Безэмоциональное лицо Ланя слегка дёрнулось. Он пристально посмотрел на юношу, и сердце его невольно сжалось от боли. Этот юноша, ставший серебряным генералом-бойцом в двадцать лет, обладал огромным потенциалом и был одним из его лучших командиров. Лян Вэй принадлежал к одной из побочных ветвей Клана Воды. Его успехи в обучении искусству клана были посредственными, пока он не начал изучать ремесло боевого генерала, где его результаты резко возросли. В двадцать лет он успешно прошёл экзамен и стал серебряным генералом-бойцом. Хотя он не был столь выдающимся, как юные гении других миров, Лань всё равно чувствовал, что его будущее безгранично. Лян Вэй стоял прямо, полный решимости. Лань не мог отказаться от своих слов в такой момент. Он кивнул.
– Я выделю тебе три тысячи бойцов. Возьми на себя защиту тыла, разверни фланги отряда и сдержи нападающих.
У других офицеров были непростые выражения лиц. По тому, что они наблюдали в течение последних восьми часов, они могли представить, какое давление выпадет на долю Лян Вэя. Лян Вэй спокойно принял приказ и поклонился Ланю.
– Если я паду в бою, Дажэнь, прошу, позаботьтесь о моём клане.
– Обязательно! – торжественно ответил Лань. Он повернулся к другим офицерам и глухим голосом сказал: – Двигайтесь на полной скорости! Вы не имеете права замедляться!
– Есть!
Все офицеры заметно затряслись.
***
Вэй смотрел на развитие боевой обстановки. Он был потрясён боевыми навыками, которые продемонстрировал Гунсунь Ча. Битва шла два дня без перерыва. Вэй заметил редкую серьёзность на лице Пу Яо. За тысячи совместных лет никто не мог сравниться с его пониманием Пу Яо. Когда его прежний хозяин был командиром корпуса, все стратегические решения принимал Пу Яо. И это юное создание сумело довести Пу Яо до такого состояния! Если бы Вэй не видел этого собственными глазами, он бы ни за что не поверил. С самого начала этой "шахматной" партии он наблюдал, как двое сражались, полностью сосредоточившись. Он много раз восхищённо вздыхал. Ослепительная схватка заставляла его изумляться. Время в этой "шахматной битве" шло гораздо быстрее обычного. Два дня там были эквивалентны целым месяцам. Он не разбирался в тонкостях работы боевых генералов. В каждый опасный момент его сердце невольно содрогалось. Он думал, как они могут быть такими коварными? Хотя преимущество в этой "битве" было на стороне Пу Яо, Вэй больше внимания уделял Гунсуню Ча. Такой молодой человек, который так долго противостоял Пу Яо, его мастерство было несомненно велико! Постепенно баланс начал склоняться в одну сторону, и преимущество Пу Яо выросло. Пустые атаки Пу Яо на заключительных этапах битвы, по мнению Вея, были вызваны этим молодым противником и были предприняты лишь для того, чтобы не потерять лицо. Как и ожидалось, когда Пу Яо вышел из "шахматной битвы", выражение его лица было неважным.
– Очень сильный юноша, – слова Вея словно слегка посыпали соль на рану. Выражение лица Пу Яо стало ещё более искажённым, но, похоже, он что-то придумал, и оно мгновенно восстановилось. Он с гордостью сказал: – Не стоит слишком хвалить молодых. Это не способствует их прогрессу.
Вэй успокоился. Он очень быстро среагировал:
– Кто он?
– Мой ученик. – Пу Яо расплылся в самодовольной и хитроватой улыбке. – Ну как? Смотри!
Вэй на этот раз был ошарашен.
– Он тоже твой ученик? А как же Цзо Мо?
– Почему у меня не может быть двух учеников? – Пу Яо бросил взгляд на Вея, его тон был полон самодовольства и выразительности. – У меня намётанный глаз на таланты!
– Сильно! – похвала Вея казалась искренней.
– Конечно! – Пу Яо был ещё более самодоволен. – О Цзо Мо и говорить нечего, этот парень – ходячая странность, которую я сам не могу понять. А Гунсунь Ча создан, чтобы стать боевым генералом. Ха, двадцатилетний золотой генерал-боец, он до смерти напугает этих стариков!
– Золотой генерал-боец? – Вэй испугался. Он пробормотал: – Этот юноша – золотой генерал-боец?
Вид Вея привёл самодовольство Пу Яо к пику. Его коварное и хитрое лицо, казалось, сияло в этот момент.
– Несомненно золотой генерал-боец! На этот раз я сам испугался, когда он атаковал меня! Если бы я не был осторожен, я бы проиграл. Он осмыслил Писание и в двадцать лет стал золотым генералом-бойцом. Как и ожидалось, это результат того, чему я учил с самого начала! Самое главное...
Пу Яо вдруг замолчал, не говоря больше ни слова. Вэй неосознанно спросил:
– Что?
– Хахахаха! Он не просто унаследовал мои навыки боевого генерала, но и моё красивое лицо! В этом вопросе Цзо Мо сильно не дотягивает...
Вэй безмолвно смотрел на Пу Яо.
***
Настроение Гунсуня Ча было скверным донельзя. Изначально он думал, что после прорыва сможет соперничать с таинственным противником. А оказалось, что он снова проиграл. Хотя он знал, что не может сравниться с ним, ему не нравилось проигрывать, очень не нравилось! После недавней победы над демонической душой зверя он достиг предела для прорыва. В это время Цзо Мо дал ему Золотую Душу, и это помогло ему успешно прорваться! Мощная уверенность, вызванная прорывом, заставила его без колебаний бросить вызов Пу Яо. Но всё равно всё закончилось поражением. Мысль о том, что он ни разу не смог его победить, ещё больше испортила его настроение! Мысли о приманке сделали его ещё злее. Сколько он знал Шисюна, тот, хоть и говорил так легко, ни за что не собирался сдаваться. Они прорвутся. Как боевой генерал, он, несомненно, сыграет ключевую роль. Он не мог провалиться! Отчаяние мелькнуло в глазах Гунсуня Ча. В его сознании быстро оформилась дерзкая и безумная идея.
Высокая температура, вызванная белоснежным Огнём Истины Самадхи, исказила всё в поле его зрения. Глядя на остатки оборонительной линии, зрение Лян Вея помутнело. Он в отчаянии опустил голову и перестал сдаваться. Он насильно собрался, пробуя вкус собственной крови, но слёзы неудержимо катились из глаз. Лян Вэй и солдаты рядом с ним были покрыты ранами, их одежда, пропитанная кровью, была полностью разорвана. Он не мог вспомнить, сколько нападавших он убил по пути сюда, но ему удалось выстоять и не дать им атаковать более крупный отряд. В конце концов, чтобы предотвратить атаки противника с тыла, он решительно повёл войска в качестве арьергарда. Они были в двенадцати часах пути от остального отряда. Лицо Лян Вея было залито слезами и напоминало деревянную куклу.
Глядя на пламя, что поднималось к небу, распространяясь во все стороны, Лян Вэй чувствовал, как его тело леденеет. Спустя долгое время до него начали доноситься крики и вопли товарищей. Он подавленно взглянул на скорбящих бойцов вокруг. Его мутный взгляд стал постепенно проясняться. Он плотно сжал губы, вытер слезы и, обернувшись, хриплым голосом, полным решимости, произнес:
– Пойдем!
– Идти? Куда? – люди под его началом подняли на него свои скорбные, пустые глаза.
– Мстить! – ответил Лян Вэй, не оборачиваясь.
Цзо Мо последние дни проводил не в Третьей тюрьме, а в Тюрьме Десяти Пальцев, в Шахматной Доске Зверей Пустоши. Он щедро платил за информацию и теперь оставалось только ждать. В то же время, он ждал результата еще одного дела. Теория Мастера Гунсуня Шиди застряла в его сердце, как заноза. Весь лагерь ждал подтверждения. Мастер Гунсунь Шиди считал, что это произойдет быстро. Возможно, именно поэтому Цзо Мо ни к чему не проявлял интереса, даже к изучению нового искусства яо.
Внезапно Цзо Мо заметил приближение Цан Цзэ с искаженным от ужаса лицом.
– Дажэнь, последние новости! – Голос Цан Цзэ дрожал. – Линия фронта снова прорвана! Отряд Ледяного Мороза практически полностью уничтожен, осталось меньше шестисот человек!
Его сердце сжималось от страха. Когда Дажэнь велел ему следить за новостями с фронта, он поначалу недоумевал. Но теперь, услышав такое, ужас парализовал его. Он вдруг понял, что Дажэнь замер в оцепенении.
http://tl.rulate.ru/book/280/140130
Готово:
