Отвращение Йо Линя к собственным подчинённым росло с каждой минутой: защитники Шэньцзиня безжалостно громили его Мясников – сборище никчёмных, бесполезных бездельников. Он годами трудился, добывая необходимые ресурсы, чтобы снабдить их лучшей Рунной Бронёй и оружием, пролил немало пота и сил, обучая и выковывая из них воинов, но им всё равно нельзя было доверить даже расправу с отбросами регулярной армии. Да какие там отбросы – большинство защитников Шэньцзиня были простыми стражниками, мусором, не прошедшим даже по заниженным армейским меркам, у которых едва-едва теплились Ядро и пульс.
И теперь эти отбракованные калеки доминировали на поле боя, а его «элитные» Мясники оказались не более чем никчёмным сбродом. Йо Линь ослеп от собственной гордыни, ожидая, что эти отбросы общества и шваль смогут взлететь к Небесам одним прыжком под его Направлением, но это было столь же бесполезно, как рисовать змее ноги. Знай он, что они облажаются столь с треском, он бы не стал так хорошо их вооружать – колоссальная трата времени и ресурсов. Из-за этого катапультам Сяобо запретили стрелять в круговерть рукопашной схватки из страха повредить драгоценные доспехи и мечи Йо Линя – имущество, которое всё ещё могло ему пригодиться, в отличие от безмозглых идиотов, державших его в руках. Туда им и дорога, пусть гибнут в бою: выжившим точно не понравится его «награда», ведь он твёрдо вознамерился смыть позор посредственности со своего имени.
Впрочем, неважно, Шэньцзинь скоро падёт, и тогда он сможет начать всё заново. Ген пригодится для восстановления сил, но сейчас этот мальчишка превратился в сопливую размазню и забился в угол, оплакивая потерю своей «жены». Поскольку Падающий Дождь обречён на смерть и, скорее всего, уже мёртв или умирает, единственным другим кандидатом в преемники для Йо Линя оставался золотой мальчик Коалиции – Дастан. Далеко не идеальный вариант: парень был столь же заблудшим, как Гао Цю, но и вполовину не столь талантливым – разочарование во всех отношениях.
Да и зачем Йо Линю вообще нужен преемник? Ему самому осталось жить ещё немало лет, а в Шэньцзине полно талантов – возможно, среди стада кур он ещё отыщет журавля. Силы Коалиции могли бы стать неплохой отправной точкой, особенно Сяогун и его личная гвардия. Сяобо же был потерян для дела – обычная марионетка, чей разум добрых десять лет разрушали шептавшие в уши Духи. Не будучи Истинным Просветлённым, этот советник был лишь личным проектом Йо Линя, одним из многих брошенных на ветер семян, давших прекрасные всходы. Направляя восхождение безвестного торговца к власти, Йо Линь натравил Духов на силу воли и самодисциплину Сяобо, склоняя его к самым низменным порокам и плотским грехам, шаг за шагом подтачивая его решимость. Теперь разум этого дурака был настолько одурманен зельем и выпивкой, что любой шёпот Йо Линя он принимал за собственные мысли, полагая, будто всё ещё контролирует себя. Инструмент, превзошедший по полезности даже Цзянхуна, пусть и с неприятным побочным эффектом в виде превращения человека в распущенного, отвратительного неряху. Всё стало настолько плохо, что Йо Линю в последние годы приходилось лично контролировать каждое появление Сяобо на публике, дабы тот не скатился в очередной приступ онанизма с разбрасыванием собственных испражнений.
Или чего похуже.
К счастью, богачам часто прощали подобные девиации. Благодаря информации, которую поставлял Йо Линь, Коалиция набрала силу, превзойдя Альянс и Союз, пряча свои богатства и переправляя их на его остров. Теперь, благодаря всем его усилиям, победа наконец была близка. Город отрезан от внешнего мира, и как только с Магистратом и его солдатами будет покончено, Йо Линь сможет сам написать историю событий в Шэньцзине, распространив её через обширное влияние Коалиции. Что-то похожее на правду: например, будто коррумпированный Магистрат восстал против Империи, устроив резню горожан и советников на улицах. Но его коварные планы, поддержанные Корсарами и Бэкхай, были сорваны союзом Цзянхуна, Сяогуна и героического Йо Линя из Мясного Залива.
Одним взмахом кисти превращая чёрное в белое, а верх в низ, он едва сдерживал ликование.
Война ещё не была выиграна, Возвышенные всё ещё держались против его Трансцендентных. Но это ненадолго: его марионетки отлично справлялись со своей задачей, изматывая противников бесконечной выносливостью и поразительной стойкостью, не говоря уже о постоянной угрозе их разъедающих телесных жидкостей. Покрасневший от напряжения и обливающийся потом Лэй Гун больше не доминировал на поле боя, его вспышки Молнии становились всё более редкими. Избавившись от угрозы его разрушительной силы, Трансцендентные зажали Возвышенных в тиски, готовые вот-вот сломить сопротивление и вырвать победу. Всё ещё опасаясь Оуян Юйхуань с её железным посохом, Йо Линь повернулся и усмехнулся при виде мучений тучного Магистрата, чьи брыли тряслись от напряжения в бою. С булавой в руке Йо Линь двинулся к Магистрату и Бэкхай – эти две силы объединились посреди моря Мясников и, окружённые со всех сторон, отчаянно пытались пробиться к нему.
Их намерения были ясны: они оскалили клыки и выпустили когти, поставив всё на один бросок костей в надежде одолеть легендарного Призрака. Глупцы и мечтатели, но он не мог отказать себе в удовольствии растоптать их надежды каблуком. Наступление Бэкхай захлебнулось, когда его Аура обрушилась на них, и Мясники расступились, пропуская хозяина. Позади всё ещё бушевала яростная битва, но впереди всё замерло – наступило тишина перед бурей. Обе стороны расступились, освобождая место по мере его приближения; защитники Шэньцзиня задыхались под тяжестью его могущества. Прощупывая их оборону своей Аурой, Йо Линь выискивал тех, кто был достаточно силён, чтобы сопротивляться ему, и увиденное его удивило.
Пять Аур оказались слишком плотными, чтобы их раздавить, и не исключено, что другие затаились в засаде – гораздо больше, чем ожидалось. С Магистратом совладать было легко, как и с массивным воином Бэкхай рядом с ним, который впечатляюще превосходил чиновника и ростом, и весом. Ещё была обожжённая женщина Бэкхай с цепью и серпом и её спутник с кинжалами – оба слишком молоды, чтобы представлять реальную угрозу. И наконец, знакомое лицо с янтарными глазами – тот самый несостоявшийся убийца из ресторана.
Эти мастера Бэкхай заставили Йо Линя пересмотреть свои взгляды на уединённые горные племена. После встречи с Падающим Дождём и янтарноглазым убийцей он допускал мысль, что Бэкхай – такие же Просветлённые, и их можно переманить на свою сторону, но ни один из стоявших перед ним мастеров не был отмечен любовью Духов. Жаль, но эта жалкая горстка воинов падёт под его мощью. Окинув их насмешливым взглядом, Йо Линь широко раскинул руки в приглашающем жесте.
— Вы долго и упорно пробивались сюда, и всё напрасно, — сказал он. — Идите же, я покажу вам, что значит «над людьми есть другие люди, а над небесами – другие небеса».
Мясники взревели от восторга, громогласно скандируя его имя; воздух вибрировал от возбуждения, пока Духи подталкивали его к кровопролитию и резне. Навстречу ему вышел несостоявшийся убийца: на плече он небрежно держал массивную глефу, на бедру покоился меч, а сам он выглядел совершенно расслабленным. Прокрутив оружие в воздухе, воин с силой опустил древко на камни – эхо этого удара заставило замолчать ликующих Мясников.
— Я Старший капитан Герел, — уверенно произнёс он. — Хишиг клана Бэкхай.
— А, так у безымянного убийцы есть имя: Жнец Демонов, — Йо Линь разочарованно покачал головой. — И это лучшее, что может предложить Шэньцзинь? Безбородый, лысеющий мальчишка с раздутой репутацией? — Его Мясники разразились хохотом, и Йо Линь выждал, пока они утихнут. — Я уже побеждал тебя однажды, малец, когда все преимущества были на твоей стороне. На что ты надеешься в открытом бою?
Герел молча буравил Йо Линя яростным взглядом, игнорируя насмешки и оскорбления толпы. Защитники Шэньцзиня стояли в нерешительности – все их надежды теперь покоились на плечах этого неизвестного воина. Их колени дрожали, плечи были опущены, в воздухе висели отчаяние и безнадёга, пока Духи искали новые тела для вселения. Возможно, Йо Линь даже предложит им место в своей новой армии, если они каким-то чудом переживут следующие несколько часов. Эти мужчины и женщины демонстрировали решимость и стойкость, чего нельзя было сказать о его Мясниках.
Но об этом можно подумать позже, сейчас нужно было работать.
Бросив шлем стоявшему рядом Мяснику, Йо Линь небрежно направился к Герелу, готовый покончить с сопротивлением Шэньцзиня. Герел рванулся в атаку, нанося рубящий удар, но Йо Линь легко отмахнулся от тяжеловесного выпада, посмеиваясь над тщетными усилиями.
— Давай, парень, покажи хоть немного задора, — подзадорил он. — Я впечатлён тем, как быстро ты оправился, но тебе нужно постараться получше.
Герел атаковал снова, осыпая его градом ударов – непрерывной серией рубящих и колющих выпадов. Парируя и блокируя каждый из них, Йо Линь не умолкал ни на секунду, словно они пили чай, а не дрались насмерть.
— С другой стороны, я бы оставил тебя при себе – нет ничего лучше закуски, которая сама исцеляется, — продолжал Йо Линь. — Я больше никогда не буду голодать. Это весьма забавно, мне ещё не доводилось есть одного и того же человека дважды, хотя ты можешь оказаться жестковат на мой вкус. Кстати, где Падающий Дождь? Говорят, он Бессмертный, я бы хотел это проверить.
Герел сражался в суровом молчании, пока Йо Линь сыпал угрозами. Позволив противнику измотать себя, Йо Линь подловил момент, когда глефа Герела ударилась о камни, и с силой пнул его прямо в живот. Согнувшись пополам, воин отшатнулся назад, едва увернувшись от последующего удара булавы, которая прошла в считанных сантиметрах от его головы. Давая Герелу время прийти в себя, Йо Линь зевнул и почесал подбородок, работая на публику. Заблокировав слабый выпад, он перехватил древко глефы и, превзойдя соперника в силе, с отчётливым хрустом всадил тупой конец оружия Герелу в колено. Насладившись болезненным стоном, Йо Линь принялся играть с ним, без труда пресекая любые попытки вернуть оружие. Неожиданно отпустив древко, Йо Линь рассмеялся: Герел покачнулся от внезапной свободы, едва не рухнул на задницу и запрыгал на одной ноге, пытаясь удержать равновесие.
— Жалкое зрелище, — бросил Йо Линь. — Отложи свою глефу и достань меч, мальчишка, тогда у тебя появится хоть какой-то шанс.
Ответа не последовало. Герел пригнулся, перенося вес с травмированного колена и выставив глефу вперёд, словно копьё. Бесполезно. Уклонившись от вялого выпада, Йо Линь сократил дистанцию и подсек соперника подножкой, отправив его на камни. Небрежным движением ноги Йо Линь прижал глефу к земле, пока Герел откатывался в сторону, поднимаясь на ноги с искажённым от злости и стыда лицом. Меч покинул ножны без единого слова, и битва разгорелась с новой силой. Удары и выпады, финты и замахи – рыночная площадь наполнилась звоном стали о булаву. Парень был быстр и искусен не по годам, но всё же не чета Йо Линю. Слишком предсказуемый, горячий молодой талант, коих пруд пруди. Стоит показать ему слабость, и этот идиот больше ничего не видит – каждый удар летит в открытое лицо Йо Линя. Простая уловка превратила лёгкую победу в детскую забаву, позволяя защищаться с минимальными усилиями.
Получая искреннее удовольствие от этого представления, Йо Линь затягивал бой, оставаясь в обороне и улыбаясь, даже не вспотев. В конце концов парень осознал свою ошибку, но было уже поздно: его силы иссякли, ведь он всё ещё не оправился от тяжёлых, смертельно опасных ран, полученных всего два дня назад. Выбив меч из его руки, Йо Линь схватил Герела за шиворот и оторвал от земли. Выдержав драматическую паузу, он откинул голову назад и с силой впечатал лоб в лицо Герела, наслаждаясь хрустом ломающихся костей. Шатаясь и теряя фокус, Герел отступил, а из его сломанного носа хлынула кровь. Йо Линь же стоял, закинув булаву на плечо и уперев руку в бок, под неистовый восторг своих Мясников.
Один из воинов Бэкхай подхватил Герела прежде, чем тот упал, и увлёк его назад, в безмолвный строй. Несколько минут никто не решался выйти вперёд, и Мясники Йо Линя начали улюлюкать и свистеть, обзывая солдат и стражников трусами. Подняв руку, чтобы унять толпу, Йо Линь ухмыльнулся врагам, глядя прямо на Магистрата.
— Ну? Кто следующий?
Хоть Тунцзу и пытался скрывать эмоции, его вид говорил сам за себя: он оглядывался по сторонам в поисках спасителя, пока его последняя надежда таяла на глазах. Это было восхитительно – Йо Линь упивался его отчаянием и горем, предвкушая момент, когда они сменятся ужасом и паникой. Возбуждённые этой сладкой трапезой Духи шептали каждому, кто был готов слушать, чуя слабость и шанс обрести плоть; решимость защитников Шэньцзиня таяла с каждой секундой. Закрыв глаза, Тунцзу глубоко вздохнул и сделал шаг вперёд. Йо Линь улыбнулся, понимая, что победа уже у него в кармане.
— Воины Шэньцзиня! — Начал Тунцзу, выдержав паузу. — …В атаку!
… Что?
Даже его собственные солдаты опешили, но Магистрат увлёк их личным примером: его огромное брюхо колыхалось, когда он тяжело побежал по открытому пространству прямо на Йо Линя. Настроение Йо Линя испортилось, он с презрением посмотрел на жирного ублюдка, у которого отваги было явно больше, чем ума. Встретив удар лоб в лоб, он удивлённо повёл бровями – их силы оказались почти равны. Конечно, это был удар одной руки против двух, небрежный взмах против всего, что вложил в выпад Тунцзу, но даже так это впечатляло. Ударив Магистрата в челюсть, Йо Линь замахнулся булавой для смертельного удара, но тут же перевёл оружие в блок, перехватывая меч крупного воина Бэкхай.
— Меня зовут Вичер, — ухмыльнулся здоровяк, оказавшийся невероятно лёгким на подъём. — Запомни это имя перед смертью, бандит.
Несмотря на всю свою браваду, Вичер справился едва ли лучше Тунцзу – удар коленом в живот заставил его пошатнуться. Снова прерванный на полуслове, Йо Линь пригнулся, уклоняясь от свистнувшего в воздухе серпа: к нему уже бежали обожжённая женщина и её напарник. Столько надоедливых букашек, и их упрямство приводило Йо Линя в ярость – вся армия бросилась на его Мясников. Он ведь доказал своё превосходство, показал, что их борьба напрасна, но они всё равно продолжали драться. Зачем?
Цепь обвилась вокруг его булавы, и времени на размышления не осталось. Мощным рывком Йо Линь оторвал женщину от земли и потянул к себе. Её спутник с парой коротких мечей попытался перехватить его, но Йо Линь, защищённый булавой и доспехами, мог позволить себе проигнорировать этого дикаря. Женщина была опаснее – её оружие двигалось непредсказуемо, его нельзя было заблокировать, так что лучше сначала разобраться с ней.
Или так ему казалось. Почуяв опасность, он опустил взгляд и увидел, что клинки мечника раскалились докрасна, готовые вонзиться ему в живот. Ахнув от неожиданности, Йо Линь уклонился, ударив мечника локтем, но пылающие лезвия успели прочертить полосы по его броне. Одним ударом они преодолели её защитные свойства и частично расплавили нагрудник, кишащий Духами, – их вопли наполнили воздух, когда они бросились наутёк в поисках новых тел.
Резким взмахом запястья освободив цепь, обожжённая женщина отступила на безопасное расстояние, пока мечник приходил в себя. Оправившиеся Тунцзу и Вичер присоединились к ним – четверо мастеров окружали его. Поодиночке они не представляли угрозы, но двумя руками не заблокировать четыре меча, а его неприступная броня превратилась в оплавленный шлак. Вокруг него Мясники отступали под яростным натиском защитников Шэньцзиня – никчёмные бандиты показали своё истинное лицо, разбегаясь толпами. Пытаясь выиграть время, чтобы перегруппировать силы, он злобно зыркнул на мечника и обожжённую женщину:
— Ваши имена?
— Турсинай из Бэкхай.
— Тэндзин, взаимно.
Их краткий ответ едва не довёл его до безумия. Времени на приказы не осталось – четверо мастеров ринулись в атаку. Вокруг воцарился хаос: защитники и Мясники смешались в яростной круговерти рукопашной схватки. Уходя в сторону, Йо Линь прикрылся тушей Магистрата от остальных троих, глубоко вздохнул, наполнил лёгкие Энергией и издал громоподобный, оглушительный крик. Магистрат отшатнулся, зажимая окровавленные уши, но остальные трое не пострадали – они были готовы к этому приёму и защитили уши с помощью Ци. Чёрт, должно быть, Герел предупредил их, как же это раздражает! Цепь Турсинай обрушилась сверху, проходя сквозь камни и грязь, словно сквозь воду, и вынуждая его подставить незащищённый левый фланг Вичеру и Тэндзину. Пользуясь защитой огромного щита и меча легконогого гиганта, Тэндзин пошёл напролом, нанося смертоносные удары.
Впервые за пятнадцать лет Йо Линь дрался так, словно от этого зависела его жизнь, пуская в ход все уловки и хитрости. Его булава служила и щитом, и оружием; он уворачивался и изгибался, избегая удара за ударом и полагаясь на мудрость Духов. Когда Вичер отвлёкся, чтобы прикончить Мясника, Йо Линь воспользовался этим и наступил ему на ногу. Ударив массивного воина в грудь, он взвыл от восторга, услышав хруст ломающихся рёбер Вичера, а затем развернулся и отмахнулся от мечей Тэндзина – от этой сокрушительной силы лёгкий воин закружился на месте. Схватив его за загривок, Йо Линь сжал пальцы, ломая шею Тэндзина, как сухую ветку, и отбросил тело в сторону. С криком тоски и ярости Турсинай бросилась на него, лишая себя единственного преимущества. Прервав её выпад ударом ладони, он схватил её за обожжённое плечо и сжал пальцы – они пронзили полузажившую кожу, вырвав кусок плоти, и женщина потеряла сознание от боли.
Покончив с последним из противников, Йо Линь повернулся, чтобы навести порядок на поле боя, но в этот момент его настигло Послание от Сяогуна:
— На нас напали с двух сторон! Они появились из ниоткуда, их слишком много, мы не удержим позиции!
Дрожа от ярости, Йо Линь передал мысленно:
— Кто? Кто ещё остался в Шэньцзине, способный сопротивляться?
Ответ Сяогуна ударил по нему подобно молоту, и его плечи опустились под тяжестью неминуемого краха:
— Это Совет! Альянс и Союз собрали своих наёмников!
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Обливаясь потом, Чао Юн гнал наёмников вперёд, сам прячась в надёжном каменном дверном проёме.
— Вперёд! Серебряный за каждую голову бойца Коалиции! — Его голос сорвался при мысли о дополнительных расходах поверх той внушительной суммы, что уже была выплачена авансом за их услуги, но выбора не было. — Десять золотых за Сяогуна и двадцать за жабу Сяобо! За Шэньцзинь!
Это заявление вызвало радостный гул наёмников: жадность подстегнула их рвение, и они принялись нещадно рубить застигнутых врасплох врагов. Люди гибнут за металл, как птицы за еду, но Чао Юн вовсе не собирался умирать ни за то, ни за другое. Если бы проклятые Корсары не удерживали все его богатства, он бы уже давно был в десятках километров отсюда, на пути к безопасной гавани Цзю Лань.
Покосившись на своего пленителя в доспехах, Чао Юн достал карманные часы, чтобы проверить время, и набрался смелости заговорить. Хоть он ничего не смыслил в воинском искусстве, Чао Юн знал толк в вещах, а небесно-голубая Рунная Броня его пленителя стоила целое состояние. Сапоги, поножи, нагрудник, латные рукавицы, наплечники и шлем – покупка хотя бы одной детали разорила бы любой, даже самый богатый благородный дом, а весь комплект равнялся годовой прибыли Альянса. Даже Ублюдок Лю говорил с этим человеком в доспехах с почтением, и Чао Юн не собирался его злить.
Почистив горло, Чао Юн поклонился своему пленителю и замер, не смея поднять глаз.
— Угодны ли вам мои труды, великий? Я сделал всё, как вы просили: собрал всех оставшихся в городе наёмников и привёл их сюда. Уверен, моё присутствие здесь больше не требуется, ведь я совсем не воин. Не могли бы вы поговорить с Ублюд… кхм, с уважаемым воином Лю Ши насчёт моих лодок…
Фигура в доспехах фыркнула, и из-под забрала раздался глухой голос:
— Да ладно тебе, не суетись, битва только-только началась. Работы ещё полно. Кстати, приметная у тебя безделушка. Дай-ка взглянуть.
Латная ладонь требовательно зависла перед лицом Чао Юна, и тот, сжавшись от страха, протянул карманные часы.
— Это часы ручной работы, заказанные за огромные деньги, при их изготовлении было использовано сто восемь различных драгоценных камней. Пожалуйста, примите их в качестве моего скромного подарка.
— Глупая штука эти ваши часы, но раз уж предлагаешь – не откажусь. Никогда особо не понимал смысла «следить за временем», странная какая-то идея. Следи не следи, а время никого ждать не станет. Хотя я думал прикупить что-то такое для своего пацана, он как раз ныл, что свои потерял.
Прекрасно, этот человек – круглый идиот. Снова откашлявшись, Чао Юн спросил:
— Так насчёт моей просьбы? Как я уже сказал, пользы от меня здесь никакой, вы и сами отлично справляетесь. У меня на лодках могут найтись и другие безделушки для вашего мальчика, — его четыре верных охранника тоже были на лодках, так что пойдём со мной, дурак в доспехах. — Сколько лет молодому господину?
— Да шут его знает, я же говорю – за временем не слежу, — хлопнув Чао Юна по плечу, пленитель продолжил:
— В общем, мы пока никуда не уходим. Мне нельзя светиться, правила всякие и всё такое, так что ты побудешь моими руками. — Усмехнувшись под нос, он добавил: — И даже не думай сбежать, а то мне придётся тебя пришибить.
Со слезами на глазах Чао Юн вернулся в своё укрытие в дверном проёме, наблюдая за ходом сражения и совершенно ничего не понимая в этой неразберихе. Наёмники Коалиции выглядели грозно в своих зелёно-золотых доспехах, в то время как его собственные были одеты в лохмотья и кожу – зрелище не из лучших. Ему оставалось лишь молиться о победе или, на худой конец, о том, чтобы его глупый пленитель уберёг его от смерти. С другой стороны, возможно, всё складывалось к лучшему. Если они победят, он сможет заявить, что именно он спас город.
«Чао Юн, герой Шэньцзиня» – звучало весьма недурно.
http://tl.rulate.ru/book/591/22918308
Готово:
