Глава 821: Задания, которые не должен выполнять
Переводчик: Halcyon Translations Редактор: Halcyon Translations
После того, как Фордринг оправился от ран, он один вернулся на место, где был ранен. В итоге он снова встретил орка у заброшенной башни.
Орк на языке людей сказал Фордрингу, что его зовут Эйтригг.
Позже той же ночью Эйтригг рассказал Фордрингу свою историю у костра. Он все еще помнил то время, когда Орда была благородным народом, который верил в шаманизм.
После войны Эйтригг понял, насколько они пали под влиянием Пылающего Легиона, и сбежал со своей семьей, чтобы жить в уединении.
Это поколебало убеждения Фордринга — не все орки кровожадные и жестокие.
Слова орка разрушили ненависть и предрассудки, заслужив уважение паладинов. Особенно это важно для тех, кто считал уважение одним из самых высоких почестей, которые может получить человек.
Прежде чем они разошлись, Фордринг поклялся никогда не раскрывать местонахождение Эйтригга.
Когда Фордринг вернулся в город, то возвестил своему народу, что орки больше не представляют угрозы на их территории, а прошлый инцидент был исчерпан.
Однако его заместитель — паладин по имени Бартрас — был человеком, глубоко ненавидящим орков, поскольку его родные погибли во время первой мировой.
Он организовал рейд вместе с отрядом охотников.
Фордринг наблюдал и в душе молча молился за своего друга. Но как только пленных стали уводить, на пытавшихся вырваться из клеток орков набросились десятки стражников. Это разгневало благородного паладина!
Тогда Фордринг яростно ринулся в бой — против своих же людей.
Тирион Фордринг, в прошлом военный герой, был обвинен в измене и отправлен в Стратхольм на суд.
Многие его друзья, включая любимую жену Календру, умоляли Фордринга отбросить чувство чести, чтобы иметь возможность возложить вину на орков и защитить себя перед судом.
Однако, стоя в суде и глядя на знамя Серебряной Длани, Фордринг подумал о своем сыне – Тиране Фордринге. Он всегда хотел стать паладином.
Как палладин, Фордринг знал, что его жизнь далека от конца, но как палладин, он хотел использовать этот последний шанс, чтобы подать пример своими словами и действиями. Палладин благородно выпятил грудь и рассказал всю историю.
Он не считал, что сделал что-то неправильно, и всегда следовал кредо паладина.
Глубоко тронутое жюри не смогло найти причин обвинить Фордринга в измене, но факты нападения были неоспоримы, и он был немедленно отстранен от Серебряной Длани.
Старый друг Фордринга Утер лично руководил церемонией лишения его Святого Света.
Несмотря на возражения Фордринга, суд не изменил своего решения. Однако, когда изгнанный Фордринг узнал, что Эйтригга собираются казнить, он решил спасти его, даже если ему придется заплатить за это своей жизнью.
Ему больше недоступна сила Святого света, и он был подавлен огромным числом стражей на месте казни в Стратхольме.
Внезапно ордынские войска ворвались и освободили всех ордынских пленников. Фордраинг и Эйтригг вырвались на свободу и бросились прочь из города. Но Эйтригг получил удар от Бартраса и был уже при смерти. Видя, что его оркский брат вот-вот умрет, отчаявшийся паладин взял его на руки и возопил к небу. И вот, свершилось чудо – с небес снизошел Святой свет и окутал Эйтригга. Свет спас его от неминуемой смерти.
Отряд освободивший ордынских пленников предстал перед ними, и новый вождь Орды Саурфаг пригласил Эйтригга вернуться в Орду.
Перед уходом Саурфаг со всей торжественностью отдал Фордраингу воинское приветствие Орды.
Именно тогда он произнес свои знаменитые слова, которые теперь начертаны в сердцах многих игроков за Паладинов.
Этническая принадлежность не определяет благородство. Я видел и самых благородных орков, и самых мерзких людей. Я знаю орков, которые порядочнее самых благородных паладинов. А еще я знаю людей со столь жестокими душами, что они злы не меньше нежити!
Последующие дни изгнанный Фордринг вел уединенный образ жизни. Только когда его сын Тиран вступил в Серебряную длань, он тайно вернулся в родной город.
Когда все больше игроков отправлялись в Чуму, паладины могли получить задание от Фордринга.
Игроки других классов тоже могли отдохнуть здесь. Старый Фордринг снабжал их припасами и чистой водой, а также лечил тяжелораненых.
Этот изгнанный паладин уже давно вновь обрел силы.
Святой свет паладина был чудесной вещью. Он зарождался в самом сердце паладина и менялся в зависимости от его веры. Именно этим объясняется то, что Фордринг сумел перейти от угасания своего святого света к обретению былой силы.
Игроки его очень уважали и дружески именовали стариком Фордом.
— Простите, можно ли здесь отдохнуть? — вежливо спросил Лу Ли у Паладина, который рубил дрова, отводя взгляд от огромного водопада.
Топор был не заточен, но заготовленная куча стволов была оттого не меньше. Всякий, кто его видел, сразу же предполагал, что он был силачом.
— Конечно! Вы, кажется, немного пострадали, — сказал Фордринг и тут же бросил топор. Он юркнул в избу, стоявшую у него за спиной, и быстро вышел с перевязкой в руках.
Многим игрокам помогали повязки старика Фордринга.
Хотя во время боя в Диких Землях игроки могли использовать зелья, чтобы залечить свои раны, однако, после последнего обновления, лечиться можно было только, вернувшись в город. Городские Жрец и Паладин обладали навыками, недоступными игрокам, и это было одним из способов заставить игроков тратить больше золота.
Что касается Подземелий, то в них лучше было просто умереть и позволить, чтобы Целитель оживил вас, ведь, умирая, персонажи не теряют ничего. После оживления все характеристики персонажа восстанавливались.
У Лю Ли была глубокая рана на ноге, полученная от пса из Чумных земель, поэтому он сильно хромал. Это несколько мешало его способности практиковать Незаметность, и именно поэтому он нанёс визит Тириону Фордрингу.
— Защита у тебя хорошая, — сказал старый Фордринг, опустившись на колени перед Лю Ли и осмотрев царапины на его кожаной броне.
— Но я всё равно пострадал, причём от обычной собаки из Чумных земель, — с досадой произнёс Лю Ли.
Старый Фордринг помог Лю Ли перевязать рану и принёс ему деревянный стул, чтобы тот сел.
— Через некоторое время станет лучше. Мои бинты прекрасно восстанавливают мышцы.
— Спасибо за помощь. Сколько я должен вам заплатить? — небрежно спросил Лю Ли.
— О, золото? Думаешь, старику, живущему в таком месте, нужно золото?
— Вы благородный человек. Буду рад помочь вам, если вам что-то понадобится, — искренне предложил Лю Ли. Он искренне восхищался характером старого палладина.
"Раз уж ты заговорил об этом, есть в чём ты можешь помочь" - произнёс старый Фордринг, поднимая топор и продолжая рубить деревья.
"Рядом с нами водятся твари-падальщики; можешь ли ты помочь мне перебить парочку? Мне нужна их слизь, чтобы сделать бинты".
Лу Ли поднялся на ноги, и его лицо резко поменялось.
Это не могло быть правдой. Разве квест "Долг чести" не давался только паладинам?
http://tl.rulate.ru/book/4015/3708627
Готово:
