Глава 124. Джимджем мурлыкал от удовольствия, положив голову на колени Сун, пока она расчёсывала его шерсть у дома Целителя Тадука. Она любила ухаживать за котёнком Мастера и за двумя другими, которые требовали не меньше внимания. Аурика было легко причесать, но шерсть Джимджема была сплошь в узлах и колтунах. Рэйн был слишком ленив, чтобы как следует заботиться о своих питомцах. Если ничего не делать с такой шерстью, она превратится в жёсткую массу, и тогда придётся браться за ножницы. А Сун не хотела срезать такой длинный и красивый мех. Осторожно работая, она наносила на шерсть кота вязкую смесь, тщательно втирая её, чтобы распутать узлы перед расчёсыванием. Заглянув в плошку, Мастер с любопытством склонила голову набок.
– Сун, а что в плошке? – спросила она.
Прервавшись, девушка опустила голову в знак уважения.
– Мастер, в плошке простая смесь из обычных трав: лунной росы, левкоя седого, азоллы и сладкой мяты. Она сделает шерсть Джимджема мягкой, чтобы ваша недостойная служанка смогла её расчесать.
– А на людях... это работает?
– Да, Мастер. Куртизанка, служившая старому мастеру, использовала её по ночам. Когда она привлекла его внимание, другие девушки тоже стали так делать.
– Ты можешь сказать, где найти нужные травы и как их смешивать?
– Ваша недостойная служанка позаботится о том, чтобы это средство было доступно вам каждую ночь.
Убрав плошку в сторону, она уже собралась уходить за ингредиентами, но Мастер остановила её, и Сун послушно склонила голову.
– Я не просила тебя её делать. Я спросила, не хочешь ли ты научить меня.
– Прошу прощения, Мастер. Ваша недостойная служанка всё понимает и с радостью поделится с вами своими знаниями.
Мастер вздохнула и покачала головой.
– Мне не нравится это «недостойная служанка». Это ничем не лучше «жалкой рабыни». Этот дурак Рэйн, как он смеет тебя так унижать? Позволь спросить: хоть ты и перестала говорить «ваша жалкая рабыня», перестала ли ты так думать о себе?
Сун запаниковала и опустила голову ещё ниже, хотя это было непросто, ведь Джимджем трогал её лапой, требуя продолжать чесать его.
– Ваша жалкая рабыня просит прощения за то, что переступила черту, и молит о наказании. Она знает своё место и надеется верно служить Мастеру изо всех своих ничтожных сил. Ей не стоило слушать Рэйна и его лживые речи. Она дала клятву и будет рабыней до конца своих дней.
Мастер мягко приподняла голову Сун, чтобы заглянуть ей в глаза.
– Сун, ты меня не поняла. Я на тебя не сержусь. Ты не рабыня, но я знаю, что ты не веришь мне, когда я говорю тебе это, – проговорила Мастер, садясь рядом с ней и кладя голову на её плечо. – Мне всё равно, как ты зовёшь себя. Просто помни, что ты мне не рабыня. Мне неважно, что ты мне не веришь, я докажу тебе это, сколько бы времени на это ни ушло. Хм, я думала, Рэйн будет относиться к тебе с большим пониманием, учитывая, что он сам был рабом в прошлом. Я была права, когда переживала, что он будет плохо с тобой обращаться.
– Рэйн был рабом? – не сдержавшись, выпалила Сун. Как он смеет вести себя так неподобающе своему положению? Если он был рабом, на нём всю жизнь будет несмываемый позор. Как Мастер может выйти за него?
– Ох, да, ты же не знала. Я сама почти ничего об этом не знаю, кроме того, что он не приносил клятвы, как ты. Баатар привёл его в дом шесть-семь лет назад. Он был кожа да кости. Я помню, он почти не мог говорить на нашем языке. Он стоял на сцене и повторял: «Падший я Рэйн».
С улыбкой Мастер рассказала, как они познакомились, и Сун внимательно слушала. Когда Мастер остановилась, чтобы перевести дух, Сун спросила:
– Рэйн ничего не знал о боевых искусствах и чи, когда его нашли?
– Да, сейчас это кажется просто невероятным. Он столького добился за такое короткое время, – с нежной улыбкой произнесла Мастер, обнимая Сун. – Я знаю, что ты была рабыней намного дольше, чем он, но, возможно, его история даст тебе надежду. И ещё, пожалуйста, не спрашивай его об этом. Он не любит об этом говорить. Всё, что мне известно, я узнала от Линь.
– Да, Мастер.
Кивнув, Сун продолжила расчёсывать Джимджема, но её мысли были в смятении. Неудивительно, что с Рэйном так хорошо обращались, если он достиг такого уровня за шесть лет. Бекхай почитали силу. Значит ли это, что если Сун сравнится с Рэйном, то с ней тоже будут так обращаться? Нет, это невозможно. Рэйн не был связан клятвами, поэтому был свободен делать то, что хотел, несмотря на своё позорное прошлое. Её гнев быстро сменился завистью, пока она работала щёткой. В груди ныло от несправедливости, но она приказала себе не быть жадной. У неё сейчас была самая замечательная жизнь, и лучше не испытывать судьбу. Если жизнь её чему-то и научила, так это тому, что всё может стать хуже в любой момент.
– Ох, Аурик, ну только посмотри, какой ты величавый пушистик! Кто у нас тут красивый котик? – воркующий голос Рэйна вывел Сун из задумчивости. Она прищурилась и посмотрела на него. Её зависть вновь дала о себе знать.
С улыбкой подойдя, Рэйн поцеловал Мастера в щёку и присел на корточки перед Сун.
– Эй... Прости, что сорвался на тебя. Я вышел из себя. Прошу, оставайся на ужин. Я приготовил пир в знак извинения. – Похлопав Джимджема по груди, он улыбнулся девушке. – И ещё спасибо, что делаешь это. Я уже подумывал обрить его, но лысые котята выглядят отвратительно.
Сун кивнула в ответ на его извинение, глядя ему в глаза, и мягко пожурила:
– Вам нужно расчёсывать их чаще, лучше всего ежедневно. Их недостаточно только купать, чтобы смыть грязь и выпадающую шерсть. Теперь, когда она знала, что он был таким же рабом, как и она, не было нужды вести себя слишком почтительно. – Эти животные заслуживают лучшей заботы, чем та, что вы им предоставляете.
– Ты совершенно права, но где мне найти на это время? – спросил он, но тут его глаза загорелись, и он склонил голову набок. – Ты хочешь за ними ухаживать? Я заплачу тебе... Сколько там платят за уход за большими кошками? Плата за работу? Да ещё не связанную с битвами?
Глаза Сун расширились, и она с надеждой взглянула на Мастера, которая с энтузиазмом кивнула и наклонилась, чтобы шепнуть ей:
– Если хочешь согласиться, запроси большую цену. Он богатый и может себе это позволить.
– ...Я всё слышу. Ты вообще на чьей стороне? – с ухмылкой спросил Рэйн.
Мастер показала ему язык и улыбнулась:
– На стороне Сун, конечно.
В итоге Мастер договорилась за неё, и Сун порадовалась хорошей новости: она сможет заработать денег, чтобы отплатить Мастеру.
Леди Мэй Линь привела близнецов, чтобы они поздоровались с Рэйном, и все уселись вокруг неё, весело болтая. Вид детей, играющих с котятами, всегда приносил ей умиротворение. Их радостный смех был для неё одним из самых прекрасных звуков на свете.
– Ах, да, Сун, – обратился Рэйн, – я хотел спросить, когда ты занималась у Ду Минь Гю, он обучал тебя таким вещам, как Усиление и Лёгкость? Я бы хотел послушать о твоих уроках, если ты не против.
Сун кивнула и начала рассказывать о упражнениях, которые выполняла в детстве. Внутри неё росло чувство удовлетворения. Добрый Мастер, работа с котятами, а теперь ещё и роль советника. Теперь она приносила пользу, и всё это благодаря Рэйну, рабу. Она всё ещё не одобряла его свадьбы с Мастером, но, возможно, пришло время пересмотреть своё отношение. Он стал лучше. Внимательно наблюдая за ним, пока он делал заметки и задавал вопросы, она чувствовала, как голова трещит от попыток разгадать его намерения. Раньше всё было проще, когда она просто ненавидела его.
Утром я вышел в прохладный туман, приветствуя новый день с улыбкой, и принялся за свои привычные дела. Покормить животных, нарубить дров, привести в порядок сад – жизнь в деревне требовала много работы, но я наслаждался этим. Труд, не требующий глубоких размышлений, помогал расслабиться и приносил удовольствие. Видя результаты своих усилий каждый день, я чувствовал, что выполнил свой долг.
Решив приготовить завтрак, я сел у печи и закрыл глаза, мысленно перебирая свои заметки. Наполнив руки энергией чи, я с энтузиазмом потер их друг о друга. Между ладонями начало нарастать тепло, и так прошло несколько минут. Мышцы заболели от напряжения, пока я пытался представить пламя между ладонями. Выбросив руки вперёд, я высвободил горячий чи в хворост, лежавший в печи, мысленно приказывая ему вспыхнуть.
...
Ничего.
– Ладно, ничего страшного, – пробормотал я. – Если не получилось с первого раза, надо пытаться снова и снова.
Используя обычные средства, чтобы разжечь огонь, я приступил к готовке завтрака, наблюдая за пламенем, разгорающимся в печи. Я решил подойти к вопросу с логикой. Наблюдать, задавать вопросы, предполагать и испытывать. Чи – это энергия, и мне нужно было превратить её в тепло.
Наблюдение: если потереть два куска дерева, появится огонь. Почему? Потому что трение создаёт тепло, а при достаточном количестве тепла дерево воспламеняется. Преобразование.
Я выдвинул гипотезу: если потереть чи, можно выработать тепло, а затем и огонь. Первое испытание провалилось, но почему? Может, моё предположение было ошибочным? Или нужно больше трения? Или я просто не могу превратить чи в пламя? Почему нужно Пробудиться, чтобы контролировать элементы? В чём разница между чи Пробуждённого и обычного человека? Почему Пробуждение помогает инстинктивно понять, как использовать чи правильно? Почему я не получил инструкций?
Честно говоря, наука – это сложно. У меня появилось ещё больше вопросов, но не было способов измерить или оценить чи. Никто не хотел делиться своим опытом, боясь, что это может направить меня по ложному пути. Хотя это раздражало, я не мог спорить с ними, ведь все они обучались одинаково. Да и это не помогало, я всё равно пытался. Возможно, я был первым человеком в истории с такой проблемой, но это лишь означало, что мне нужно работать усерднее.
Пока вода закипала, а тесто поднималось, я перешёл к следующему эксперименту. Подняв указательный палец левой руки, я наполнил его позитивным чи – радостным, бодрым и активным. В указательный палец правой руки я набрал негативный чи – грустный, тёмный и неподвижный. Представляя огонь, я поднёс пальцы друг к другу, ожидая искры.
...
Ничего. Даже покалывания.
– Ладно, ничего страшного, – сказал я себе, стараясь сохранить бодрость. – Позитивное отношение приведёт к позитивным изменениям.
К тому же, я не был уверен, что чи может быть позитивным или негативным. Новые испытания пришлось отложить – пора было готовить завтрак. В конце концов, вид сытых и счастливых близнецов всегда заставлял меня улыбаться. Может, моё счастье и не связано с управлением энергией, но оно мне не повредит.
Если подумать, моя теория тесно связана с мысленным представлением. Сун предложила мне сравнить процессы Оттачивания и Направления и найти общее. С этими двумя навыками у меня было чёткое видение цели, а с другими – лишь смутное ощущение. Помня об этом, я попробовал упражнения Ду Минь Гю прошлой ночью и добился успеха в нескольких навыках чи. Я представлял, как чи движется в моей руке и взрывается от удара, и мой коэффициент результативности в Усилении стал один к трём. За одну ночь я достиг большего, чем за последние несколько месяцев.
Подбросив близнецов до класса, я отправился в казармы, где сел, успокоился и продолжил эксперименты. Я взял меч Мир, положил его на колени и выровнял дыхание, представляя, как мой чи собирает влагу из воздуха. Пусть даже блеск влаги или одна капля – этого будет достаточно. Холодный металл меча собирал воду из воздуха – обычный процесс конденсации.
Момент истины...
Ничего. Пустота.
Моё терпение начало иссякать. Я попробовал сделать то же самое с ветром и землёй, но результат был тем же. Существовали и другие благословения, но я ещё не придумал, как проверить, есть ли у меня склонность к дереву или облаку, не говоря уже о таких туманных вещах, как звук или пространство.
– Ноль из пяти, – пробормотал я, вырывая траву из земли, чтобы выместить злость. – Позитивный настрой – просто чушь.
В назначенное время я встал и отправился на тренировочное поле, крикнув своим ребятам:
– Сегодня не будем сидеть сложа руки! Через десять минут я хочу видеть всех побитыми и в синяках, иначе заставлю каждого бегать по деревне на руках!
Я занял свою позицию, почти не замечая ударов, пока Рустрам и Булат отчаянно размахивали своими деревянными тростями. Когда время истекло, мои солдаты выглядели хуже, чем обычно. Быстрый обмен ударами сделал своё дело. После того, как они выстроились в строгие ряды и замерли, готовые внимательно слушать, я начал ходить взад-вперёд перед ними, пока они восстанавливали силы, высматривая бездельников. Остановившись около Рустрама, я спросил:
– Что скажешь насчёт вчерашней миссии?
– Мы показали этим ублюдкам из Общества то, на что они напрашивались, Босс.
Послышалось несколько одобрительных бормотаний, и ученики немного расслабились, улыбаясь друг другу.
– Особые стрелы сработали отлично. Даже несмотря на то, что мы могли пострадать от нефти, она справилась со своей задачей. Ни раненых, ни погибших, 217 убитых врагов. Чертовски хорошая работа.
Оглядевшись, я заметил, как все солдаты гордо выпрямились, и в их глазах читалось обожание.
– Вы все с ним согласны?
Они хором крикнули:
– Да, Босс!
– Что ж, вы все ошибаетесь, чёрт вас возьми! – прорычал я с притворным гневом, наслаждаясь тем, как они подскочили. Я был командиром, и в этом были свои плюсы, например, возможность сорваться на подчинённых. – Вчера я понял свои ошибки. Ваши ежедневные массажи, причудливые арбалеты, трюки и коварные замыслы – всё это я делал, чтобы вам было проще сражаться. Остальным Стражам не нужна вся эта чепуха. И знаете, почему?
Я сделал паузу для пущего эффекта и продолжил голосом, полным презрения:
– Потому что вы слабаки.
Их гордости был нанесён тяжёлый удар. Я продолжил расхаживать перед ними, видя пламя в их глазах и отстранённые взгляды. Несколько из них сердито смотрели на меня. Игнорируя их, я неодобрительно покачал головой.
– Часть вины лежит и на мне. Я вас избаловал. В армии вы – соломенные солдаты, которые должны держать оборону, пока не прибудут настоящие воины. А я продолжил эту линию мышления, превратив вас в нечто большее, чем мешки с песком, об которые может споткнуться враг. Что ж, сегодня это изменится. Вы станете настоящими воинами или погибнете.
Поскольку вы все столь неумелые, я решил разделить вас на специализированные подразделения для тренировок. Рустрам, Булат, Пран, Салук и Равил. Шаг вперёд и развернитесь к остальным.
Две группы учеников встали лицом друг к другу, нерешительно переглядываясь: пятеро солдат, которые были со мной дольше всех, напротив тех, кто пришёл после них.
– Вы пятеро будете возглавлять подразделения, и если люди под вашим началом плохо себя проявят, вы будете наказаны. Булат, выбери девять человек, которые будут разведчиками.
– А, но старина Булат не лидер, может...
– Это был не вопрос.
Равил, выбери лучших лучников, ты будешь вести подразделение дальнего боя. Рустрам, ты мой Авангард, поэтому выбери соответствующих парней. Пран, Салук, выберите самых крупных, сильных и тяжёлых отморозков из имеющихся. Ваши два подразделения будут моим Молотом.
Встав в сторонке, я дождался, пока лидеры быстро и правильно выберут своих солдат. Таким методом обучения пользовался Ду Минь Гю, а я бессовестно украл его. Сначала специализация, затем обобщение, чтобы каждый солдат был годен хоть на что-то. Ухмыльнувшись оставшимся ученикам, я ощутил удовлетворение от их нервных взглядов.
– Вы все – мои. Вашим единственным предназначением является быть избитыми, значит, этим мы и займёмся. Вы – моя Наковальня, и это означает, что вам нужно принять на себя ещё больше ударов, чем остальным.
Не обращая внимания на их паникующие лица, я начал выполнять с ними тренировочные упражнения, о которых мне рассказала Ли Сун. Простые, повторяющиеся движения, которые доводили тело до предела возможностей, заставляя человека инстинктивно привыкать к ним, что приводило к врождённому интуитивному использованию чи. Это гениально. Янь в хороших руках.
К счастью, я провёл демонстрацию, не слишком облажавшись, и стал наблюдать за тем, как каждая группа выполняет свои упражнения, давая им советы. Как только они поймут суть упражнений, я покажу им, на чём нужно сосредоточиться.
Лёгкость – это самый важный навык для каждого солдата, потому что он не только поможет им везти с собой больше вещей, но ещё и позволит путешествовать без квина. Для лучников ключевым навыком была Стабилизация, которая давала им возможность стрелять из лука, стоя на спине квина. Молоту и Авангарду необходимо изучить Упрочнение, которое позволит им сражаться массивным оружием, которое я собирался им раздать. Усиление – для разведчиков, чтобы они могли бесшумно убивать метательным оружием; они – мои будущие ниндзя. Моя же группа должна лишь научиться исцеляться быстрее, чем все остальные, а значит, им придётся получать больше ран. Проще простого.
Лучшим из всего этого было то, что теперь я мог собирать данные о том, как каждый ученик выполняет свой навык, изучить его и вывести общий шаблон или даже найти лучший способ их обучения. Я ещё не махнул рукой на технологии, но, если честно, у меня начали заканчиваться идеи. Поскольку я потерпел неудачу с огнеопасным оружием, у меня не было других вариантов, разве что раздобыть какую-нибудь взрывоопасную глину. Я был почти уверен, что она существует, но, сколько бы я ни спрашивал о ней, я натыкался лишь на недоумевающие взгляды.
Любые эффективные отравляющие смеси, способные убить или покалечить Боевого Воина или Осквернённого, включали в себя редкие ингредиенты или яд могущественных существ: и то, и другое невозможно добывать на постоянной основе. Хусольт может сделать ещё четыре арбалета вроде Громадины, но потом у него закончатся материалы. Я даже не был уверен, стоит ли оно того, может, лучше было бы заказать двенадцать луков.
Кроме того, над многозарядным арбалетом работал Чакха, но это оружие не предназначалось для моего отряда. Шэнь Хо с населением в три миллиона человек обладало постоянной армией всего лишь из пятидесяти тысяч солдат. Если вооружить десятую часть горожан многозарядными арбалетами, то армия вырастет в шесть раз. Триста тысяч человек, стреляющих по полторы стрелы в секунду, и огромные звери с ордами Осквернённых тут же потеряют большую часть преимуществ. Но для меня это не имело значения в данный момент.
Такими размышлениями занимаются люди поумнее меня, а я – человек-идея. Моя работа заключается в том, чтобы привести мой отряд к успеху и молиться, чтобы они не вышли из себя и не убили меня, пока я сплю. Может, мне стоит обучить кошек меня защищать? Я могу даже снабдить их комплектом брони и оружием. Отряд котят-самураев, прибыл защитить своего хозяина. Но, с другой стороны, они всего лишь кошки.
Я сомневался, что от них будет хоть какая-то польза. Зная, как мне обычно везёт, я был почти уверен, что они просто проспят момент, когда меня убьют, а потом, проснувшись, спокойно съедят мои останки.
http://tl.rulate.ru/book/591/150447
Готово:
