющая речь не помешает, я начал говорить тихо:
– Технически, все здесь – неудачники.
Это привлекло их внимание.
– Вы слишком неуклюжи, чтобы стать разведчиками, и слишком плохо стреляете, чтобы стать лучниками. Вы недостаточно опытны, чтобы быть в моём авангарде, и недостаточно сильны, чтобы быть моим молотом.
Ладно, хватит соли, нужно немного сахара.
– Ваш талант заключается в том, чтобы терпеть оскорбления, как и я. Мы побеждаем не потому, что обладаем превосходными навыками или тактикой, мы побеждаем потому, что выживаем там, где умирают другие. Я собираюсь выпить за каждого из вас, когда всё это закончится, так что не разочаровывайте.
Не слишком впечатляюще, но сойдёт. Кроме того, у меня не было времени. Глубоко вздохнув, я подал знак Мафу, который бросился вперёд по тропе, оставленной отрядом Осквернённых, отказавшись от невидимости. Его ноги громко хлопали по грязи и камням. Мы не были на 100% уверены, что это осквернённая военная банда, но, учитывая обстоятельства, я мог быть прощён за свои предположения. Изучая их, когда они попадались на глаза, можно было с уверенностью сказать, что это бандиты, но осквернены ли они, ещё предстояло выяснить. В любом случае, с ними нужно было разобраться.
Когда мой отряд приблизился, самые задние подняли тревогу и, двигаясь с удивительной дисциплиной, выстроились в группу с копьями и шестами, направленными вперёд, пытаясь притупить нашу атаку и окружить мою сильно превосходящую по численности группу. Жаль, я так не играю. Приказав остановиться примерно в двухстах метрах от них, я развернул лук и выстрелил. Свист стрел заполнил прежде спокойный лес, когда мой отряд растянулся в линию перестрелки, сохраняя дистанцию, пока мы рвали тетивы. Они не были лучшими стрелками, но, по крайней мере, несколько вражеских бойцов упали.
Агрессивно реагируя, противник закричал и бросился в атаку прежде, чем я успел выпустить третью стрелу. Они размахивали оружием и бросались вперёд быстрее, чем я ожидал. Тем не менее, это всё соответствовало плану. Просто двигаемся вперёд по графику. Не проблема.
Вскинув лук на плечо, я взял Мир и Спокойствие, прежде чем передать управление Бейлдагу, который немедленно взвыл, выражая вызов. Мафу бросился на ближайшего врага, который упал под клыки и когти моей обычно ласковой зверушки. Мир прорезал шею осквернённого воина, Спокойствие отклонило копьё другого, и битва превратилась в хаос.
Мафу двигался, чтобы избежать окружения, Бейлдаг обрушивался на врагов, пока я с отстранённостью наблюдал, как разворачивается битва. Моя решимость и мужество излучались наружу, как рябь на воде, уносимые моей Ци и вселяющие страх в сердца моих врагов. Бейлдаг в полной мере использовал нерешительность противника, беспрепятственно направляя Мафу через толпу, при этом с каждым ударом убивая нескольких врагов. Он впервые с момента потери Ай-Цин изливал своё горе.
Святая Мать, аура — это прямо читерство. У этих болванов на меня ничего нет.
Как будто вызванный моим восторгом, появился вражеский босс. Он ударил Мафу плечом вперёд и отправил жирного квина в грязь. Соскочив с него, Бейлдаг перевернулся в воздухе, чтобы избежать следующего удара. Массивный двуручный меч пронзил область, которую наш торс занимал всего лишь долю секунды назад.
Аккуратно приземлившись на ноги, Бейлдаг бросился на врага, чтобы обменяться ударами, в то время как я столкнулся аурами с вражеским боссом — седым, грубовато красивым пожилым джентльменом в лихой красной бандане. Сила наших аур совпадала с силой нашего оружия, Бейлдаг соответствовал. Моя аура сжималась под давлением Красной Банданы, мой разум шатался от удара, но это было ничто по сравнению с тем, что выставил охранник Лин.
Звон металла отдавался эхом в моих ушах, когда Бейлдаг ускорял темп, становясь сильнее и быстрее, чем я когда-либо. Как двое разных водителей в одной машине, наши показатели сильно различались в зависимости от того, кто контролировал.
Уклонившись от удара, Бейлдаг ухватился за возможность парировать, как только я заметил ловушку. Метнувшись вперёд, когда скрытый кинжал Красной Банданы летел к нашему лицу, Бейлдаг едва вздрогнул, намереваясь убить.
Я направил свою энергию Ци в бурный водоворот, и Бейлдаг отклонил кинжал в сторону. Лезвие, вращаясь, оставило глубокую царапину на моей щеке вместо того, чтобы пронзить лицо. Мир, меч Бейлдага, глубоко вонзился в грудь Красной Банданы. Улыбка сползла с его красивого лица, жизнь угасла в его кристально-голубых глазах. Зло не должно выглядеть так привлекательно — это несправедливо. Бейлдаг, тяжело дыша от напряжения, вытащил Мир из тела Красной Банданы и огляделся вокруг. После того как мое подразделение заманило бандитов в ловушку, их атаковали с тыла отряды Милы и Растрама. Те, проскакав на конях, безжалостно рубили врагов.
Мила подъехала с запятнанными кровью щеками и надутыми губами, ткнув копьем в тело Красной Банданы.
– Поздравляю, ты убил "отвратительного Хельвенда", бандита из Мясницкой бухты, за голову которого обещано восемь золотых. Ты всегда забираешь самое интересное. Когда настанет моя очередь драться на дуэли?
Бейлдаг молча ускользнул, измученный и, вероятно, опустошенный. Я протянул руку к ране на щеке, шириной в палец, вздрогнул и покачал головой. Клянусь, я никогда не пойму менталитет воина. Но, судя по всему, все прошло не так уж плохо. Конечно, у меня еще нет списка жертв, но... всякое случается. В конце концов, это война. Надеюсь, с Хуу все в порядке... Хотя, зная его, он справляется даже лучше, чем я. Не о чем беспокоиться.
*****
Насмешка мальчишки глубоко задела гордость Сяо Хуолонга, а упоминание о Рейне вывело его из себя. Размахнувшись плоской стороной сабли, он ударил здоровяка по челюсти, и тот, ударившись головой о стену, рухнул на землю.
– Черт, надо было подумать, прежде чем начинать с головы, – пробормотал Хуолонг. – Даже если жертва не вырублена, шок притупляет боль от дальнейших ударов. Ошибка новичка.
Он подтолкнул упавшего мальчишку сапогом, ухмыляясь. Глаза парня затуманились, кровь стекала по подбородку.
– Ты умрешь медленно и мучительно, я обещаю. Но сначала разберемся с твоими солдатами.
Глубоко вздохнув, Хуолонг схватил мальчишку за волосы и вышел из барака, используя его тело как живой щит.
Сцена, которая встретила его, не внушала доверия. Большинство его бандитов лежали мертвыми. Несколько десятков бекхайских солдат толпились вокруг, подавленные его аурой, смотря на него с выражением шока и страха. При его приближении они разбежались, что, впрочем, было к лучшему. Животные плохо реагировали на ауру, обычно впадая в ярость, а не замирая. И Хуолонг знал, насколько злобны бекхайские звери.
Осторожно шагая через заставу, он положил саблю на шею мальчишки, готовясь к реальной угрозе. Он искал неприятное ощущение столкновения с аурой другого мастера. Наверняка у этого щенка были телохранители. Секунды тянулись, пока он наблюдал за реакцией солдат и собирал уцелевших бандитов. Большинство его людей были ранены, шатаясь, шли к нему в поисках защиты. Некоторые из них вымещали злость на беспомощных солдатах.
В тени показался Маланг, который не хотел быть замеченным бекхайцами. Он быстро показал десять пальцев, затем пять, прежде чем исчезнуть. Пятнадцать уцелевших призраков. Раньше их было двадцать два. Значит, трусы спрятались при первых признаках опасности. Хуолонг недовольно поморщился. Всего их осталось меньше сорока, включая призраков. Сто двадцать бандитов были убиты за несколько минут, вдвое меньше, чем бекхаев, у которых, судя по всему, не было своего мастера ауры.
– Как они подобрались так незаметно? – пробормотал он. – Надо было поставить своих головорезов на страже. Но кто мог подумать, что бекхаи прибудут так быстро?
С яростью он швырнул мальчишку перед собой.
– Собери их, аккуратно и осторожно.
Когда все солдаты оказались перед ним, Хуолонг улыбнулся, все еще опасаясь скрытого мастера. Мальчишка, похоже, не ожидал спасения. Хуолонг знал, что нельзя расслабляться. Возможно, небольшое представление не повредит.
– Моя репутация, должно быть, падает, – насмешливо сказал он, громко, чтобы слышали все. – Сопляк, которому едва нужно бриться, думает, что может убить Смеющегося Дракона? Это неприемлемо. Нужно преподать урок.
Он театрально поднял саблю и рубанул в сторону мальчишки, но в последний момент отвел клинок, отрезав ему ухо. Парень сдавленно закричал.
Ничего. Никаких действий, ни намека на сопротивление его ауре. Неужели у мальчишки действительно не было телохранителей?
– Рейн отправит тебя в пасть Отца, – прохрипел мальчишка, хватаясь за голову. Кровь сочилась сквозь пальцы. – Крутой ублюдок.
– Громкие слова для большого человека, – усмехнулся Хуолонг, шлепнув его по щеке. – Ты надеешься разозлить меня, чтобы я убил тебя? Но этого не случится.
Он нанес сокрушительный удар ногой по ребрам, вызвав еще один крик.
– Чертов трус, – прохрипел мальчишка. – Не можешь драться без своей ауры.
– Никто не может говорить со мной так и остаться в живых, – огрызнулся Хуолонг.
Без предупреждения его клинок скользнул вниз и пронзил живот мальчишки, после чего он вытащил оружие обратно. Прошли напряженные секунды, прежде чем он, наконец, со смехом позволил солдату упасть.
– Черт, похоже, бекхаи не очень-то заботятся о своих детенышах, отправляя их одних в пасть дракона, – насмешливо сказал он, наклоняясь к своей жертве. – Ты облажался, парень.
Кровавая слюна описала дугу в воздухе и упала к его ногам. Мальчишка не терял дерзости, но Хуолонг лишь небрежно рассмеялся.
– Ты надеешься разозлить меня, но этого не случится, – повторил он, нанося еще один удар ногой.
Хуолонг схватил мальчишку за волосы и притянул его к себе, чтобы посмотреть в глаза. Он ждал, когда в них появится страх, но вместо этого увидел лишь ярость.
– Только мускулы, а мозгов ноль, – прошипел Хуолонг, ухмыляясь. – Прибежал сюда, чтобы убить моих людей? Я заставлю тебя проклинать твою мать, шлюху, которая тебя родила. Ты пожалеешь, что она вообще раздвинула ноги. Но не раньше, чем каждый из твоих людей будет умолять меня о смерти.
Глаза мальчишки сверкнули, а улыбка Хуолонга стала еще шире. Он почувствовал слабость в его взгляде.
– О, тебя это пугает, да? Сначала я хотел разобраться с тобой, но теперь передумал. Начну с твоих маленьких солдатиков.
Он тащил мальчишку за собой, расхаживая перед строем пленных солдат. Его взгляд скользил по лицам, выбирая жертву.
– С кого начать? – задумчиво произнес он. – Держу пари, ты запал на одну из этих девушек, да? Не стесняйся, скажи дяде Дракону. Может, я даже позволю тебе попробовать, прежде чем отрежу тебе кое-что и скормлю это тебе же. Хотя нет, лучше не портить сюрприз. Интереснее будет самому догадаться.
Он протянул руку к одной из женщин-солдат, погладил ее по щеке. Его пальцы скользнули по ее губам, а глаза наблюдали за реакцией мальчишки.
– Гнев, но не паника, – усмехнулся Хуолонг. – И к тому же, она слишком стара для тебя. Я вернусь к ней позже.
Он обернулся к остальным пленным.
– Милые девочки, я и мои мальчики повеселимся с вами. Но не волнуйся, – он повернулся к мальчишке, – я позабочусь и о твоей любимой. Даже позволю тебе посмотреть. Я ведь такой добрый.
Мальчишка напрягся, но Хуолонг сделал вид, что не заметил. Он прошел мимо двух дрожащих близняшек, наблюдая, как ребенок расслабляется.
– Боже мой, я всегда мечтал побегать за близняшками, – с сарказмом произнес он.
– Убери от них руки, грязный ублюдок! – закричал мальчишка, пытаясь вырваться. – Убери от них руки!
Хуолонг рассмеялся.
– Слишком просто. Ты влюблен в них обеих? Черт, твои глаза слишком велики для твоего живота.
Он бросил мальчишку в сторону и лениво потянулся к близняшкам.
– Ты не знаешь, что делать с такими красивыми женщинами, как они...
В этот момент мир вокруг Хуолонга взорвался болью. Его дыхание перехватило, и он рухнул на землю. Лежа на спине, он смотрел в небо, слыша лязг оружия и крики людей. Его тело отказывалось слушаться, руки судорожно сжимали грудь. Он хрипел, пытаясь вдохнуть.
– Что случилось с моей аурой? – прошептал он.
Он попытался собрать внутреннюю силу, вызвать эмоции, чтобы восстановить защиту. Но его аура, словно свеча, погасла, столкнувшись с чем-то твердым, как гора.
Звуки битвы стихли. Хуолонг лежал беспомощный, голова кружилась, легкие горели. На него упала тень. Он поднял глаза и увидел желтые, полные ненависти глаза молодого волка.
Тот мрачно ухмылялся, медленно поднимая массивный ботинок.
Сапог с грохотом опустился на лицо Хуолонга. Боль пронзила его, зубы загремели во рту, в ушах зазвенело. Он почувствовал привкус крови.
– Дядя Калил, когда ты успел так окрепнуть? – услышал он голос молодого волка.
Хуолонг с трудом повернул голову и увидел огромного мужчину, рядом с которым молодой воин казался карликом.
– Хватит, племянник, – сказал Калил.
– Почему ты не начал действовать раньше? – спросил молодой волк.
– Как ты думаешь, я спасу тебя, пока этот трус держит клинок у твоего горла? Твоя мама изобьет меня до полусмерти, если ты вернешься домой с меткой. Так что лучше начни исцеляться сейчас.
Калил ткнул Хуолонга ногой.
– Если он тот, кого здесь называют драконом, то я очень разочарован.
– Он мой, дядя, – прорычал молодой волк. – Он убил Ягу.
– Нет, мальчик, – Калил погладил его по голове. – Это суровая правда, но ты должен ее услышать: твои действия стоили Яге жизни. Ты позволил жажде битвы захлестнуть тебя и бросился вперед без помощи. Ты знал, что Смеющийся Дракон может быть здесь, но не принял мер предосторожности. Идиотский план – "приехать и убить их всех"? Ты можешь лучше. Я не всегда буду рядом, чтобы охранять тебя. Умерь свою жажду крови и научись высвобождать ее в нужное время, или не только твой квин заплатит за это жизнью.
– Никчемный? – хрипло прошептал Хуолонг. – Ты знаешь, кто я?
– Да, я видел таких, как ты, сотни раз. Ты трус, – ответил Калил, снова ткнув его ногой. – Ты сгустил свою ауру? Нет, ты обманул себя. Ты получал силу от Отца, и с тех пор у тебя мания величия. Ты хулиган, который цепляется к слабым и боится честной борьбы. И самовлюбленный, судя по твоей "героической" личности. Меня от тебя тошнит, так что заткнись, пока я не заткну тебе рот сам.
Хуолонг задрожал перед гнетущей аурой Калила. Он не мог сопротивляться ей дольше одного удара сердца.
– Я все еще хочу сам убить его, – сказал молодой волк.
– Нет, – твердо ответил Калил. – У нас достаточно пленников для Маршала. Этот ублюдок – публичная фигура, и у майора будут вопросы к нему. Кроме того, – он добавил, – ты забываешь, кто едет рядом с майором. Его ждет судьба хуже, чем ты можешь себе представить, как только мы передадим его Шрайк.
При упоминании Кровавой Жрицы Хуолонг закричал:
– Маланг! Ублюдок, спаси меня!
Его крики оборвались, когда очередной удар сапогом по голове погрузил его в темноту.
– Пожалуйста, нет... это не может так закончиться... – прошептал он, теряя сознание.
http://tl.rulate.ru/book/591/477975
Готово:
