Готовый перевод Night’s Nomenclature / Номенклатура ночи: Глава 340. Допрос сердца Ли Кэ

(Перевод: Ориана)

«Меня терзают сомнения. Через три дня состоится ваша поминальная служба, и тогда вас должны кремировать. Если мы отправимся в запретное место № 002, это займет не менее полумесяца, а то и больше, – серьезно сказал Цин Чэнь. – Вы можете не успеть вернуться на кремацию».

Старик раздраженно фыркнул: «Ты вообще слышишь, что говоришь? Я что, обязан следовать этому регламенту?»

Цин Чэнь продолжил: «Но на похоронах все будут прощаться с вашим телом. Если вы сейчас сбежите, в тот момент они будут прощаться с воздухом? Это точно создаст проблемы».

«Не беспокойся об этом, – махнул рукой старик. – С нынешним уровнем технологий легко создать точную копию тела. Положат в хрустальный гроб – кто посмеет открыть его и проверить?»

«Но если прах будет не ваш, то потомки семьи Ли во время праздника Цинмин придут поклониться поддельному Ли Сюжую? Да и бумажные деньги, которые они сожгут, вы не получите», – с сомнением сказал Цин Чэнь.

(п.п. – традиционный китайский праздник поминовения усопших, отмечается на 104-й день после зимнего солнцестояния или 15-й день после весеннего равноденствия)

«Может, подумаешь о чем-нибудь из мира живых? – сказал старик. – Хватит нести чушь, пошли быстрее!»

Ли Кэ стоял в стороне, растерянный, совершенно не понимая, что происходит.

Он смотрел то на Цин Чэня, то на старика.

Его лицо выражало полную растерянность и смятение.

Почему его дедушка, который только что умер, внезапно вернулся к жизни?

Все только что плакали четыре часа. Разве они не плакали напрасно?

И еще.

Хотя он знал, что дедушка был знаком с его учителем и даже дал ему аровану, он не ожидал, что учитель и его дедушка могли разговаривать так непринужденно.

Кроме того, его дедушка, как будто, превратился в другого человека. Исчезло его былое величие, теперь он походил на худощавого старика по соседству, и его слова больше не были такими осторожными и тщательно выверенными, теперь это был обычный ничего не значащий разговор.

Старик посмотрел на Ли Кэ с легкой улыбкой: «Ты никогда не видел такого дедушку, да?»

Ли Кэ кивнул: «Такое ощущение, что вы ненастоящий».

«Просто привыкай к этому, – с улыбкой сказал старик. – Я был скован своим статусом большую часть своей жизни. Теперь я снова могу быть собой. Это своего рода печаль и своего рода удача. Надеюсь, ты не повторишь мой путь».

Ли Кэ на мгновение остолбенел. Все мечтали занять место главы семьи, но оказывается, ему самому не нравилась эта позиция.

Тут Цин Чэнь сказал: «Повремените с воспитанием внука. У меня есть вопрос. Теперь вы, естественно, можете выйти через секретный проход, а как же я? А Ли Кэ? Мы же не можем внезапно исчезнуть без всякого объяснения, верно?»

«Твои тревоги излишни. Не волнуйся. Тайный совет уже подготовил документы, разрешающие тебе отправиться в путешествие. А Юньшоу поможет подделать записи о въезде и выезде», – сказал старик.

Цин Чэнь подумал, что эти записи регистрации въезда и выезда действительно ненадежны: «Тогда пошли… По правде говоря, если вы не примете посвящение Дхармы Гуань Инь, у вас не будет возможности вернуться. Может, хотите в последний раз взглянуть на поместье Баньшань?»

Старик махнул рукой: «Нет. Я смотрел на него большую часть своей жизни, оно мне уже надоело».

Сказав это, он вошел в комнату и открыл секретный проход. Ли Кэ был ошеломлен. Он не знал, что на самом деле у двора Опавший лист есть такой секрет.

Сегодняшний день для юного Ли Кэ был слишком фантастическим. Объем информации, полученный всего за несколько часов, был таким огромным, что у него просто голова шла кругом.

Три человека вошли в секретный проход и пошли по длинному коридору длиной 2,7 километра. Ли Кэ был похож на любопытного ребенка, то и дело трогая то одно, то другое.

«Дедушка, этот секретный проход вы построили? – спросил он. – А зачем вы его построили... Значит, когда вы каждый год приходили сюда, чтобы оплакать своего учителя, на самом деле вы уходили через этот туннель? Вы уходили наружу, чтобы сделать что-то очень важное? Например, вы встречались с важными людьми из консорциумов Цин или Чэнь?»

Цин Чэнь собирался что-то сказать, но услышал, как старик вдруг закашлялся: «Ну, кхэ, кхэ, кхэ… раз уж я официально умер, не будем вспоминать прошлое!»

Цин Чэнь скривил губы. Он не знал, были ли люди, с которыми старик выходил встретиться, важными, но уж точно они были не из консорциумов Цин или Чэнь.

Они втроем дошли до конца коридора. Старик выбрал ключ и сказал: «Поедем на этой. Несколько дней назад я специально попросил Ли Юньцзина провести техобслуживание, все детали были заменены новыми».

«Ваша машина – вам решать», – сказал Цин Чэнь. Он ни разу не видел эти семь машин, главным образом потому, что не знал, где в этом жилом комплексе «Микромир» находится парковка!

Цин Чэнь подошел к шкафу, распахнул его и открыл потайной отсек с оружием на задней стенке шкафа.

Он выбрал три автоматических винтовки, три пистолета и три небольших коробки с боеприпасами.

Старик нахмурился: «Ты что, на войну собрался?»

Цин Чэнь бросил на него взгляд: «Сначала я думал, что Ли Юньцзин последует за вами, чтобы защищать вас, но вы его отпустили. В таком случае разве я не должен обеспечить нашу безопасность?»

Старик весело рассмеялся: «Я больше не глава семьи. Какой смысл убивать мертвеца? Но раз уж ты так подготовился, спасибо».

В следующий момент Цин Чэнь посмотрел на Ли Кэ: «Прежде чем отправиться в запретное место № 002, нужно сделать еще одно дело. Ли Кэ, сядь на пол, скрестив ноги».

Старик в стороне сказал: «Ты собираешься официально принять его в ученики? Ли Кэ, встань на колени и поклонись своему наставнику».

Ли Кэ на миг замер, затем плюхнулся на колени и серьезно сделал три земных поклона. Его голова ударялась об пол со звуком «бум, бум, бум». Даже слышать это было больно.

Цин Чэнь посмотрел на старика: «У нас, Рыцарей, нет ритуала поклонения».

«Неважно, он уже поклонился тебе. Если в будущем с ним что-то случится, ты будешь обязан ему помочь», – сказал старик.

Цин Чэнь: «...»

Однако, услышав их разговор, Ли Кэ внезапно поднял голову: «Рыцарь?»

В его сердце бушевали волны. По-видимому, слово «Рыцарь» имело особое очарование для детей семьи Ли!

Ли Кэ посмотрел на своего деда, а затем на Цин Чэня.

До этого старик лишь сказал ему стать учеником, но не уточнил, что Цин Чэнь был Рыцарем!

«Наставник, что вас связывает с моим седьмым дядей?» – с любопытством спросил Ли Кэ.

Цин Чэнь посмотрел на Ли Кэ и терпеливо объяснил: «Твой седьмой дядя Ли Шутон – мой наставник. С сегодняшнего дня твой седьмой дядя – твой дедушка-наставник...»

Услышав это, старик поднял бровь. Что за бардак! Как так вышло, что Ли Шутон вдруг оказался в том же поколении, что и он сам?!

Цин Чэнь посмотрел на старика: «Вы сами изволили выбрать внука. То, что порядок старшинства перепутался, не имеет ко мне никакого отношения. По идее, вы должны были выбрать правнука».

Старик раздраженно буркнул: «Давай уже начинай».

Цин Чэнь взял Ли Кэ за запястье и нащупал пульс.

Юный Ли Кэ посмотрел на Цин Чэня перед ним, который внезапно выдохнул стремительную струю воздуха, в то время как сам он немедленно погрузился в бесконечную мучительную боль.

Старик затаил дыхание. В последний раз он видел эту сцену десятилетия назад, когда Ли Шутон был принят в ученики его близким другом.

В следующий момент по обеим сторонам щек Ли Кэ расцвели огненные узоры, а его брови сложились в иероглиф «川».

Цин Чэнь молча наблюдал. Он очень беспокоился, что Ли Кэ не сможет пройти допрос сердца.

Во время испытания Ли Кэ, казалось, вернулся в свое детство.

В возрасте 6 лет он поступил в школу Ли и стал там лучшим учеником.

В 18 лет он был принят в Военную академию «Пиро», где тоже был первым.

В 22 года он присоединился к Федеральной армии в качестве лейтенанта.

В 26 лет он получил звание майора.

После этого его вызвали обратно в поместье Баньшань, и он начал работать в Тайном совете.

Семья устроила ему брак. Девушка была очень красива, но они не испытывали друг к другу никаких чувств.

Он пытался построить с ней отношения, и она тоже пыталась угодить ему всеми способами.

Как раз, когда он думал, что все идет хорошо, жена во сне назвала другое имя.

Ли Кэ поручил разведывательному отделу провести расследование и узнал, что это была первая любовь его жены.

В 34 года он стал директором Тайного совета и начал участвовать в семейных делах. Некоторые внешние СМИ стали называть его «кронпринцем семьи Ли».

Однако в его жизни остались только документы, а в его глазах – лишь глаза других людей, благоговевших перед ним.

В полночь Ли Кэ сидел в своем кабинете, без конца просматривая и подписывая документы, а затем разговаривая с разными людьми официальным тоном, который он только что освоил.

Когда в кабинете никого не осталось, он вдруг подумал…

Неужели оставшиеся десятилетия его жизни будут такими же однообразными?

В возрасте 48 лет он перенял от своего отца полномочия главы семьи.

С тех пор он редко выходил из поместья Баньшань, и куда бы он ни пошел, он не мог встретить никого, кто говорил бы ему правду.

В 60 лет Ли Кэ начал чувствовать, что его тело больше не принадлежит ему, его захватили болезни. Травмы, полученные в армии в ранние годы, начали терзать его тело и душу.

Когда ему исполнилось 80, его дом был полон детей и внуков.

Дети вдруг вынесли праздничный торт и попросили его загадать желание.

Но в этот момент Ли Кэ надолго задумался. Он, казалось, забыл, какое желание он когда-то загадывал, но оно так и не исполнилось. Какое же?

Что это было?

Ах да, кажется, стать Рыцарем.

Это было желание, которое он загадывал каждый год, но оно так и не исполнилось.

В этот момент Ли Кэ словно пал духом, как будто в одночасье из него вытянули все силы. Он как будто потерял интерес к жизни, она больше не имела смысла.

Когда ему было 90 лет, он лежал на больничной койке, понимая, что он скоро умрет.

В какой-то момент Ли Кэ внезапно понял, что когда он снова закроет глаза, он действительно уйдет в мир иной.

Внук у постели тихо спросил: «У вас осталось какое-нибудь неисполненное желание?»

Ли Кэ задумался. На самом деле его желание так и не сбылось. Всю жизнь он был «человеком, каким его хотели видеть другие», но никогда не был самим собой.

Какая долгая жизнь.

Но тут в больничную палату вошел молодой человек. Он встал перед ним, озаренный солнечным светом, льющимся из окна.

И этот молодой человек вдруг спросил: «Готов ли ты обменять все, что у тебя когда-то было, на шанс стать Рыцарем?»

«Согласен ли ты отказаться от власти, денег и славы, чтобы взобраться на гору, понаблюдать за снегопадом и последовать за мечтой?»

Ли Кэ, лежа на больничной койке, со слезами на глазах сказал: «Согласен».

Только сейчас он вспомнил, что находится в испытании «Допроса сердца», куда вошел десятилетия назад, забыв все, что было за его пределами.

Ли Кэ потребовалось почти столетие, чтобы наконец найти свое самое сокровенное желание.

Спустя неизвестное количество времени в темной комнате Ли Кэ внезапно открыл глаза и прошептал: «Наставник».

Цин Чэнь улыбнулся, очень искренне улыбнулся: «Поздравляю».

Это означало, что наследие Рыцарей во Внутреннем мире не прервалось!

Старик с любопытством спросил: «Значит, он прошел допрос сердца?»

«Конечно», – кивнул Цин Чэнь.

«А если бы он не прошел?» – спросил старик.

«Если бы он не прошел, он бы умер, – сказал Цин Чэнь и посмотрел на Ли Кэ. – Что ты пережил во время допроса сердца? Это заняло так много времени».

Ли Кэ взглянул на часы. Оказывается, прошло целых 24 часа.

Он посмотрел на Цин Чэня и спросил: «Наставник, могу я не рассказывать об этом?»

«Да, – Цин Чэнь погладил его по голове. – Допрос сердца – это личный секрет каждого Рыцаря, можешь о нем не рассказывать».

Кажется, Цин Чэнь и сам не рассказывал Ли Шутону, что его мать однажды бросила его, когда он был совсем маленьким.

«Пойдем, – с улыбкой сказал Цин Чэнь, – пойдем в запретное место № 002».

Сказав это, он изменил свою внешность и вышел.

Ли Кэ рассеянно смотрел на спину Цин Чэня. Он задумался, а что бы произошло, если бы этот молодой человек не вошел в дверь, когда ему было 90 лет и он лежал на больничной койке?

Он бы действительно умер?

Ли Кэ чувствовал, что он не сам прошел допрос сердца, а ему помог пройти этот молодой наставник.

Во время допроса сердца, в том долгом сне, когда он вошел в палату, он, казалось, был окутан слоем света.

Тут Цин Чэнь обернулся в дверях и с улыбкой спросил: «Ты чего застыл? Пошли».

«Оу», – Ли Кэ опомнился и выбежал за дверь.

…

На парковке.

Цин Чэнь посмотрел на огромный внедорожник перед собой. Он открыл багажник и проверил его: две запасные шины, четыре канистры с дизельным топливом. А на крыше – автобокс. Внутри оказались палатки и предметы первой необходимости, которые могут пригодится в дикой местности.

«Вы основательно подготовились», – восхитился Цин Чэнь.

Гораздо лучше, чем, когда Ли Шутон отвел его в запретное место № 002.

Однако Цин Чэнь вдруг заметил на кузове внедорожника эмблему в виде листа гинкго.

Он с удивлением спросил: «Подождите-ка, разве это не символ клана Цин?»

«Ну да», – сказал старик как само собой разумеющееся.

Цин Чэнь был озадачен: «Почему на машине главы семьи Ли изображен символ клана Цин?! И вы говорите об этом так спокойно и уверенно. Как будто проблема не в вас, а во мне!»

Старик терпеливо объяснил: «Когда уезжаешь из дома, гораздо удобнее иметь логотип консорциума. К тому же, если опозоришься, то смущаться будут люди семьи Цин. В чем проблема?»

«Вы действительно смелый и неординарный, – Цин Чэнь скривился. – Если это раскроют СМИ, заявив, что «глава семьи Ли использовал логотип семьи Цин, чтобы творить беззаконие», это действительно станет сенсацией для всей Федерации».

«Чего ты боишься? Главное – не попасться!» – сказал старик.

«Ладно», – вздохнул Цин Чэнь.

Но тут возникла новая проблема: кто поведет машину?

Цин Чэнь не умеет водить.

Ли Кэ был еще слишком юн и никогда не учился.

Учитель и его ученик оба повернулись к старику.

Ли Сюжуй поднял брови: «Вы, два сопляка, хотите, чтобы я сел за руль? Я старик, чья свеча может погаснуть в любой момент. В последние минуты своей жизни я хочу просто расслабиться и хорошо провести время, а вы так со мной обращаетесь?!»

Цин Чэнь развел руками: «Но мы действительно не умеем водить. Как насчет такого: вы везете нас в Четвертый район, мы подберем там другого человека, он будет нашим водителем».

Старик немного подумал: «Ну, это еще куда ни шло».

Огромный полноразмерный внедорожник выехал за пределы жилого комплекса «Микромир» и помчался в Четвертый район.

Ху Сяоню уже собрал вещи. Когда машина остановилась перед ним, он посмотрел на старика на водительском сиденье через окно машины. Тот показался ему немного знакомым, кажется, его лицо мелькало где-то в новостях…

Но он никак не мог вспомнить, кто это.

В это время старик уже приклеил себе бороду, весьма умело.

К тому же, кто бы мог подумать, что старик, который только что умер, все еще жив и теперь разъезжает по городу на брутальном внедорожнике?

Цин Чэнь помахал Ху Сяоню: «Сяоню, садись в машину, ты поведешь».

«Хорошо», – Ху Сяоню узнал Цин Чэня.

Перед этим перемещением Цин Чэнь специально показал ему маскировку, которую он собирался использовать. Это по-прежнему была внешность Зарда.

Старик посмотрел на Ху Сяоню, а затем спросил Цин Чэня: «Это и есть твой водитель? Он надежный?»

Ху Сяоню подумал, а как это он стал водителем, но возражать не стал.

Цин Чэнь сказал: «Можете совершенно не волноваться, он надежный».

«Брат Чэнь, куда мы направляемся?» – спросил Ху Сяоню.

«Покинем город 18 через южный контрольно-пропускной пункт и отправимся в запретное место № 002», – сказал Цин Чэнь.

Ху Сяоню остолбенел. Цин Чэнь раньше не говорил ему, что они отправляются в запретное место № 002!

Машины, ехавшие на юг, проезжали контрольно-пропускной пункт. Ху Сяоню вдруг обнаружил, что перед ним уже выстроились десятки внедорожников, ожидающих, пока сотрудники миграционной службы проверят документы.

Ху Сяоню спросил: «Брат Чэнь, где наши документы?»

Цин Чэнь: «Их нет».

Ху Сяоню опешил: «Что?»

Старик сказал: «Сворачивай на левую полосу и езжай прямо. На машине есть лист гинкго, логотип семьи Цин. Хотя он и поддельный, никто не посмеет его проверить».

Ху Сяоню занервничал. Он подумал про себя: дедушка, вы так спокойно признаете, что логотип поддельный. Неужели и правда не будет никаких проблем?

Перед пропускными воротами стояли десятки солдат в полном вооружении, а в небе патрулировали беспилотники. Если кто-то обнаружит, что с логотипом что-то не так, разве они не превратятся в решето?

Однако Ху Сяоню не подал виду. Он нажал на газ и проехал, не останавливаясь.

Ворота контрольно-пропускного пункта открылись. Как и сказал старик, их и правда никто не проверял!

В этот момент Ху Сяоню мельком взглянул на соседний ряд и сразу замер: «Брат Чэнь, там машины Общества Взаимопомощи. Я их узнал».

http://tl.rulate.ru/book/57415/6503218