Там, где только что была третья группа, воцарилась ледяная тишина. Оставшиеся члены восьмой группы замерли, подавленные случившимся.
Шахар, чье лицо покинула привычная улыбка, хмурилась, то и дело поджимая губы. Глубоко вздохнув, она обернулась и низко поклонилась Сухёку, Чин Чханхёку и Пэк Иён.
— Инструктор Шахар! — Пэк Иён, пораженная таким жестом, испуганно вскрикнула и замахала руками.
— Простите меня, курсанты, — голос Шахар зазвучал следом, твердо и быстро. — Из-за моей беспечности во время тренировки курсант Чин Чханхёк подвергся опасности, а курсант Ян Сухёк получил ранение.
— Я в порядке, — ответил Чин Чханхёк, отмахнувшись.
— У меня тоже всё хорошо, — добавил Сухёк, демонстрируя раскрытую ладонь.
Благодаря Пэк Иён, которая бросилась на помощь сразу после боя, его израненная ладонь выглядела совершенно здоровой.
— Нет, это исключительно моя вина. Я – главный инструктор, но не смогла обеспечить должный контроль… — Шахар выпрямилась, и в её глазах вспыхнула решимость. — От имени Меча Эллуриат я подам официальный протест Имуги.
— Ну, право слово, не стоит заходить так далеко… — обычно неразговорчивый Чин Чханхёк замялся, явно чувствуя себя неловко, но взгляд Шахар оставался непреклонным.
— Нет, вы заслуживаете извинений. Мне стыдно, что я проявила подобное бесчестие.
Она снова склонила голову, заставив троицу лишь неловко переглядываться и натянуто улыбаться.
После завершения практических занятий они зашли в отделение Ассоциации рядом с Порталом, чтобы привести себя в порядок, а также сдать добытые трофеи и магические камни. Когда все формальности были улажены, часы показывали шесть вечера.
Солнце уже начало клониться к горизонту. Сухёк, как обычно, приготовился было бежать домой, но в этот момент к нему подошел Чин Чханхёк.
— Спасибо, — сказал он, сдержанно кивнув.
Мужчина прекрасно помнил, как в критический момент Сухёк бросился наперерез и поймал стрелу голыми руками.
— А… я просто сделал то, что должен был, — ответил Сухёк с привычной легкостью. Он действительно так считал: товарищ по группе был в беде, и только он успевал среагировать. Защитить ближнего казалось ему чем-то само собой разумеющимся.
— И всё же, спасибо. Благодаря вам я избежал серьезной травмы, — Чин Чханхёк неловко улыбнулся, почесывая затылок.
— Тогда в следующий раз угостите меня обедом… хотя нет, лучше просто кофе.
Обед нынче стоил дорого. Кофе, конечно, тоже мог влететь в копеечку, но Сухёк рассудил, что обычный растворимый напиток из автомата не станет обременением для Чин Чханхёка, которому явно приходилось несладко.
— Обязательно. Я угощу и обедом, и кофе, — заверил тот.
— Ну, тогда мне уже будет неудобно.
Перешучиваясь, они вместе вышли из здания Ассоциации.
«Теперь я вижу, что ему просто не привычно выражать эмоции», – подумал Сухёк. Выражение лица Чин Чханхёка казалось натянутым и неуклюжим – черта, характерная для людей, чья жизнь была слишком суровой, чтобы оставлять место для чувств. Это вызывало у Сухёка невольное сочувствие. Он не считал себя великим героем или благородным мужем с безграничным милосердием, но, будучи человеком, не мог оставаться равнодушным к кому-то вроде Чханхёка.
— Ого, вы двое решили уйти без меня?! — Пэк Иён быстро нагнала их.
— А разве ты не ушла раньше? — Удивленно спросил Сухёк. Он отчетливо слышал, как она переоделась и направилась к выходу.
— Куда это я уйду? Я хотела поговорить и подождать вас, но стоило мне на минутку отойти в дамскую комнату, как вы испарились! Я так перепугалась!
— А, вот оно что.
— А Чханхёк-оппа вообще трубку не берет, — Пэк Иён надула губы, глядя на мужчину.
— Прости… у меня стоял беззвучный режим, я не заметил, — растерянно оправдался тот.
— Ладно уж, проехали. Аджосси, дай-ка телефон.
— Зачем?
— Просто дай.
— Да зачем?
— Ой, ну быстро!
Под подозрительным взглядом Сухёка она выхватила мобильник и принялась стремительно стучать по сенсорному экрану. Её пальцы порхали так быстро, что Сухёк невольно восхитился.
«Если её обучить технике Когтя, она может достичь небывалых высот», – мелькнула мысль. С такой скоростью движений она вполне могла бы стать первоклассным мастером.
— Готово. Но аджосси, ты такой аскет. Как так вышло, что у тебя в контактах только мама, папа и младшая сестра?
Сухёк округлил глаза, забирая телефон обратно.
— А кто тебе разрешал подглядывать?
— Я не подглядывала, просто когда сохраняла номер… это вышло случайно, честно-честно! — Пэк Иён втянула голову в плечи, явно опасаясь гнева Сухёка. Её лицо выражало искренний испуг.
Сухёк не был настолько суров, чтобы злиться из-за такого пустяка. В конце концов, ничего страшного не случилось, да и она клялась, что не хотела ничего дурного.
— Ладно, просто в следующий раз будь аккуратнее.
— Хорошо-о, простите, — Пэк Иён продолжила уже притихшим голосом. — Я на всякий случай сохранила свой номер и номер Чханхёка-оппа. Ты не против?
Видя её виноватый и одновременно милый вид, Сухёк не выдержал и улыбнулся.
— Нет, всё в порядке.
Лицо девушки тут же просияло.
— Правда? Здорово!
— Да, правда.
— Ура-а! Значит, теперь мы все знаем номера друг друга? А, нет, надо еще оппе твой номер записать. Позвони ему, ну же!
Она радостно захлопала в ладоши. Глядя на неё, даже на лице всегда хмурого Чханхёка проступила тень улыбки.
«С ней просто невозможно долго злиться», – подумал Сухёк. Из-за присутствия Суа он невольно воспринимал Пэк Иён как младшую сестренку.
Обменявшись контактами, они втроем зашагали по улице. Обычно Сухёк возвращался домой бегом в одиночку, но сегодня решил поехать вместе с сокомандниками на метро.
— Кстати, эти из третьей группы сегодня вели себя просто отвратительно.
Похоже, это и было то самое, о чем она хотела поговорить. Сухёк и Чин Чханхёк синхронно вздохнули.
— Могли бы хоть извиниться по-человечески. Что это вообще такое? Я была лучшего мнения об Имуги, да и их инструктор какая-то странная. Если бы Чханхёк-оппа или наш аджосси серьезно пострадали, я бы этого так не оставила!
Пыхтя от возмущения, Пэк Иён сжала кулачки и принялась боксировать с невидимым противником, выбрасывая короткие джебы в воздух.
— Ха-ха-ха!
Сухёк, чье настроение до этого было мрачным, не выдержал и расхохотался.
— Эй, вы чего смеетесь?
— Просто ты очень милая, — ответил за него Чин Чханхёк. Его улыбка всё еще казалась немного натянутой, но во взгляде читалась искренняя теплота.
— Я? Ну, конечно, я милашка, хе-хе. — Пэк Иён горделиво вскинула носик. Казалось, если бы её суперспособностью было удлинение носа, она бы уже достала им до макушки Сухёка, который был выше её на добрых двадцать сантиметров.
— В любом случае, не хочу больше их видеть. Даже когда станем Пробужденными, не хочу иметь с ними ничего общего.
— Согласен, — кивнул Сухёк.
— Я тоже, — поддержал их Чин Чханхёк.
Вспомнив лица участников третьей группы, с которыми им не хотелось бы встречаться вплоть до последнего дня обучения, троица разошлась по домам.
Ночь миновала, и наступило новое утро.
— Фью-ю-ють!
Во время очередной охоты на гоблинов в воздухе снова свистнула стрела. На этот раз Шахар среагировала мгновенно. Преградив путь снаряду, она легким взмахом руки отбила его в сторону. Она больше не улыбалась. Лицо инструктора стало холодным, как ледник в Антарктиде, а взгляд – острее бритвы.
— Чон Суджон.
— Ой, простите-простите. Хотя нет, это не было случайностью.
Из зарослей камыша донесся голос Чон Суджон, и вскоре показалась вся третья группа. На их лицах играли издевательские ухмылки. От такой наглости Сухёк, Чин Чханхёк и Пэк Иён буквально лишились дара речи.
— Инструктор просто велела мне выстрелить в ту сторону, я и не знала, что вы там. Извините, — произнесла Чин Чхэён, небрежно перебирая тетиву лука, словно скрипичную струну.
Стоявшие по бокам Ким Чхорик и Ли Чжонъук тоже почему-то давились язвительным смехом.
— Я расцениваю это как открытую провокацию… — голос Шахар стал угрожающе низким.
— Да неужели? Но провокацию начали вы, не так ли? Говорят, вчера ты сразу побежала жаловаться нашему главе гильдии?
— Если совершено преступление, виновный должен нести ответственность.
— Преступление? Ты сейчас сказала «преступление»?
Взгляд Чон Суджон тоже стал яростным. Казалось, в пространстве между двумя женщинами вот-вот начнут лететь искры.
— Из-за тебя моё утро было крайне неприятным. Неужели нужно раздувать такой скандал из-за пустяковой стычки между курсантами?
— Не понимаю твоих претензий. Разве не ты, инструктор Чон Суджон, сама сказала обращаться напрямую в Имуги, если возникнут жалобы?
— Ха! И ты вот так сразу, буквально… — Чон Суджон запнулась и приложила ладонь ко лбу. — С тобой бесполезно разговаривать. Бесишь. А может, просто прикончить вас всех здесь?
В глазах Чон Суджон вспыхнул недобрый блеск. В этот миг Сухёк едва не рванулся вперед. Это были не просто слова: он, закаленный в боях, отчетливо ощутил волну подлинной жажды крови.
Разумеется, Шахар тоже это почувствовала.
— Инструктор Чон Суджон, я знаю, что ты недолюбливаешь меня лично. Но сейчас ты переходишь все границы.
— Это ты их перешла первой.
— Я никогда не мешала твоим тренировкам.
— Да дело же не в этом! Я же сказала – ты мне просто не нравишься!
— Ах, вот как, — на губах Шахар впервые появилась холодная усмешка. — Кажется, его звали Сон Мунхёк? Помнится, он тебе очень симпатизировал.
— Заткнись! — Вскрикнула Чон Суджон. Вокруг неё начала пульсировать и взрываться невидимая энергия.
«Любовная грызня, что ли?», – Сухёк был в недоумении. Неужели из-за личных обид она устраивает такой хаос на тренировочной площадке, где обучаются новые Пробужденные? Он не слишком хорошо знал Чон Суджон, но в одном был уверен: «С таким подходом она долго на поле боя не протянет».
Это было верхом глупости. Впрочем, она явно на что-то рассчитывала, раз вела себя столь дерзко.
— Гильдия Имуги за твоей спиной не будет защищать тебя вечно. Извинись за свое поведение и уходи. В противном случае…
— В противном случае что? Убьешь меня?
— Убивать не стану, но проучить придется.
— Да кто ты такая, дрянь, чтобы меня учить!
Энергия, клубившаяся вокруг Чон Суджон, вырвалась наружу мощным всплеском. В тот же миг восьмую группу окутала густая и тяжелая аура тьмы.
http://tl.rulate.ru/book/24735/544791
Готово: