Глава 201. Правда
<Вторая часть>
Чу Юньшэн поднялся наверх и сначала отправился на крышу, чтобы забрать запечатанного Зелёного Жука. Он действительно обнаружил, что тело этого Зелёного Жука расширилось наружу почти на десять сантиметров. Чтобы убедиться, что он не ошибся, он выпустил остальных четырёх Зелёных Жуков для сравнения.
Хотя между ними изначально была разница в размерах, она была незначительной. Теперь, когда все пятеро были собраны вместе, стало очевидно, что Зелёный Жук, съевший Махуанчунов, стал самым крупным из пятёрки.
Очевидно, это было связано с тем, что он только что поглотил большое количество Махуанчунов. Что касается конкретной причины, Чу Юньшэн надеялся найти ответ в древней книге.
Как раз в этот момент снизу, с крыши, донёсся мучительный стон Эдгара, а затем звуки ударов о мебель.
Он быстро убрал Талисман Фэншоу и вернулся на второй этаж. Он увидел, что изо рта Эдгара идёт кровавая пена, глазные яблоки закатились, а обеими руками он сжимал собственную голову, словно пытаясь оторвать её от шеи.
Как бы Чу Юньшэн ни окликал его, тот никак не мог прийти в себя.
Затем Эдгар вдруг положил голову на стол, вытащил свой кинжал и занёс его над шеей, собираясь отрубить её. Если бы не быстрая реакция Чу Юньшэна, он бы уже зарезал себя до смерти.
Чу Юньшэн никогда не видел такого абсурдного зрелища. Мысли его лихорадочно работали, и он в мгновение ока крепко связал Эдгара верёвкой из талисмана хранения. Чтобы тот не откусил себе язык и не нанёс себе увечий, он заткнул ему и рот.
Однако неожиданно шея Эдгара захрустела, словно её кто-то неведомой силой вытягивал. Если бы не вовремя сработавший талисман Люцзя, подавивший «вытягивание» шеи, Чу Юньшэн ни секунды не сомневался, что шею Эдгара попросту разорвало бы.
Первой мыслью Чу Юньшэна было, что это связано с теми Головами-монстрами. Но он ничего не знал об этом новом виде чудовищ и не мог сделать окончательный вывод. Затем он подумал: с момента появления Голов-монстров и до того, как Чу Юньшэн их уничтожил, у Эдгара практически не было возможности контактировать с ними. Единственная тварь, приблизившаяся к ним на кухне, была тут же раздавлена ногой Чу Юньшэна. Эдгар находился от неё за «тысячу ли»!
Более того, даже если дело было в той твари, почему он сам не отреагировал, а Эдгар пострадал?
Чу Юньшэн задумался ещё раз. За это время они с Эдгаром расставались лишь ненадолго: тогда он был снаружи здания, а Эдгар внутри, с пистолетом, противостоял тем выжившим.
Неужели его подставили в тот промежуток?
Чем больше Чу Юньшэн думал, тем более вероятным это казалось. Для него и Эдгара что Головы-монстры, что Споровые грибы — всё было в новинку. Но для здешних выживших, возможно, они уже давно имели с ними дело, и использование какого-то токсина не было бы удивительным.
К тому же эти люди всё время вели себя двусмысленно, словно он собирался их съесть. То «зверь», то «дьявол» — сплошная враждебность. Неудивительно, что они могли напасть на Эдгара.
Кроме того, когда он сказал, что они могут переночевать на первом этаже до утра, эти люди всё равно предпочли рискнуть в темноте и покинуть здание. Это, скорее всего, было проявлением нечистой совести.
Хотя Чу Юньшэн и не был с Эдгаром в особенно близких отношениях, но тот, наряду с Женщиной в белом, был единственным, кто, возможно, выбрался с ним из Цзиньлина, и его можно было считать «своим». Если эти выжившие могли отравить Эдгара, то могли отравить и его самого — их замыслы были злы.
Чу Юньшэн всегда придерживался принципа: не тронь меня — и я не трону тебя. Особенно в нынешнюю Тёмную эру, когда законы и мораль рухнули, защитить себя могли только меч и кровь!
Поэтому он немедленно, взяв связанного Эдгара, прыгнул на крышу и открыл огонь в разные стороны. Используя пламя, которое вспыхивало от попаданий Темноэнергетического пистолета, он вскоре обнаружил этих выживших, которые ещё не успели уйти далеко.
Чу Юньшэн слышал их тихий шёпот. Те старик и девушка были для них важными персонами.
Они думали, что он их не услышит, но не знали, что благодаря повышению уровня его восприятия и помощи талисмана Люцзя, даже если бы они говорили ещё тише, стоило Чу Юньшэну сосредоточиться — и он всё бы услышал.
Чтобы поймать главаря, нужно схватить вожака. Чу Юньшэн промчался мимо тех выживших, что пытались его остановить, и устремился прямо к здоровяку, который, прижимая к себе старика и девушку, отчаянно пытался убежать.
Разве его скорость могла сравниться со скоростью обычных людей? И это при том, что он ещё не активировал Скоростную броню второго ранга! Если бы он был в броне, эти выжившие даже тени бы его не уловили!
Чу Юньшэн быстро настиг здоровяка и с разворота пнул его назад.
Огромная сила отбросила здоровяка в воздух, а старик с девушкой тяжело рухнули на землю.
Тогда Чу Юньшэн направил чёрное дуло пистолета прямо на девушку, которая, постанывая от боли, пыталась подняться. В её ясных глазах читалось отчаяние.
— Говори, кто это сделал! — Чу Юньшэн, держа Темноэнергетический пистолет, толкнул её дулом назад и, сжав курок, жёстко произнёс: — Я же говорил: мы друг другу не мешаем. А вы вынуждаете меня убивать людей!
— Нет, не надо! Этот... этот старший брат! Позволь мне вместо неё! Направь пистолет мне в голову! — запыхавшись, подбежал Чжан Цзычжао и, увидев, что Чу Юньшэн целится в голову Цзин Моую, в ужасе взмолился.
— Это я отравил! Хватай меня! — Сяо Сы, выпятив грудь, шагнул вперёд и, собравшись с духом, сказал.
— Нет, это я! Хватай меня! — ещё один, набравшись смелости, громко заявил.
— Это я, хватай меня!
— Хватай меня!
...
Когда они один за другим выступили вперёд, наперебой и не щадя себя оспаривая «звание» отравителя, Чу Юньшэн, переживший бесчисленные бедствия, на мгновение опешил. Такое он видел впервые. Даже он не мог представить, чтобы кто-то рвался на смерть!?
Самое невероятное — это был не один или двое, а целая группа!
Видя, что они подходят всё ближе, Чу Юньшэн быстро пришёл в себя, холодно фыркнул и молниеносным движением перехватил девушку, которую держал на прицеле, зажав её в левой руке. Правой же рукой он повёл Темноэнергетический пистолет в сторону и, наведясь на едва различный в свете пожаров дом, выстрелил три раза подряд.
У-у-у!
Не взлетели черепица и кирпичи, не раздалось громоподобного взрыва, но у этих выживших души ушли в пятки. Потому что всего три выстрела обратили тот дом в пепел!
— У вас нет права торговаться! Раз вы смогли отравить, значит, сможете и нейтрализовать яд. Немедленно дайте ему противоядие, иначе ни один из вас не останется в живых! — гневно сказал Чу Юньшэн. Он уничтожил Голов-монстров, что объективно пошло на пользу и безопасности этих выживших. Они не то что не поблагодарили, так ещё и отравили его человека. Разве такова человеческая природа?
— Мис... мистер Луннон, ваш друг, скорее всего, отравился споровым токсином Шичунов. Это не их вина. Пожалуйста, отпустите их. Мы правда не... — вдруг тихо заговорила Цзин Моую, находившаяся в руках Чу Юньшэна.
— Шичуны? Споровый токсин? — Чу Юньшэн впервые слышал эти термины и не совсем понимал их. Он нахмурился, а затем, повысив голос, с подозрением спросил: — Откуда ты знаешь моё имя?
Эдгар целыми днями называл его то «мистер Луннон», то «мистер Луннон». Со временем Чу Юньшэн привык и в глубине души действительно стал считать это имя «мистер Луннон» своим вторым именем.
— Я услышала. Ваш друг так к вам обращался... — тихо ответила Цзин Моую.
— Мистер Луннон, мы действительно не травили его, прошу вас поверить. Ваш друг, должно быть, вдохнул споровые миазмы Шичунов, из-за чего и получил отравление, — попытался объяснить Ли Си, подхватив слова Цзин Моую, и бросил строгий взгляд на Сяо Сы.
Они ведь вообще никакого яда не подсылали. Но, пытаясь спасти Цзин Моую, Сяо Сы сгоряча, следуя за словами этого Небесного Странника, признался, что это он отравил. Разве это не даёт повод для обвинений? И остальные, поддавшись волнению, начали признаваться, что именно они и есть настоящие отравители. Чем дальше, тем путаннее. Этак они всех до смерти убьют!
— Верно, это не мы отравили. Этот... мистер Луннон, если вы отпустите её, я обещаю найти способ спасти вашего друга, — Чжан Цзычжао, который тоже едва не запутался, сейчас поспешил всё отрицать.
— Думаешь, я поверю? Сначала дайте ему противоядие. Предупреждаю ещё раз: у вас нет права на торг! — Если бы Чу Юньшэн мог поверить кому-то с одного-двух слов, то только если бы эти слова исходили из уст его покойных отца и матери. Этот же мужчина ещё недавно скрежетал на него зубами и смотрел с лютой ненавистью, а теперь прикидывается смиренным. Разве можно верить его словам?
В это время старика, который только что потерял сознание от удара, подняли. Он, отдышавшись, слабо произнёс:
— Отойдите. Дайте-ка я взгляну на того чернокожего парня, можно ли его ещё спасти. Цзычжао, ты... эх...
— Дядюшка Цинь, вы сами ещё не избавились от спорового токсина в теле, вам его не спасти. К тому же, вы ещё не поняли? Этот Небесный Странник, дьявол из Учэна — когда они заботились о жизни и смерти своих же товарищей? Это просто предлог, чтобы поиграть с нами. Даже если мы его спасём, он всё равно нас не отпустит! — крайняя жёсткость Чу Юньшэна заставила Чжана Цзычжао отбросить последние иллюзии. Он загородил собой Цинь Жэньбо и с решимостью погибнуть всем вместе сказал: — Даже умирая, я заставлю этих дьяволов заплатить!
— Руки прочь! Цзычжао, ненависть ослепила тебя. Этот мистер Луннон совершенно точно не дьявол из Учэна. Разве был в Учэне когда-нибудь Небесный Странник такой силы? Стал бы такой человек водиться с теми дьяволами и питаться человеческим мясом? — с болью в голосе произнёс Цинь Жэньбо. Это недоразумение можно было разрешить ещё в том здании. Тогда он уже заметил симптомы отравления у чернокожего, но Чжан Цзычжао остановил его. К тому же споровый токсин в его собственном теле всё ещё распирал, и у него не было сил спасти этого чернокожего парня.
— Дядюшка Цинь прав. Он слишком быстр, слишком силён. Обладая такой силой, он бы без труда раздобыл еду. Он не использует никаких средств защиты от яда и до сих пор не проявляет ни малейших симптомов отравления. Спросите, могут ли дьяволы из Учэна сделать такое? — кивнул Ли Си, возвращаясь к своему прежнему суждению.
— Но... а как же тот чернокожий? В Учэне. Эр Гуай его видел! — в глубине души Чжан Цзычжао уже знал ответ, но кровавые сцены, каждую ночь терзавшие его, загнали его в тупик.
— Чернокожий? В наших глазах все иностранцы на одно лицо, а уж чернокожие тем более. Эр Гуай, ты уверен, что чернокожий из Учэна — это именно он? Эр Гуай! — Ли Си вытащил из толпы Лю Чуаньминя и уставился на него.
— Я... я... я вроде... не совсем помню... — заикаясь, проговорил Лю Чуаньминь.
Услышав это, Чжан Цзычжао побледнел как полотно, пошатнулся и, теряя последние силы, жалобно взмолился:
— Мистер Луннон, умоляю вас, не причиняйте вреда Моую. Она невиновна. Всё это моя вина, это я во всём виноват. Я строил нелепые подозрения. Если хотите убить — убейте меня. Только прошу, не трогайте её.
— Этот номер со мной уже не пройдёт! Я и впрямь не тот дьявол из Учэна, о котором вы говорите. Но если вы не сможете доказать, что это не вы отравили, лучше немедленно дать противоядие! — Чу Юньшэн пробовал Огненный талисман Цюйду, но он оказался совершенно бесполезен против этого «спорового токсина». Иначе он бы не стал с ними так долго возиться. Хотя сейчас он уже начал подозревать, что, возможно, ошибся и эти люди и впрямь не травили, поэтому его тон стал гораздо мягче.
Услышав из уст Чу Юньшэна небрежное опровержение того, что он родом из Учэна, Ли Си с глубоким облегчением перевёл дух и сказал:
— Мистер Луннон, пожалуйста, вспомните хорошенько: не выпускала ли какая-нибудь летающая голова перед вашим другом жёлтое споровое облако?
— Да, одна была. Но она находилась от него очень далеко, — Чу Юньшэн не собирался лгать. Действительно, одна была. Если окажется, что эта группа выживших ни при чём, он, не будучи злодеем, естественно, отпустит их.
— Эта жёлтая отрава содержит огромное количество исходных спор трупных червей. Как только они распространятся в воздухе, человек, вдохнувший их без каких-либо мер предосторожности, споры проникнут сквозь клеточные стенки трахеи, зародятся и вырастут в мозгу, в конечном итоге сформировав трупного червя, способного паразитировать и контролировать человеческий мозг — именно тех летающих голов, которых вы видели! — подробно объяснил Ли Си. Он смутно чувствовал, что этот Небесный Странник, возможно, ничего не знает о споровом токсине, что и привело к подобному недопониманию, и он должен ухватиться за эту возможность, чтобы рассеять недоразумение.
— Тогда почему со мной ничего не случилось? А он именно отравился? — покачал головой Чу Юньшэн. Талисман Люцзя защищает от атак энергией ци и физических объектов, но против проникновения токсинов его действие не особенно эффективно, особенно при вдыхании через дыхательные пути. А броня может защитить только места, которые она покрывает, а ноздри остаются открытыми, естественно, они не защищены.
— Ты же Небесный Странник! Некоторые Небесные Странники, получив небольшое количество спорового токсина, не подвергаются заражению. Этот дедушка Цинь и девушка у вас на руках — тоже такие Небесные Странники, только их способности очень слабы. — Ли Си в конце не удержался и добавил, словно опасаясь, что Чу Юньшэн позарится на них.
Чу Юньшэн, благодаря их напоминанию, внезапно осознал: его уровень Двойного тела слияния небес отличается от того, когда он был на уровне Одинарного тела накопления небес. Тело слияния может активно выводить токсины. Когда он прорывался к посёлку зоны развития, он получил такое сильное отравление, а тело слияния всё равно смогло сражаться на равных с огненным токсином — вот насколько оно могущественно.
Небольшое количество спорового токсина вообще не было соперником для тела слияния, и даже было убито им напрямую!
Но Эдгар был всего лишь обычным человеком. Тогда на кухне Голова-монстр действительно испускала жёлтый туман — неужели он вдохнул его именно в тот момент?
— Кстати, как только происходит отравление, когда споры прорастают и начинают контролировать нервные слои мозга, у отравленного появляются едва заметные симптомы — время от времени на лице будет появляться жуткая улыбка... — Ли Си, боясь что-то упустить, добавил.
— Не нужно больше говорить, я понял. — Чу Юньшэн уже ясно осознал, что ошибся в своих догадках.
Он хорошо помнил, что, когда он внезапно столкнулся с этой группой людей, после того как Эдгар произнёс фразу «Мы люди», на его лице промелькнула чрезвычайно странная и жуткая судорожная улыбка, леденящая душу. Тогда он подумал, что это трусливый Эдгар от страха сошёл с ума.
Этот момент времени очень важен — он показывает, что у выживших просто не было времени подсыпать яд!
Эдгар отравился споровым токсином от той Головы на кухне!
(конец главы)
Спасибо что читаете, для вас cтарался HoodRichLife
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://tl.rulate.ru/book/4378/336406
Готово:
