Горячая боль вдруг пронзила его насквозь, словно ледяное лезвие, скребущее кости. Цзо Мо задрожал, не в силах себя контролировать. В его пустом сознании был только один вопрос: "Что это?"
— У девяти Великих Божественных Цветов есть свои чудеса, — сказал Вэй. — Так называемые богические огни – это пламя, что родилось в момент образования хаоса. Богический Свет Объятия Души – один из них.
Пу Яо тоже был потрясен тайной, которую раскрыл Вэй. Он недоверчиво спросил:
— Рожденный из начала хаоса?! Есть такие сокровища?!
— Это действительно сокровище, — кивнул Вэй. — Самая важная часть богического света связана именно с этим. Каждая нить богического света содержит различное количество информации о начале всего и рождении хаоса.
Глаза Пу Яо расширились. Он пробормотал:
— Невозможно…
Он не мог сдержать тоску. Образцы, содержащиеся в проявлениях всего в мире, – это был путь, который всегда преследовали могущественные практики. Будь то сючжэ, яо или мо, как только они достигали определенного уровня развития, их конечные цели необычным образом сходились.
— Да, это самая драгоценная часть богического света, — продолжал объяснять Вэй. — Но это также самая сложная часть при прохождении богического света. Богические огни рождались с рождением неба и земли, их трудно понять, но они при этом могущественны. Если практик не будет осторожен, он может превратиться в пепел в богическом свете.
Выражение лица Пу Яо внезапно изменилось. Его кровавый глаз сузился, как клинок. Он резко спросил:
— Ты хочешь навредить ему?!
Он думал, что будет опасность, но не ожидал, что она окажется настолько серьезной!
— Навредить ему? — слабо улыбнулся Вэй. — Просто некоторая опасность. Помни, мы с тобой тоже в одной лодке. Если лодка перевернется, я тоже погибну.
Немного подобрел Пу Яо. Вэй был прав. Если бы Цзо Мо попал в беду, Вэй тоже не смог бы спастись. Сейчас они были как три муравья на одной ветке, никто не мог убежать.
— Насколько ты силен? — недружелюбно спросил Пу Яо.
— Никакой силы, — Вэй, казалось, не заметил ядовитое выражение Пу Яо и сказал. — Сейчас его три силы слились в одну, состояние схоже с состоянием древних приверженцев. Должен сказать, у него, скорее всего, получится. Вероятно, даже если шанс невелик.
— Твои действия очень опасны! Они поставили и меня под угрозу! — Пу Яо холодно смотрел на Вэя, выглядя так, будто готов был вступить в бой в любую секунду.
— Если бы отпечаток не был использован в ближайшее время, он бы рассеялся, — голос Вэя был печальным. Он поднял голову и посмотрел на Пу Яо. — Если бы это был ты, ты бы рискнул?
Пу Яо молчал. Вэй был прав. Если бы это был он, он бы определенно рискнул! Он знал, насколько ценен этот отпечаток. Если бы его можно было продать, крупная секта, такая как Кунь Лунь, заплатила бы любую цену! Это было бесценное наследие!
— Когда древние племена исчезли, пути развития разошлись. Я не знаю, доступен ли Богический Свет Объятия Души, но я не могу сидеть сложа руки и смотреть, как он исчезает, — Вэй слегка вздохнул. — Вероятно, это последний из богических огней в этом мире.
Пу Яо по-прежнему молчал.
— Разве не так же обстоит дело с твоей Архаичной Пустыней Жертвоприношений? Не мог бы ты проиграть? Разве ты не думал так же, когда принимал его в ученики? — Вэй взглянул вдаль. Он пробормотал. — Это уже не наш мир, но когда-то он был нашим миром. Могли ли мы или ты не оставить ничего после себя?
Пу Яо молчал, как и прежде.
Бесчисленные огни непрерывно проносились сквозь тело Цзо Мо. Он чувствовал, что плывет, погружаясь в ад, испытывая при этом самые разнообразные чувства. Каждый разрушительный луч света почти уничтожал его, и каждый живительный луч восстанавливал его. Это был цикл жизни и смерти. В одно мгновение он чувствовал себя на вершине мира, а в следующее – хуже смерти.
Все виды и типы световой энергии, каждый луч был разным, и "вкус" был совершенно другим! Цзо Мо чувствовал себя курицей, которую жарили, обваляв во всех видах специй.
Цзо Мо забыл о Богическом Свете Объятия Души. Эти проклятые огни! Он хотел плакать. Он совершенно не мог двигаться. Эти лучи света не были под его контролем и не проявляли никакой доброжелательности. Хуже того, независимо от того, какой луч светил на его тело, его разум всегда был ясен. Это означало, что он хорошо "чувствовал" каждый луч света.
Хватит! Цзо Мо хотел крикнуть о помощи. Здесь были миллиарды лучей света, если бы он прошел через все... Ад! Это определенно ад! Спасите меня!
Глубина пещеры была черной, но когда искры попадали в воздух, они освещали контуры деревьев. Громкий треск насекомых пронзал барабанные перепонки, словно прилив. Но эта шокирующая волна насекомых, казалось, была остановлена невидимым барьером, достигнув определенной части скалы, и больше не могла идти дальше. Сучжэ с хорошим зрением могли бы увидеть, что этот невидимый барьер на самом деле представлял собой полосу черной тени. Черная тень двигалась очень быстро, и ее трудно было уловить невооруженным глазом.
Лицо Маленького Десятого было покрыто потом. Его фигура не дрогнула, когда он с силой оттеснил волну насекомых. По мере того, как его сила *лин* истощалась, подавленная волна насекомых постепенно приближалась к входу в пещеру. Каждый раз, когда это случалось, Маленький Десятый собирал силы и отталкивал волну насекомых. Казалось, обе стороны играли в перетягивание каната.
Это продолжалось четыре часа, на лице Маленького Десятого появилась усталость. Трупы насекомых накапливались на земле. Нити черной энергии поднимались из тел насекомых и впитывались в тело Маленького Десятого. Каждый раз, когда это случалось, Маленький Десятый становился свежим, и его атаки становились сильнее.
В районе, очень близком ко входу в пещеру, Маленький Черный робко лежал на скале. Иногда он махал лапой. Если бы было малейшее движение, он бы быстро пополз к пещере. Малыши получили по заслугам. Эти насекомые определенно не ступили бы ни шагу за пределы пещеры. В начале, несколько дней малыши сопровождали Маленького Десятого в пещеру, но Маленькая Пагода и Ли'Огонь быстро заскучали и остались играть снаружи. Только Маленький Черный остался на страже, словно был очень верен.
Конечно, верность Маленького Черного быстро улетучилась бы, если бы дела пошли худо. Он бы тут же повернулся и удрал, ни секунды не думая о Десятом. Вот почему Десятый, не жалея сил, день и ночь развлекал местных жуков в их пещерах.
А в городе Сюйлин, казалось, наконец-то наступил мир. Перепуганные торговцы смогли перевести дух. Внешне все вернулось на круги своя, но каждый понимал – небо над городом Сюйлин стало другим! Битва между «Семьей Тянь» и «Черепашьим Островом» не просто всколыхнула Сюйлин, она отозвалась по всей Облачной Реке. Когда другие группы обнаружили, что неизвестный отряд неожиданно ворвался в первую полусотню, заняв тридцать второе место, первая мысль, которая у них возникла, была: кто эти люди? Отряд Сюйлин, лучший отряд секты Сюйлин, до этого занимал восьмидесятое место, и разница была огромна. Хотя между сектой Сюйлин и «Черепашьим Островом» не было вражды, молчание Сюйлина в этой ситуации многие восприняли как отступление. Местные власти Сюйлина прекрасно понимали расклад сил и видели, кому отдать предпочтение. По крайней мере, они не верили, что секта Сюйлин могла бы так легко уничтожить «Семью Тянь». К «Черепашьему Острову», получившему новую силу, теперь относились гораздо осторожнее сильнейшие Облачной Реки.
http://tl.rulate.ru/book/280/148560
Готово:
