Ай.
Блядь.
Ай. Ай. Ай. Ой. Ай.
Больно. Хуже, чем просто больно. Это... страшнее всего, что я когда-либо испытывала. Словно мне живьём отрывают ногу, словно я сама готова её оторвать, лишь бы не чувствовать этого, лишь бы не кричать.
Этот детский лепет — «ай», «ой»... я цепляюсь за него, как за спасательный круг, только бы не сорваться на вопль. Я не знала, что боль бывает такой. Я ломала кости раньше — но это... это совсем другое.
Вот ради чего изобрели обезболивающие.
Чёрт. Не шевелись. Каждое движение, каждый вдох отдаётся новой вспышкой муки. Трясущимися руками я пытаюсь приподнять книгу.
Перевернуть страницу. Пальцы не слушаются. Я вся взмокла от липкого пота, но могу попросить наполнить кружку.
Нет. Не хочу. Не хочу даже думать о том, что придётся идти в туалет. Я не могу... не вынесу ни единого шага. Будь я в своей комнате, я бы, наверное, помочилась в банку. В обычной жизни я бы скорее умерла со стыда, чем...
Боль. Ничто в этом мире больше не имеет значения. Гордость? Достоинство? Всё исчезло. Есть только моя нога...
Жарко. Господи, почему в этом идиотском мире до сих пор не изобрели кондиционер? Общий зал трактира — не лучшее место для чтения в тишине. Но это всё же лучше, чем гнить в своей комнате, слушая, как пьянчуги ломятся в двери или совокупляются за стеной.
Вот за что я ненавижу людей. Эта мысль пульсирует в висках. Ненависть. Ненависть... и Персуа... и... я убью её.
Я больше никогда не смогу ходить.
Так. Сосредоточься. Этого ты не знаешь.
Не обращай на них внимания. Что здесь написано? Буквы расплываются перед глазами, приходится продираться сквозь агонию, выхватывая слово за словом. Думай об этом. Не думай ни о чём другом.
«...вторжение ульев антиниумов в южный регион континента привело к кровопролитной войне, длившейся год и известной как Антиниумские войны, или, точнее, Первая Антиниумская война. В ходе неё сотни тысяч солдат-антиниумов основали гигантские колонии вдоль западного побережья, граничащего с Высоким Перевалом, стирая с лица земли города и вынуждая племена гноллов отступать в низинные равнины.
Поначалу южные города дрейков и союзные конфедерации медлили с ответом, пока антиниумы захватывали плато и скалистые горные кряжи. Они недооценили опасность, исходящую от укрепившихся ульев, и истинную численность врага, скрытого под землёй. Лишь после падения пяти городов...»
ГХА-А-А-А! Моя нога! Кто-то с размаху задевает стулом мою ногу, замечает меня и удаляется, буркнув дежурное извинение. Я едва сдерживаю крик. Будь у меня силы, я бы зарезала ублюдка на месте.
Почему, почему, почему этот проклятый стул должен был стоять именно там? Боль!
Дерьмо. Рана открылась? Надо проверить.
Отодвинуться от стола трудно, но мне удаётся заглянуть вниз. Плотная белая марля. Кровь проступила, но не сильнее, чем в прошлый раз. Чудесно.
И всё ещё адски болит. Я ломала кости, но такого не чувствовала никогда. Впрочем, учитывая характер травмы...
Да.
Блядь.
Одна из барменш косится в мою сторону. Я впиваюсь в неё тяжёлым взглядом, и она поспешно отворачивается. Я сейчас не в настроении быть в центре внимания. А мысли о боли вызывают лишь одно желание — заорать во всю глотку.
Наполовину от муки, наполовину от сжигающей ярости. Итак. Обратно к книге.
Ладно. Игнорируй боль. Что там про антиниумов? Они всё ещё существуют? Я листаю страницы.
Конфедерация государств... поспешный альянс... к чёрту. Ага.
«Ход войны переломило лишь обнаружение фатальной слабости антиниумов. Воспользовавшись новой тактикой, Южный Альянс применил дальнобойные заклинания для осады ульев и сдерживания атак. Один из Ульев был уничтожен полностью, прежде чем Королевы антиниумов и лидеры городов-государств заключили временное перемирие. Однако мир этот был шатким и продлился всего десять лет, после чего антиниумы атаковали вновь, развязав Вторую Антиниумскую войну...»
Слабость. У них была слабость? Должно быть, я пропустила этот кусок.
Посмотрим. Где это может быть? И почему я не видела этих людей-муравьёв? Ну, они изгои, парии в большинстве обществ, так что это логично. Но есть ли в них толк, или это просто разумные насекомые?
О, вот оно. Слабость.
Я замираю, держа палец на строчке, когда сквозь гул трактира до меня долетает жизнерадостный голос, выкрикивающий моё имя.
Ох. О нет. Только не она. Опять.
——
Рёка Гриффин сидела посреди трактира. Это был ничем не примечательный трактир в человеческом городе Целум. Она читала, не переставая хмуриться. Таланта ей было не занимать, так что она успешно совмещала оба занятия. Сидела она одна, время от времени машинально подцепляя еду с остывшей тарелки.
— Привет, Рёка!
Звонкий голос перекрыл шум разговоров, привлекая всеобщее внимание. Рёка оторвалась от книги и увидела девушку, пробирающуюся к ней. Выражение её лица осталось каменным, лишь глаз дёрнулся в нервном тике.
— Привет, Рёка, как делишки?
— Нормально, Гария.
Гария Стронгхарт скользнула на свободный стул и одарила Рёку лучезарной улыбкой. Жизнерадостность эта взаимностью не встретила. Рёка лишь мельком глянула на Гарию и снова уткнулась в книгу.
Ничуть не смутившись, Гария подозвала подавальщицу и заказала местный напиток — крепкий, слабоалкогольный, прохладный и ароматный. К сожалению, по мнению Рёки, ароматом этим было пиво.
— Ну, как ты? Ноге лучше?
Рёка подняла голову и прожгла её взглядом.
— Угадай.
Улыбка Гарии дрогнула.
— Ты... ты ходила к той [Целительнице], о которой я говорила? Она хорошая. Постоянно работает с нами, Бегунами.
— Не помогло. Кость слишком сильно раздроблена.
— Ох. Мне жаль.
— Ты не виновата.
У Рёки был талант убивать разговоры на корню. Гария смотрела на неё, пытаясь украдкой разглядеть забинтованную ногу под столом, поморщилась и поспешно сменила тему, чтобы скрыть неловкость.
— Это книга?
Рёка оторвалась от страницы. Она смерила Гарию взглядом. Её тон был не просто резким или холодным. Он был таким, словно каждое слово — это захлопнутая перед носом дверь.
— ...Да.
И всё же Гария не сдавалась. Она продолжала широко улыбаться, а Рёка Гриффин делала вид, что не замечает, как собеседница косится на красные бинты и...
...на ногу...
Под столом. Улыбка Гарии поблекла, но тут же стала шире. Решительнее. Она старалась говорить бодро, хотя Рёка была уже на грани того, чтобы зарычать.
— О чём она?
— История.
— В смысле, мировая история? О которой ты спрашивала на днях? Прости, я тогда мало что смогла рассказать.
Рёка покачала головой. Сквозь стиснутые зубы прорывалось тяжёлое дыхание, лоб покрылся испариной.
— История городов.
— О. И как, эм... интересно?
— Не очень.
Это было захватывающе. Рёка никогда не фанатела от истории, но перенос в другой мир удивительным образом пробуждает интерес к таким скучным вещам, как экономика и политика.
— Я не особо люблю читать. Папа с мамой — да, но я читаю, только когда приезжаю домой. Книги слишком дорогие.
— Ты умеешь читать?
Гария покраснела, но кивнула с ноткой гордости.
— Меня учили, я знаю больше, чем просто пару слов. Фалс тоже умеет, у него даже есть несколько книг.
Рёка вскинула брови.
— Рада за него.
И снова Гарии пришлось тащить на себе груз односторонней беседы.
— Где ты взяла книгу?
— Купила на рынке. Недорого.
— Правда? Я думала, большинство книг стоят несколько золотых, не меньше.
— Некоторые продаются за серебро. Неважно.
Рёка нахмурилась, вгрызаясь в кусок ветчины. Отсутствие в этом городе библиотеки означало, что любые книги приходилось покупать, и некоторые цены откровенно кусались. Но обсуждать экономику с Гарией она не собиралась.
Проблема была в том, что Гария прекрасно справлялась с поиском тем и без посторонней помощи. Девушка уставилась на стопку книг на столе.
— Ты собираешься прочитать всё это?
— Я уже прочитала.
— Что, всё?
— Не то чтобы у меня было много других дел.
Рёка демонстративно перевернула страницу.
——
Как же я хочу, чтобы она ушла. Или нет? По крайней мере, она отпугивает пьяных мужиков, которые пытаются подкатить.
Ненавижу это. Ненавижу её, ненавижу этот трактир, ненавижу весь этот проклятый мир. Будь моя воля, сожгла бы всё здесь дотла...
Хотя нет. Не её я ненавижу. Так что, может, уничтожить весь мир, оставив пару человек?
Но боль... И скука, не будем забывать о скуке. Печален тот день, когда визит Гарии становится самым интересным событием суток.
Прошло три дня с моего «несчастного случая». Ещё пара дней — и я сорвусь. Окончательно. Как моя нога...
К чёрту всё. Если бы я могла убить каждого проклятого уличного бегуна в этом мире, я бы сделала это не раздумывая. Даже если бы пришлось душить их собственными руками, глядя, как гаснет свет в их глазах. Я отомщу. Клянусь.
Но до тех пор... как, чёрт возьми, мне вылечить ногу? Как, как, как? Если это за пределами обычной магии...
Спросить Гарию? Может, она знает способ получше, раз уж её первая идея с [Целителем] провалилась.
Стоит попробовать. Надеюсь, денег хватит.
Чёрт, она что-то говорила, а я прослушала. Придётся импровизировать.
Хм. А вот и новая компания. Надеюсь, не подсядут. Хотя рожи знакомые.
Кто это? Ещё один бегу...
Она.
Убить. Зарезать. Переломать кости. Не делай этого. Сделай. Причини ей боль. Размозжи её тупую рожу. Убить.
Убитьубитьубитьубитьубитьубитьубитьубитьубитьубитьубить...
——
Гария поняла, что Рёка не слышит её вопроса, даже когда повторила его в третий раз. Девушка застыла, уставившись остекленевшим взглядом куда-то за плечо Гарии. Гария обернулась — и поняла: быть беде.
— Ты.
Рёка оттолкнула стул и вскочила на здоровую ногу. «Здоровую» — понятие относительное. Лицо её побелело, сделавшись похожим на маску смерти, но она пересилила боль.
Персуа ухмылялась. Как всегда, в окружении свиты: Ториска и Клодейл. Клодейл скользнул взглядом по ногам Рёки и отвёл глаза, но Ториска лишь злобно зыркнула на Гарию. А Персуа? Она заливисто рассмеялась, глядя на Рёку, а затем изобразила крайнее удивление.
— О, Рёка? Я тебя и не заметила. Какая встреча! В этом трактире? Как поживаешь?
Вытащить вторую ногу из-под стола оказалось непросто. Но как только ей это удалось, Рёка рванулась к Персуа с такой скоростью, какой от калеки никто не ожидал.
Однако до цели она не добралась.
Гария схватила Рёку за плечо и мягко, но настойчиво потянула назад. Рёка попыталась стряхнуть руку, но Гария держала крепко, оттаскивая подругу от ухмыляющейся Персуа и её своры уличных бегунов. Ториска уже выхватила нож, а Персуа юркнула за спину Клодейла.
— Ах! Да она бешеная! Вы видели? Она набросилась на меня ни с того ни с сего!
— Рёка, прекрати.
Гария тянула её назад, и силы ей было не занимать, но Рёка рвалась к Персуа, вскинув кулаки, вкладывая в этот рывок всё, что у неё было. Другие бегуны только этого и ждали; Клодейл уже встал в стойку, поглядывая на искалеченную ногу Рёки. Персуа шепнула ему что-то на ухо, и Гария рывком усадила рычащую Рёку обратно.
— Отпусти, Гария.
— Нет, успокойся. Если начнёшь драку, виновата будешь ты.
Судя по лицу Рёки, её такой расклад вполне устраивал, но Гария умела считать. За спиной Персуа стояло как минимум восемь уличных бегунов, плюс двое её дружков, и выглядели они так, словно только и ждали повода. Одной рукой Гария прижала Рёку к стулу.
Это должно было быть трудно, даже с учётом ранения Рёки, но Гария была куда сильнее, чем казалась. Выглядела она как простая деревенская девчонка, которая, впрочем, способна одной левой закинуть тюк сена на телегу.
Удерживая Рёку, Гария встала так, чтобы оказаться между подругой и Персуа. Сев обратно, она вцепилась в край стола так, что костяшки пальцев побелели.
— Почему бы нам всем не успокоиться? Персуа, ты и твои друзья можете выпить в другом месте, ладно?
То, что Гария вообще посмела заговорить с Персуа, стало сюрпризом. Брови Ториски поползли вверх.
— Не припомню, чтобы давала тебе слово, Гария. Ты только посмотри на неё, Персуа.
Персуа окинула Гарию насмешливым взглядом. Затем невинно развела руками, и голос её взлетел ещё на октаву, изображая праведное недоумение.
— Я не понимаю, о чём ты, Гария. Я просто здороваюсь с Рёкой. У бедняжки был такой несчастный случай... Неужели непонятно? Или для тебя всё происходит слишком быстро?
Гария залилась краской, но на провокацию не поддалась.
— Ты получила своё веселье. А теперь, думаю, тебе пора, Персуа.
Персуа одарила Гарию и Рёку приторно-сладкой, ядовитой улыбкой.
— Но как коллега, как Городской Бегун, я просто обязана сказать Рёке, как мне жаль, что она попала под тот фургон. Ах, если бы она только слушала других бегунов! Мы ведь пытались её предупредить. Но это же Рёка. Она никогда не слушает, правда?
Гария чувствовала, как под её ладонью дрожит плечо Рёки. Удерживать её становилось всё труднее, особенно когда Персуа «случайно» начала рассуждать о том, как ужасно, что никто не смог помочь Рёке и ей пришлось ползти до караульни самой.
Вторая рука Гарии сжала столешницу. [Трактирщик] поднял голову — Клодейл откровенно пялился на ноги Рёки. Рёка же сверлила взглядом нож на своей тарелке. Он был довольно острым... Но Ториска уже переглядывалась с другими бегунами, окружавшими стол, и её нога нетерпеливо пританцовывала.
Готовая к удару...
Она шагнула вперёд, но резкий звук заставил её замереть и отскочить.
Хруст.
Все опустили глаза. Гария моргнула: в её руке остался кусок массивной деревянной столешницы.
Даже Рёка удивлённо моргнула. Дерево было толщиной сантиметров пятнадцать... Клодейл замешкался, Ториска отступила на шаг.
Кулак Гарии был сжат, дыхание стало тяжёлым. Она была зла. По-настоящему зла.
Так же, как Фалс. Но Фалса здесь не было, была только тихоня Гария, дочь [Фермера]. Та самая, что таскала мешки с рудой и бегала на марафонские дистанции.
Бегуны заколебались. Их было одиннадцать, считая Персуа, Ториску и Клодейла. У Рёки сломана нога.
Персуа уставилась на сломанный стол, затем лицо её исказила гримаса злобы, и она пихнула Ториску. Та шагнула вперёд, Гария напряглась, рука Рёки сомкнулась на рукояти ножа...
Но тут дверь снова распахнулась, и в зале воцарилась тишина.
Если уличные бегуны вошли в шум и гам, то следующая группа принесла безмолвие с собой.
Обычные посетители — торговцы, фермеры, лавочники — поспешно расступались, освобождая дорогу огромной фигуре. [Трактирные Задиры] подняли головы — и тут же откинулись на спинки стульев, стараясь стать незаметными.
Фигура ростом за два метра нависала над столами. При каждом шаге гиганта дешёвое пойло в кружках шло рябью. С рогами он казался ещё выше, хотя и без них превосходил размерами любого человека в зале — и это не считая латных доспехов. А если и этого было мало, за спиной минотавра висел огромный стальной боевой топор.
За ним следовали ещё семеро, вооружённые куда лучше простых горожан. Мечи, длинный лук, посох с сияющим кристаллом — единственное, что удерживало [Трактирщика] от вопля «Стража!», был тот факт, что это явно были авантюристы. Вместо крика он с широкой улыбкой выкатил бочонок эля и рявкнул [Повару], чтобы тот ставил жариться мясо.
Авантюристы означали деньги.
Рога Хаммерада огляделись и заметили Рёку и Гарию в дальнем конце зала. Их лидер тут же направился к ним, двигаясь в собственной зоне пустоты — никто не смел встать на пути минотавра.
Лицо его было бычьим, покрытым шерстью, но достаточно человеческим, чтобы выразить удивление, удовлетворение, а затем и растущее недовольство. Рога, устремлённые вверх, венчали золотые наконечники, стилизованные под молот и врата, распахнутые над волнами. Если приглядеться к гравировке, можно было прочесть: «Хаммерад, Бериад, Дом Миноса».
Взгляд его был прикован к Рёке Гриффин. Персуа всё ещё продолжала издеваться над девушками, не замечая новых гостей. Бегуны за её спиной уже нервно косились на приближающихся авантюристов, но с места не двигались.
— Собираешься ударить, Рёка? Давай. Ториска... Ториска! — прошипела Персуа, обращаясь к застывшей подруге, и только тут поняла, что стоит в тени.
Она обернулась — и взвизгнула:
— Монстр!
Кальруз посмотрел на неё сверху вниз. Клодейл и Ториска попятились от гиганта. Минотавры были редкостью, большинство здесь никогда их не видели. Кальруз скользнул взглядом по Персуа и небрежно мотнул головой в сторону двери.
— Вы. Бегуны. Ваше присутствие здесь явно лишнее. Проваливайте.
Городские Бегуны переглянулись и тут же отступили. Кальруз презрительно фыркнул и прошёл мимо.
Персуа скривилась, словно унюхала нечистоты, и зажала нос, когда он проходил. Но стоило одной из женщин-магов в группе авантюристов одарить её ледяным взглядом, как она отшатнулась ещё дальше. Гария увидела женщину со странными, экзотическими чертами лица... заострёнными ушами... и поняла, что перед ней полуэльфийка!
Негласная иерархия силы между бегунами и авантюристами сработала мгновенно. Уличные бегуны выжидающе смотрели на Персуа, но та, лишь раз взглянув на Рога Хаммерада, начала отступать.
— Странные у тебя друзья, Рёка, — крикнула она, пятясь.
Сделав шаг назад, Персуа споткнулась: полуэльфийка «случайно» подставила ей ножку. Клодейл успел подхватить её, но Персуа побледнела от ярости.
— Ты...
— Оставь, Персуа. Они Серебряного ранга. Уходим.
Не говоря ни слова, Персуа поспешила прочь. Один из мужчин за спиной Кальруза, усатый воин, бросил на хихикающую полуэльфийку укоризненный взгляд, но остальные либо одобрительно ухмылялись, либо остались равнодушны.
А затем?
Они сели. Внезапно за столом Рёки оказалось полдюжины авантюристов. Они осторожно обходили её больную ногу, рассаживаясь вокруг. Все они были одеты в качественные доспехи или мантии из дорогой ткани. Воины за спиной Кальруза носили сверкающие кольчуги, маги держали светящиеся посохи, а у одного была палочка, рассыпающая вокруг неземные искры. Последнее особенно нервировало [Трактирщика], который не сводил глаз с магического инструмента, но возражать не решился.
Высокий усатый воин-человек, стоявший рядом с Кальрузом, кивнул Рёке и дружелюбно улыбнулся.
— Рёка Гриффин? Мы из отряда Рога Хаммерада. Вы выручили нас из переделки на прошлой неделе. Не возражаете, если мы присядем?
Рёка смотрела на авантюристов без особого восторга. Впрочем, её лицо всё ещё было влажным от пота и боли.
— Похоже, вы уже присели. Рада, что вы живы. Что... что вам нужно? Садитесь уже, свет загораживаете.
Вице-капитан моргнул, растерявшись, но минотавр расхохотался.
— Ха! С характером! Приятно наконец видеть это в человеке!
Он протянул огромную руку в латной перчатке.
— Я Кальруз из Бериада. Мы встречались. Я лидер Рогов Хаммерада. Я твой должник, Рёка Гриффин.
Рёка моргнула от такого напора. Помедлив, она неохотно кивнула и пожала руку Кальруза. Попыталась выдавить улыбку, но нога дёрнулась, и губы скривились в гримасе подавленной агонии.
— Ладно. Валяйте.
Рога Хаммерада тут же притащили стулья и сдвинули столы, устраиваясь рядом с Рёкой и Гарией. Кальруз с трудом уместился на стуле, который зловеще затрещал под ним, но выглядел он вполне довольным.
Как только все расселись, подошла подавальщица, приняли заказ. Рёка есть не хотела, перед ней и так стояли остатки ужина, а Гария, ошеломлённая компанией, слишком стеснялась, чтобы притронуться к еде.
Пока подавальщицы суетились с кружками и тарелками, вице-капитан наклонился к Рёке.
— Мы в долгу перед вами за ту доставку неделю назад. Без неё тот проклятый лич нас бы прикончил. Благодаря вам мы смогли его убить и добыть кучу магических артефактов. У Церии вот новая мантия, и всем этим она обязана вам.
Одна из женщин-магов кивнула, указывая на свою одежду. На ней была тёмно-синяя мантия, расшитая по краям сияющими золотыми рунами.
— Купила на долю золота. Лич, кстати, таскал в сумке хранения в основном магические реагенты. Будь там артефакты, мы бы перегрызлись за посох. К сожалению, только редкая алхимия. Какой-то [Алхимик] в Палласе оторвал их с руками, так что я купила мантию, на которую давно положила глаз. И она совсем новенькая, так что осторожнее с выпивкой, Кальруз.
Казалось глупым тащить такую дорогую одежду в трактир, но Рёка заметила: когда Кальруз, потянувшись за кружкой, плеснул на ткань, жидкость просто скатилась на пол, не оставив и следа. Это впечатляло. Интересно, сколько стоит такая магическая одежда?
Гария обвела стол круглыми глазами.
— Я слышала только, что Рёка бегала к Руинам. Это правда так помогло?
Один из воинов фыркнул.
— Бегала? Ха! Она пронеслась прямо мимо лича, который прижал нас к земле, и сбросила зелья в центре поля боя! Он швырял в неё огненные шары и молнии, а она ещё и отвлекла огонь на себя, когда уходила. Дала нам шанс перегруппироваться!
Рёка неловко поёрзала под изумлённым взглядом Гарии. Проблема трактиров в том, что у стен есть уши. Она уже чувствовала, как прислушиваются посетители за соседними столиками.
— Просто делала свою работу.
— Свою работу? Ни один другой Бегун такого бы не провернул. Вы спасли нам жизни. Я сначала думал, что это из-за нас вы пострадали... пока мы вас искали.
Рёке было трудно выдерживать честный взгляд вице-капитана. Она пожала плечами и уткнулась в тарелку, ковыряя ветчину.
— Без зелий лучшим исходом для нас было бы отступление с потерями. В худшем — полегла бы половина отряда, и это если бы лич не погнался следом.
Кальруз кивнул.
— Вместо этого мы проломили череп этому костлявому ублюдку. Добыча с лихвой окупила поход. И пока остальные наши зализывают раны, мы пришли отдать долг.
Рёка подняла брови. Минотавры. Честь? Странное сочетание, но, видимо, Кальруз был исключением, либо у минотавров чувства справедливости было не занимать.
Вице-капитан неловко откашлялся.
— Мы ожидали встретить вас на работе, слышали, вы популярный Бегун. Но когда узнали о травме, решили зайти.
Гария выглядела удивлённой. От руин Альбеза до Целума путь неблизкий, особенно не для Бегуна.
— Вы проделали весь этот путь только ради этого?
Кальруз нетерпеливо кивнул.
— Разумеется. Какое значение имеет расстояние? Но давайте представимся как положено. Церия, твой выход.
Он ткнул локтем женщину-мага, та подпрыгнула и метнула на минотавра испепеляющий взгляд. Маг кивнула Рёке и Гарии. В помещении она сидела в капюшоне, что считалось дурным тоном, но когда она его откинула, причина стала ясна, и Рёка впервые разглядела её как следует.
Уши слегка заострены. Вроде бы человек, но неуловимо иная. Рёка заметила, что кожа её была не бледной, а, скорее... более живой. Словно её тело было реальнее, ярче, чем всё окружающее. Едва заметное отличие, но чем дольше смотришь, тем очевиднее оно становится.
Взгляд Рёки скользнул по лицу девушки. Красива, но не просто эстетически. В ней было что-то, не поддающееся описанию, иное измерение. Глаза бледно-жёлтые. Рёка промолчала.
Маг протянула руку, и Рёка пожала её. Не эльф. Но и не человек.
Полуэльф.
Глаза девушки загорелись, она улыбнулась и ощутимо пихнула Кальруза локтем в ответ.
— Церия Спрингуокер. Деревня Весны, Терандрия. Далеко от дома, технически — студентка Вистрама. Специалист по магии льда и единственный голос разума в этой банде психов.
— ...Рёка Гриффин. Городской Бегун, наверное.
— Я Гария Стронгхарт. Из окрестностей Целума. Приятно познакомиться.
— Взаимно.
Остальные тоже представились, но мысли Рёки всё возвращались к Церии. Она механически жала руки, бесстрастно кивала, слушая дифирамбы вице-капитана о её геройстве. Имя его она уже забыла.
— Хватит трепаться, — нетерпеливо оборвал церемонии Кальруз. Он указал на неловко вытянутую ногу Рёки. — Мы пришли не языками чесать. Мы связаны честью вернуть долг. Ты ранена. Как это случилось?
— Переехала повозка.
— Что?
Авантюристы уставились на неё с откровенным недоверием.
— Ладно обычного человека, но Бегуна? Я думал, вы, ребята, шустрые.
Рёка беспомощно пожала плечами и уставилась в тарелку. Гария неуверенно кашлянула.
— Это не совсем... несчастный случай.
Она залилась краской под пристальными взглядами «Рогов Хаммерада». Кальруз постучал пальцем по столу.
— Объясни.
— Ну, не знаю, как сказать... Рёка вроде как нарушила негласное правило Гильдии Бегунов. Выполнила доставку, разозлила кучу народа...
— ...И они решили переехать её повозкой? — Вице-капитан смотрел на Гарию как на сумасшедшую. — Вы серьёзно?
Гария чувствовала их взгляды и в отчаянии сделала большой глоток воды.
— Это был фургон, не повозка. Тяжёлый. Я ничего не знала! Фалс бы остановил это... большинство из нас не знало, пока не случилось. Я нашла Рёку у [Целителя]... остальные в Гильдии были в ужасе. Это дело рук дружков Персуа. Не то чтобы это можно доказать. Они говорят — несчастный случай, Рёка сама споткнулась.
Гария подпрыгнула: кружка в руке Кальруза с треском разлетелась на куски. Он сердито смахнул осколки и заскрежетал зубами.
— Жалкие трусы. Вызвал бы всех на дуэль чести, будь повод. Вы хоть Стражу позвали? Как это у вас в Изриле делается — заклинания правды?
Гария покачала головой.
— Персуа говорит, это несчастный случай. Говорит, Гильдмастер провёл расследование, и дело закрыто.
Это была одна из причин бессилия Фалса и остальных. Рёка побелела от ярости.
— Она лгала.
— Но заклинания правды, Рёка... Мы...
Полуэльфийка, Церия, спокойно вмешалась, наклонившись вперёд и постучав по столу, привлекая внимание Гарии.
— Вы видели, как применяли заклинания?
— Нет... А их можно подделать?
— Я бы смогла. С должной помощью. Похоже на политику. Грязную политику и мутного Гильдмастера.
— Это серьёзное обвинение, Церия. Не разбрасывайся словами, — вице-капитан выглядел встревоженным, лицо Кальруза потемнело, но Церия лишь примирительно подняла руки.
— Всего лишь теория. Но кому верить? Городскому Бегуну, который спас нам жизнь, со сломанной ногой, или... Так, убери топор, Кальруз. Здесь дуэлей не проводят, а эта шобла сбежит в Первую Гавань от одного твоего взгляда. Похоже, в Гильдии Бегунов свои игры — и игры опасные, раз за непослушание ломают ноги.
Авантюристы одобрительно загудели.
— Бегуны.
— Жадные ублюдки.
— Едва стоят своих денег. А за те цены, что они ломят, я бы новый меч купил!
Вице-капитан вздохнул.
— В Гильдии Авантюристов тоже полно швали, бывшие [Бандиты] и прочие. Хант, хватит плевать на пол. Но эта Гильдия Бегунов, похоже, прогнила насквозь. Запомним на будущее.
Гария выглядела так, словно хотела возразить, но не посмела. Рёка заинтересовалась.
— Вы не любите Бегунов?
Один из воинов покачал головой. Тот, Хант, со шрамом на лбу, снова собрался плюнуть, но под тяжёлым взглядом Кальруза сглотнул.
— Ты нам нравишься. И подруга твоя вроде ничего. Но остальные из вашей братии — бесполезный мусор, как по мне.
— Мы не все плохие, — слабо пискнула Гария.
Вице-капитан и маги покачали головами.
— Вы не понимаете, мисс Гария. Уверен, для гражданских вы работаете хорошо. Но для авантюристов? Большинство Бегунов не доставляют на поле боя. А те, кто берётся, приходят только когда бой окончен. Мы можем подыхать тут, но ваши и близко не подойдут, пока с монстрами не будет покончено. И даже тогда с нас дерут втридорога — иногда в пять раз больше — просто за доставку в места, которые мы же сами и зачистили.
Другая женщина кивнула.
— К тому же Бегунов волнует только оплата. Они не остановятся помочь даже в экстренной ситуации, если не заплатишь. Даже у авантюристов чести больше.
Рога Хаммерада ворчали, но, по крайней мере, их гнев не был направлен на Гарию и Рёку. Церия глянула на поникшую Гарию и кашлянула.
— Не все Бегуны плохие. Знаю многих, кто работает быстро и честно. Просто в ваших гильдиях хватает гнили, особенно среди тех, с кем нам приходится иметь дело. — Она кивнула на Рёку. — Вот наглядный пример.
Кальруз сердито фыркнул, выхватывая новую кружку у перепуганной подавальщицы.
— Недопустимо. Хороший Бегун не должен быть калекой. Церия, Состром. Можете что-то сделать?
Церия осмотрела ногу Рёки. Другой [Маг], с длинной чёрной прядью до подбородка, которую он постоянно откидывал назад, покачал головой. Церия закатила глаза.
— Мы что, пятидесятого уровня? Кальруз, исцеляющая магия — удел [Архимагов]. У [Мага] шансов нет... хм. Это не связано с магией льда, так что я бесполезна. Как и Состром.
[Маг] с жидкими волосами поднял руку, смущённо подтверждая:
— Раз Церия так говорит... Я самоучка, а она из Вистрама.
Он произнёс это так, словно это всё объясняло. Полуэльфийка слегка покраснела и отмахнулась, но тут же нахмурилась, задумавшись. Кальруз уже отвернулся к остальным.
— И? Что насчёт зелья? Насколько хорош был тот [Целитель]? У нас в Доме Миноса есть [Врачеватели Костей] куда выше классом местных шарлатанов. Хотя даже я могу вправить перелом.
Вице-капитан закатил глаза.
— У тебя дома всё лучше. Плыви в Дом Миноса и притащи одного сюда, Кальруз.
Рёка пожалела, что забыла имя вице-капитана — минотавр покраснел и уставился на него с яростью. А минотавр, размером превышающий любого человека, — это зрелище не для слабонервных. Но вице-капитан выдержал взгляд спокойно. Два слабо светящихся фиолетовых глаза сверлили его, прежде чем все снова повернулись к Рёке.
— Это просто перелом? — спросила Гария.
Рёка покачала головой, поморщившись.
— Кость раздроблена. Осколки в мясе.
Все за столом — и те, кто грел уши по соседству, — вздрогнули. Церия лишь кивнула своим мыслям и приложила палец к губам.
— Я так и думала. Если хотели навредить, то наверняка — так, чтобы ты не скоро оправилась.
— Почему зелья не работают? Ножевые раны затягиваются за секунды. Почему не кости?
Церия пожала плечами.
— Зелья ускоряют естественную регенерацию. Но здесь всё слишком сложно для обычного зелья. Может, высокоуровневое... за сотни или тысячи золотых. Но это никому не по карману, если ты не Золотой ранг и не Курьер. В таких случаях решение одно: время или магия. Или высокоуровневый [Целитель], что тоже стоит сотни золотых. Не говоря о том, чтобы его найти.
За столом повисла мёртвая тишина. Кальруз мрачно скривился, вице-капитан с сожалением покачал головой.
— Жаль.
Рёка отодвинула стул и встала. Замерла, когда больная нога коснулась пола, лицо исказила гримаса, но она заставила себя сделать шаг и захромала к лестнице.
— Куда ты, Рёка? — встревоженно окликнула Гария.
Девушка не обернулась.
— Спать. Я устала.
Вице-капитан тут же вскочил.
— Позвольте помочь вам подняться.
Рёка посмотрела на крутую лестницу, потом на него.
— Я сама.
— Я настаиваю. Прошу, позвольте...
— Нет.
Вице-капитан колебался, переводя взгляд с лестницы на забинтованную ногу. Рёка упрямо сжала челюсти.
— Мне не нужна помощь.
— Но...
— Отвали.
Рёка отмахнулась от его рук и начала подъём. У неё была своя метода: спиной вперёд, подтягиваясь на руках, чтобы меньше тревожить ногу. Выглядело это жалко и нелепо, но взгляд её глаз обещал смерть любому, кто посмеет вмешаться.
Сникший вице-капитан вернулся за стол. Сосед похлопал его по плечу. Гария неловко извинилась:
— Простите. Она просто... нелюдимая.
— И ей очень больно. Всё в порядке.
Мужчина понимающе кивнул. Гария улыбнулась ему в ответ — пока не заговорил Кальруз.
— Она мне нравится.
Все уставились на минотавра. Тот с одобрением наблюдал, как Рёка карабкается по ступеням.
— Напоминает самок моего вида. С огоньком. Тех, что пырнут любого самца, который посмеет их оскорбить. Куда лучше тех жеманных человеческих девиц, что вечно мне попадаются.
Он встал. Вице-капитан напрягся. Церия наклонилась и с силой ткнула Кальруза в спину.
— Жеманных девиц? Ты про наших фанаток? Тех, что с тобой флиртуют? Назови мне хоть одного жеманного авантюриста. Не лезь к ней, Кальруз. Что ты сделаешь, затащишь её в постель и снова сломаешь ногу? Она не минотаврида, а у тебя обаяния как у замшелого валуна.
Он пренебрежительно фыркнул.
— Пф. Чтобы завоевать её, нужны лишь смелость и дух.
Он отшвырнул стул и двинулся к лестнице. Вице-капитан открыл было рот, но момент был упущен.
— Не ждите меня, — бросил Кальруз через плечо. — Найду вас в Гильдии.
Оставшиеся авантюристы смотрели ему вслед и перешёптывались.
— Остановить его?
— Попробуй. Будет драка. Знаешь ведь, каков он, когда заведётся.
— Ещё один разгромленный трактир? Мы потеряем всё, что заработали!
Глаза вице-капитана сузились. Он залпом допил эль и встал.
— Это неприемлемо. Я иду туда.
Церия схватила его за плечо.
— Остынь, Гериал. Он помешан на чести. Просто подействует ей на нервы.
Он уставился на неё.
— Ты позволишь ему пойти? Ты спятила?
Она покачала головой.
— Кальруз не идиот. Он знает закон. Если его прогонят, он уйдёт. Но я не об этом. Рёка Гриффин может за себя постоять. Или ты забыл, почему мы здесь?
Он заколебался, но тут снизу донёсся безошибочно узнаваемый бас Кальруза. И раздражённый голос Рёки. Гария знала её недолго, но достаточно хорошо, чтобы догадаться о содержании реплик.
Голос Кальруза стал громче — похоже, он попытался пошутить. Рёка рявкнула что-то в ответ, но он продолжал говорить.
Гария в нерешительности встала. Никто не остановил её, когда она подошла к лестнице и посмотрела наверх.
Человек и минотавр стояли у двери комнаты. Спорили. Точнее, Рёка спорила, а Кальруз... флиртовал.
И это, как знала Гария, было ошибкой.
— Пошёл вон, — рявкнула Рёка.
Он ответил, и она толкнула его. Учитывая, что он был в латах и весил килограммов на девяносто больше, он даже не шелохнулся. Кальруз перехватил руку Рёки. Гария увидела, как сузились глаза подруги.
Посетители внизу отчётливо услышали хруст и рёв боли.
Со своего места Гария видела, как Рёка врезала минотавру по морде, и как массивная фигура Кальруза потеряла равновесие на верхней ступеньке. Время словно замедлилось. Минотавр отшатнулся от удара, схватился за перила, но старое дерево с треском лопнуло под его весом.
Если бы. Если бы Кальруз не носил латы. Если бы Рёка ударила чуть слабее. Если бы трактир был новее.
Но никаких «если бы».
Кальруз рухнул вниз со страшным грохотом металла о дерево, разнося лестничный пролёт в щепки и проломив пол там, где приземлился.
Все уставились на поверженного минотавра, который лежал на спине, глядя в потолок. Половина посетителей уже ломилась в двери, вторая половина замерла в ожидании кровавой бани.
Наверху, у края того, что осталось от лестницы, стояла Рёка. Она молча показала лежащему минотавру средний палец и, хромая, скрылась в своей комнате.
Дверь захлопнулась.
Кальруз моргнул, глядя, как на него сыплется труха и обломки перил. Трактирщик где-то на фоне вопил от ужаса. Минотавр ошеломлённо посмотрел на Гарию и свой отряд.
А потом расплылся в широкой ухмылке.
— Сильная. Она мне определённо нравится.
http://tl.rulate.ru/book/2954/9026246
Готово:
