Готовый перевод Ninth Special District / 9 Специальный Район: Глава 965. Яркое пламя пожара

Люди, приведённые Юйли Цзюнем, были замешаны в крупных преступлениях, и у каждого были фальшивые документы. Если бы их поймали и раскрыли личности, их, по сути, ждала бы смертная казнь. Поэтому они сопротивлялись полицейским крайне ожесточённо: попадись — смерть, но если сопротивляться, есть шанс выжить.

На улице раздавались выстрелы. Молодой человек по прозвищу Леопард, один из подчинённых Юйли Цзюня, вместе с пятью-шестью сообщниками укрылся в канаве и яростно стрелял по Старому Коту и его людям, в то время как остальные разбегались.

Дорога была пуста, кроме канавы не было никаких выгодных укрытий. Но Старый Кот и его люди находились на позиции для захвата, не могли все спрыгнуть в канаву, поэтому им было очень тяжело. Двое полицейских получили ранения, и Дин Гочжэнь оттащил их назад, а остальные могли лишь напролом продвигаться вперёд, открывая огонь по огневой точке в канаве.

Стороны перестреливались меньше тридцати секунд, когда Чжу Вэй одним выстрелом ранил Леопарда, прикрывавшего Юйли Цзюня. У остальных бандитов закончились патроны, и они развернулись, бросившись бежать к большим сугробам снега позади.

На месте царил хаос, бандиты разбегались в разные стороны, и Старый Кот с товарищами не могли разобрать, кто из них был лидером, поэтому хватали того, кто был ближе.

После того как предводитель был сбит в канаве, Чжу Вэй первым прыгнул туда и, с пистолетом в руке, крикнул: — Не двигаться, не двигаться!

Противник лежал в заснеженной канаве, не обращая внимания на свои ранения, и потянулся, чтобы схватить обронённый пистолет.

— Вмиг!

Дин Гочжэнь и остальные набросились и крепко прижали его тело.

— Твою мать, у меня бомба, я умру вместе с вами! — Предводитель отчаянно сопротивлялся, полностью игнорируя то, что это были полицейские.

— Не двигаться!

— Чёрт возьми, веди себя смирно!

Дин Гочжэнь и остальные жестоко избили бандита, и как только он полностью лишился способности сопротивляться, тут же заковали ему руки и ноги в наручники.

— Идите, идите помогать Старому Коту преследовать остальных, — крикнул Чжу Вэй, стоя в канаве.

— Нет смысла преследовать, те, что впереди, угнали машину и сбежали, — запыхавшись, сообщил один из полицейских, вернувшись.

Чжу Вэй, услышав это, тут же приказал: — Быстро отправьте раненых полицейских в больницу, а захваченных бандитов увезите по отдельности и допрашивайте прямо в дороге.

На перекрёстке рядом с общежитием Старый Кот и его люди, преследовавшие сюда бандитов, подняли головы и посмотрели на полыхающее ярким пламенем здание, и были в полном ступоре.

В этом здании вода подавалась только три часа в день, и теперь, когда начался пожар, на месте не было ни воды, ни пожарного оборудования. Внутри же всё было забито легковоспламеняющимися предметами, поэтому рабочие, даже если бы захотели, совершенно не могли контролировать ситуацию.

Первый этаж, второй этаж, третий этаж…

Пламя поднималось всё выше, полностью охватив это здание-голубятню.

Рабочие, заблокированные на верхних этажах, не могли пройти через горящие этажи. Все они свесились из окон, взывая о помощи и крича, а также скручивали из одеял верёвки, чтобы спускаться вниз. Но пламя с нижних этажей уже перекинулось на окна и само здание, и многие, кто спускался по верёвке, были поглощены огнём, охваченные пламенем, падали с этажей.

В одночасье крики и вопли слились воедино, падающие с высоты и горящие рабочие были повсюду, словно это был ад на земле.

— Бум, хрясь!

В первом этаже разбилось левое окно. Ли Чжань, стоя в густом дыму и пламени, махнул рукой и крикнул: — Выбирайтесь, быстрее, быстрее…!

Четыре или пять рабочих вылезли через разбитое окно, надрывно кашляя, и падали на землю, рыдая.

— Всё кончено, всё пропало.

— Мой отец ещё на верхнем этаже, мне нужно подняться.

— …Туда уже нельзя подниматься, не войти! — Ли Чжань, удерживая 17-18-летнего парня, обернулся и крикнул: — Идите к другим зданиям, разбейте водопроводные трубы, подсоедините шланги и поливайте вверх, чтобы притушить пламя и дать людям сверху спуститься по верёвкам.

Старый Кот, услышав это, очнулся и тут же махнул рукой, крикнув: — Оставьте этих бандитов! Быстрее, быстрее, быстрее разбивайте водопроводные трубы!

...

***

В черте города.

Юйли Цзюнь с мрачным лицом сидел в машине и, держа телефон, сказал: — С человеком разобрались, но дела идут не очень гладко.

— Что случилось?

— То общежитие загорелось, кажется, очень сильный пожар, — тихо сказал Юйли Цзюнь.

Хань Фэй опешил на мгновение: — Мы же просто с человеком разбирались, почему оно загорелось?

— …Когда разбирались с Вэй Кунем, в комнате был беспорядок, мы дрались, и я не совсем понимаю, как это загорелось.

— Кто-то погиб? — с очень нехорошим выражением лица спросил Хань Фэй.

— Когда убегали, застрелили двух рабочих, — Юйли Цзюнь повернул голову к окну и сказал: — Мы уже почти уехали, но на полпути столкнулись с полицейскими, вероятно, их вызвал Вэй Кунь, и мы перестреливались с ними.

— Да как же вы, чёрт возьми, так бестолково всё сделали?! — Хань Фэй встал и с большим недовольством сказал: — Разве я не говорил вам, что если сегодня не получится, можно было найти другую возможность?!

— Разве до этого вы не говорили, что нужно сделать всё пожёстче? Если Вэй Кунь не умрёт в общежитии, как это послужит уроком для других? — Юйли Цзюнь не стал с Хань Фэем церемониться и с таким же недовольством сказал: — Всё одно за другим навалилось, что ты хочешь этим сказать, обвиняя меня? Разве я хотел столкнуться с полицейскими? Чёрт возьми, мои братья Яогуан погибли!

Хань Фэй помолчал несколько секунд: — Найдите безопасное место и ждите моего звонка.

— Хорошо.

Сказав это, они закончили разговор.

Две минуты спустя в отеле Баочэнь в черте города Ван Цзунсян, не успев ещё разобраться со скандалом с прелюбодеянием в семье, принял звонок от Хань Фэя.

— Что случилось?

— В общежитии что-то случилось, — Хань Фэй нахмурился и сказал: — Нужно сначала отправить людей.

— Что там могло случиться? — недоуменно спросил Ван Цзунсян.

— Целое здание загорелось.

— Чёрт возьми, как же сегодня ночью всё хаотично! — Ван Цзунсян с налитыми кровью глазами выругался, затем, уперев руки в боки, ответил: — Ты сначала разберись с Юйли Цзюнем, у меня тут кое-какие семейные дела, не могу уйти, приеду чуть позже.

— Угу, — Хань Фэй, услышав это, повесил трубку.

...

Поздней ночью пожарные машины прибыли к общежитию и начали мощными водометами подавлять пламя, используя автолестницы, чтобы спасти запертых на этажах рабочих.

На место прибыли двадцать-тридцать машин скорой помощи, огромное количество медицинского персонала вместе со спасёнными рабочими, а также Старый Кот и его люди изо всех сил спасали раненых на месте.

Снаружи здания упавшие с высоты и разбившиеся насмерть смешались с ранеными. Стоны, плач, крики, а также команды местных чиновников — каждый звук сотрясал эту ночь, которая должна была быть спокойной.

Ли Чжань стоял на тротуаре, его одежда была изорвана и обожжена, волосы опалены, а на конечностях было много ожогов, но для него это не считалось ранением.

После всего этого Ли Чжань протрезвел наполовину. Он чувствовал, что у него пересохло в горле, и захотел пить, поэтому тут же развернулся и направился к своей машине.

Пройдя сквозь толпу и дойдя до перекрёстка, Ли Чжань обернулся и обнаружил, что его машины, которую он только что оставил здесь, не было.

Ли Чжань опешил, резко огляделся, но так и не увидел своей машины.

Он мгновенно запаниковал, и окончательно протрезвел.

http://tl.rulate.ru/book/39235/12855803